Хорошо оттраханная мама

Страница: 1 из 4

 — Дорогая Катюша! У нас для тебя есть сюрприз! Сюрприз необычный, но думаю, тебе понравиться! Только ты нам помочь должна!

 — Правда? Ну что ж, помогу с удовольствием! Я сюрпризы очень люблю! Только как помогать — то? — улыбнувшись, поинтересовалась мама.

Вместо ответа дядя Саша привлек ее к себе и присосался к ее губам. Мама обняла его, и, закрыв глаза, страстно ответила на поцелуй. Тут же сзади к ней пристроился еще один из гостей, Михаил и, что — то шепча, губами и языком начал ласкать ее ушко. Под его руками полы коротенького халатика поползли вверх, сантиметр за сантиметром оголяя загорелые бедра. Вот показался край белоснежных трусиков, еще мгновение — и вот они уже медленно ползут вниз по великолепным маминым ногам, под чутким руководством мужских рук. Глаза ее по прежнему закрыты, дыхание частое и неровное. Медленно оторвавшись от дяди Саши, мама повернула голову к Михаилу и жарко, сбившимся дыханием, что — то зашептала ему в ответ. Тело ее при этом красиво изогнулось, правой рукой она обняла его и привлекла к себе и начался долгий ненасытный поцелуй. Халатик сбился у нее на талии, открыв моему (да и не только моему!) взору выбритый начисто (!!!) лобок, переходящий в сочащуюся киску и круглую румяную попку, кокетливо подставленную Мише. Сколько ж я мечтал о том чтобы увидеть ее во всей красе! Сколько часов простоял под дверью ванной, силясь в миллиметровую щелку рассмотреть вожделенные округлости! А сколько попыток, удачных и не очень, хоть краем глаза заглянуть под короткий халатик! И вот она передо мной. Расстояние такое, что можно рукой потрогать. Аппетитная, круглая, подтянуто — крепкая, разделенная пополам красивой ложбинкой. Ооо... Член просто разрывало от напряжения. Я даже боялся к нему прикоснуться.

Тем временем, воспользовавшись минутным перерывом, дядя Саша окончательно избавил маму от трусиков, наклонившись и стянув их по стройным ножкам до пола. Мама просто переступила через них, не прекращая целоваться с Михаилом. Остальные гости тоже не теряли времени и потихоньку освобождались от своей одежды. Вскоре они уже абсолютно голые тесно обступили страстное трио и нетерпеливо подрачивали своих возбужденных бойцов. Лишь на секунду открыв глаза мама окинула их взглядом — Ммммм... Мальчики... — страстно простонала она и облизнула чуть припухшие от жарких поцелуев губы. Михаил и Александр тем временем продолжали свое дело, и видимо делали это очень умело. Мама все больше распалялась, на щеках розовел яркий румянец, дышала она тяжело, порывисто, перемежая вздохи со сдавленными стонами. Руки мужчин блуждали по всему ее телу, халатик постепенно, пуговичка за пуговичкой, был расстегнут отрыв превосходную округлую крепкую грудь, увенчанную аппетитными стоящими сосочками. Все чаще уже вся мокрая сочная киска скрывалась под широкими ладонями, исследующими ее тело. По внутренней стороне маминого бедра побежала вниз шустрая мутная капелька, но, не проделав и половины пути, скрылась под рукой дяди Саши, оставив за собой влажный след на загорелой коже. В мое убежище через щель начал проникать ее аромат. Аромат, сводящий с ума. Глаза мои закрылись, тонкий сладкий запах, источавшийся из мокрой щелочки, дурманил меня. Я забыл обо всем, запах возбужденной самки пленил самца...

Из нахлынувшего небытия меня вывел резкий радостный возглас:

 — С днем рождения, Катенька! Поздравляем!!! — с этими словами под громкие одобрения и аплодисменты полный, с залысинами мужик (кажется Алексей) вручил маме яркий, красиво упакованный синий сверток с розовым большим бантом.

 — Ой, спасибо, ребята! Большое спасибо! А что там? — разглядывая и вертя в руках сверток, спросила мама.

 — А ты разверни! — сказал Алексей.

Мама нетерпеливо развязала бант, и разверну шелестящую бумагу, извлекла аккуратную красивую коробку. Откинув в сторону оберточную бумагу, мама присела на кровать, положив на колени подарок. Открыла крышку, и восхищенно охнув, достала оттуда пару красивых черных босоножек — туфелек на высоченной шпильке. Подошва и каблук были сделаны из прозрачного пластика, причем в основании подошва была довольно толстой, тогда как шпилька наоборот, была длинной, тонкой и очень изящной. Сверху они были выполнены из черного блестящего латекса, с длинными ремешками для закрепления на голени. Восхищению именинницы не было предела:

 — Вот это да! Какие они красивые! Ребята, спасибо вам!

Поднявшись, она подошла к гостям и тесно прижимаясь, обняла и расцеловала всех пятерых. Мужчины, явно гордые собой, довольно улыбались и с жаром принимали благодарности.

 — Ой, мальчики, а вдруг не подойдут? — вдруг забеспокоилась мама.

 — Ну примеряй обновку, только это не все еще. В коробке посмотри! — сказал дядя Саша. Мама отложила босоножки и вновь взялась за коробку. Со дна она извлекла небольшой прямоугольный сверток. Я так и не разобрал, что это такое.

 — К туфелькам твоим подобрали — объяснял довольно улыбавшейся маме Александр — хотели весь комплект взять, но решили что лишнее это, мешать только будет. Ты ведь у нас и так красавица первая!

Мамка просто расцвела. Я ее такой довольной сто лет не видел.

 — Еще раз спасибо, ребят! А я сейчас, через минуточку! — с этими словами довольная именинница, миновав гостей, упорхнула в ванную. Мужчины в ожидании расселись на кровать и кресла, продолжая медленно, лениво поглаживать свои орудия.

Мамки не было минут десять. Я уже стосковался на гостей наших смотреть. Вдруг резко (я даже подскочил, громыхнув чем — то, чуть себя не выдав) открылась дверь ванной и появилась она. Это был фурор! В новеньких шпильках, красиво переплетенных на голени крест на крест ремешками, в черных, в тон босоножкам чулках (вторым подарком оказались чулки) натянутых чуть выше середины бедра заканчивающихся прямым плотным латексным ободком, мама являла собой саму сексуальность. Загорелые ножки, просвечивающие сквозь черный капрон, приобрели атласный, необъяснимый и жутко привлекательный оттенок. Красиво уложенные каштановые волосы и яркий «боевой» макияж довершали картину, достойную самого изысканного художника — натурщика. Упор на одну ножку, другую чуть вперед и в сторону, руки на бедрах, хищный взгляд, усиленный агрессивным макияжем — такой я не видел маму никогда! Мужчины сидели, раскрыв рты, так и не выпустив члены из рук. Мгновение спустя зал огласился бурными овациями.

 — Ну как, мальчики? — деланно небрежным тоном поинтересовалась мама — Нравлюсь?

Ответ был очевиден. Мужчины медленно встали и со всех сторон, глядя, словно голодные волки, начали обступать ее. Мама не двигалась, сохраняя прежнюю позу, надменно улыбаясь, смотрела на сужающееся вокруг нее кольцо. Один из гостей, подошедший сзади, положил руки ей на плечи и надавил, призывая ее опуститься. Мама послушно опустилась на колени, и уже снизу вверх с вызовом глядела в глаза мужчин. Возбужденные члены оказались на уровне ее лица и, теперь в нетерпении подрагивая, смотрели на нее. Не долго думая мама обхватила губами ближайшего бойца, оказавшегося прямо напротив ее ротика. Одна рука тут же легла на его ствол, второй она обняла его за ягодицу. Нежно оттянув крайнюю плоть пальчиками, мама принялась шустрым язычком ласкать оголившуюся крупную головку. Прошлась кончиком вдоль уздечки, облизнула, словно мороженое, и насадилась на нее очаровательным ротиком. Руки дяди Саши легли ей на затылок и член постепенно начал исчезать во рту. Вошел весь до основания — мамин носик зарылся в густые волосы на лобке любовника. Видимо он прошел глубоко в горло, (во рту такой никак не поместиться!) потому что мама, несмотря на удерживающую ее руку отстранилась, выпустив член изо рта, и отдышалась. Боец дяди Саши весь был покрыт слюной и блестел, с головки тянулась вниз тягучая капля. Но отдышаться маме так ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (8)
наверх