Дневники вампира. Хорошая девочка

  1. Дневники вампира. Хорошая девочка
  2. Дневники вампира. Поменяемся?
  3. Дневники вампира. Три закона термодинамики

Я уже собрался уходить, когда скрипнула дверь. Даже не оборачиваясь, я знал, кто стоит за моей спиной. Но одного я понять не мог — зачем? Почему она пришла? И, чёрт возьми, мне больно оттого, что она меня предала. Ладно, братец — это клинический случай, но она-то. Она!
 — Надо сменить замки, — прилагаю немало усилий, чтобы слова звучали колко и непринуждённо. Всё же мне не удаётся промолчать и с губ слетает язвительное замечание о побеге. Она медленно стягивает шарф, и я прикладываю еще большие усилия, чтобы окончательно не сорваться. На её шее — ненавистное ожерелье с вербеной, куртка расстёгнута.
Елена несмело бормочет что-то о Стефане. Интересно, она может забыть о нём хоть тогда, когда находиться со мной? Похоже, что нет. Она много рассказывает: о том, что уговорила ведьму помочь мне, что мы стараемся во имя одного и того же дела, что у нас общая цель. Но я не слушаю, всё, что я могу — это рассматривать Елену и нервно сглатывать слюну. Когда становится совсем невмоготу, я подавляю желание побыть с ней ещё и уверенно направляюсь к двери, попутно отвечая на недослушанную фразу. Чёрт возьми, мне надоело играть. Да я бы простил её, несмотря ни на что, если бы... Нет, она никогда не сделает этого. Но следующее её предложение режет мой слух и вызывает волну гнева:
 — Ты же не использовал на мне силу внушения, когда мы были в Атланте.
Чёрт возьми. Да кто она такая, чтобы творить мне всё это? Почему она лишает меня разума? Желание позлить её возникает моментально:
 — А кто тебе сказал, что не использовал? — не забыть язвительно усмехнуться, для большего эффекта. Игра стоит свеч. Елена бледнеет, кажется, у неё пересохло во рту, она нервно сглатывает слюну и со страхом смотрит на меня. Воображаю, какие мысли проносятся в этот момент в её голове. Но Елена сильная. Или просто любит обманываться. Как можно за минуту внушить себе, что я соврал? Как вообще можно мне верить?
 — Знаю, что не использовал, — меня убивает её уверенный тон. Она подходит ближе, и я затаиваю дыхание. Она останавливается всего в нескольких миллиметрах от меня:
 — У нас с тобой что-то есть, — пардон, я не ослышался? — понимание.
А-а, ты опять меня разочаровала, девочка, а я уже понадеялся... Нет, ну сколько можно надо мной издеваться? Я знаю, что это кощунственно, но в какие-то моменты мне кажется, что ради неё я готов даже лишиться кольца. Меня можно назвать адекватным?
Она опять что-то нелепо бормочет, извиняется, убеждает меня. Но я-то сейчас могу думать только о ней. О ней — и только.
Одной моей случайной фразы достаточно, чтобы она сняла ожерелье. Не смешно ли видеть, как высокомерно она задирает голову, тем самым оголяя шею? Елена — дура, и мне ни капельки не стыдно, что я, возможно, сейчас сделаю что-то непоправимое. Мне плевать. Решение рождается спонтанно, и уже почти потухший гнев вспыхивает с новой, ещё большей, силой. Одна из моих многочисленных любовниц как-то сказала:
 — Твоя совесть чиста, Деймон, — мне тогда показалось, что я ослышался, но она добавила, — ты ею не пользуешься.
Потом я долго думал над правдивостью этой фразы.
Я совершенно не чувствую вины за то, что она доверилась мне, сама отдала себя в мои руки, лишившись своей прочной защиты. Я подхожу совсем близко и теряю голову. Жилка на её шею пульсирует с удивительной силой, я слышу звук текущей по ней крови. Елена нервничает и со страхом смотрит на меня — не доверяет. Тогда какого чёрта она сняла оберег? Я уже говорил, что Елена — дура?
Честно, я собирался внушить ей всё с самого начала, но это нелепое недоверие (куда уж дальше, всё равно ведь живешь с вампирами?) выводит меня из себя. Елена — человек, к тому же, девушка, а я вампир. Значит, я сильнее. Она не успевает заметить, как я обхватываю её талию и сжимаю руки, своими губами впиваясь в её. Они мягкие и податливые, в отличие от самой Елены — твёрдой и непоколебимой. Я до сих пор не могу понять, действительно ли у неё такой характер, или же она просто хочет казаться сильной.
Кто-то хочет рискнуть, назвав меня жестоким и бесчувственным? Валяйте, всё равно неправда. В данный момент я очень даже способен чувствовать.
Елена протестующе мычит и пытается высвободиться, но я не отпускаю её, а беру за левую руку и кладу её себе на ширинку. Она поднимает на меня испуганные глаза и севшим голосом спрашивает:
 — Ты же не собираешься делать этого, Деймон?
Моё имя из её уст звучит, как худшее ругательство. Но мне-то что? Я привык.
 — Ещё как собираюсь, — медленно произношу я. — На что ты надеялась, снимая ожерелье?
 — Я же тебе верила, — обречённо шепчет она, — тогда, в Атланте...
Я не могу слушать её нелепые объяснения, от этого возникает желание снова заткнуть её поцелуем. Но договорить всё же нужно!
 — Тогда, в Атланте, я тоже тебе верил, но ты меня предала. А знаешь, что бывает за предательство?
Она бледнеет всё больше и пытается отстраниться. Куда же ты так торопишься, детка?
 — Деймон, — её голос звучит умоляюще, — пожалуйста. Ты же знаешь, что я...
Договорить я ей не даю. Возбуждение захлёстывает меня, накрывает громадной волной и я, не помня себя, набрасываюсь на Елену, намереваясь сорвать с неё одежду. Стоп, следов остаться не должно, иначе братец меня вздёрнет. В любое другое время я бы не упустил шанс поквитаться с ним, но сейчас мне это ни к чему. Поэтому я аккуратно расстёгиваю куртку Елены и не менее аккуратно снимаю блузку. На ней чёрный бюстгальтер, а ещё у неё карие глаза. Елена не оставляет попыток вырваться, и пока я занят некоторыми деталями её одежды, высвободить одну руку ей всё же удаётся. Она наотмашь бьёт меня по лицу. В который раз? Кажется, уже перевалило за третий десяток.
 — Деймон, пожалуйста. Ты же не такой...
На что она может надеяться сейчас, зная о моих намерениях?
 — Расслабься и получай удовольствие, — попытка ободрить девушку, естественно, заканчивается провалом. Одной ногой Елена умудряется лягнуть меня в бедро.
 — Тогда не мешай получать его мне, — зло шепчу я и так сжимаю её ягодицы, что Елена вскрикивает. Интересно, как она объяснит Стефану появление синяков?
Её джинсы чрезвычайно узкие (под такие даже белья не одевают) и мне приходить изрядно повозиться, чтобы снять их. Всё это время Елена пытается ударить или укусить меня, бормоча что-то невнятное, и это выводит из себя. Поэтому, когда чёртовы джинсы-дудочки летят на пол, я изо всех сил прижимаю Елену к стене, остервенело целуя её в губы. Другой рукой я попутно расстёгиваю бюстгальтер, а она царапает меня своими длинными, острыми ногтями. У Елены ухоженные руки и аккуратный маникюр, но сейчас не до него. Я целую её грудь, до крови прикусывая соски, прижимаю её руки к стене, а она всё ещё пытается высвободиться. Упрямая.
 — Ненавижу тебя, — шепчет она.
 — Ответ неверный, — одним резким движением раздвигаю ей ноги, приподнимая за талию, и вхожу неё. Может, стоило помедлить и сделать всё аккуратнее, но мне не хватает всего нескольких мгновений для того, чтобы кончить.
Она вскрикивает, и я сочувственно спрашиваю:
 — Больно? — но тут же с сарказмом добавляю, — Всё зависело только от тебя.
Я имею её жёстко и грубо, резкими толчками вжимая в стену, а она невольно обхватывает меня за торс и вонзает ногти мне в спину. Ей больно, и мне это доставляет удовольствие. Можете назвать меня садистом, я разрешаю. Несколько минут спустя я изливаюсь в неё, и она обессилено сползает вдоль стены, затравленно глядя на меня.
 — Это ещё не всё, Елена, — с расстановкой произношу я, и она с ненавистью смотрит на меня
 — Что тебе ещё нужно? — её голос похож на шорох листвы.
 — О, неужели ты думаешь, что я позволю тебе не кончить? Это звучит, как личное оскорбление, — совершенно искренне замечаю я.
Елена не успевает опомниться, как я подхватываю её с пола и вновь прижимаю к стене. Одной рукой удерживаю её в этом положении, просовываю палец внутрь, заставляя её выгнуться дугой и застонать. Ввожу ещё один и наращиваю темп, большим пальцем лаская клитор.
 — Дей... мон, — она кончает с моим именем на губах и, сама того не понимая, прижимается ко мне.
Я отстраняюсь и отхожу, поднимая с пола свою рубашку и брюки, она тем временем приходит в себя и шепчет:
 — Как ты мог?
 — Не порти впечатление, — отмахиваюсь я, — и не отрицай, что хотела.
 — Да ты... ты... — она не может подобрать слова.
 — Сволочь? Урод? Ублюдок? — услужливо подсказываю я, но она вскакивает, как ошпаренная. Подняв одежду, она стремительно одевается и стремглав бросается к двери. Я хватаю её за руку и притягиваю к себе.
 — Пусти, — она до сих пор не поняла, что вырваться не получится.
Смотрю ей в глаза и заставляю забыть обо всём, потом нагибаюсь и, взяв с полки кулон, застёгиваю его у неё на шее. Её лицо светлеет, и она с улыбкой смотрит на меня.
Елена Гилберт — хорошая девочка.
 — В Атланте я не использовал свою силу, потому что нам обоим было весело.
Но мы не в Атланте. И я не благородный рыцарь, а Деймон Сальваторе. Вампир.
Разве я мог упустить такой шанс?

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

2 комментария
  • Freja
    28 августа 2012 21:57

    Ой, а я такое уже читала на ficbook. net...
    Ну ничё, «повторенье -...» lol)

    Ответить

    • Рейтинг: -1
  • Rebekka
    7 сентября 2012 20:12

    : **

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх