Мои университеты

Страница: 1 из 4

Сегодня я не просто тщательно вымылся и побрился, я принял ванну с тем самым гелем, который так нежно и сладко пахнет ванилью, цитрусом и еще чем-то неуловимо пряным. Я с наслаждением промакивал свою кожу мягким, пушистым полотенцем, как будто прощался с таким деликатным обращением, я почему-то знал, что после сегодняшнего все это уже будет в прошлом.

Сегодня или никогда. Никогда — нет, не могу отказаться даже от мысли. «Никогда» уже было неделю назад. Через неделю после того, как я услышал, а потом увидел ее.

Я просто шел. Даже спешил куда-то. Вот этого не вспомню, а голос, Ее голос, Ее интонацию, которая заставила остановиться и обернуться. Это я теперь не просто помню, это постоянно звучит в моей голове, как наваждение, как желание, которое стало смыслом последних двух недель.

И сегодня еще одна попытка. Пытка не пытаться. Пытка сидеть и ждать, ждать, час за часом и... уходить ни с чем.

Мягкость, нежность, ласка, все будет в прошлом. Я знаю, что иду, добровольно иду на встречу с жестким и капризным человеком и что Она не будет церемонится и нежничать. И я так и хочу. Ждал и жаждал этого. И в то же время, я хочу сегодня понравится Ей, понравится, как может только привлечь к себе внимание милая и невинная девочка, которая «не нарочно» и «невинно» соблазняет.

Сегодня что-то произойдет. Я знаю. Сегодня тот самый день. Не знаю, откуда знаю. Просто так уже должно случиться.

Какой Она была там, на ступеньках лестницы! Какой могущественной, сильной, неотразимой, никого не было даже близко равным ей. Черное длинное пальто расстегнуто, строгий костюм, ослепительно белый треугольник блузы, высокие каблуки туфель, руки в перчатках, будто мир даже не достоин ее прикосновения. И голос! Да, тот самый — ровный, спокойный. Отчетливая дикция, без ноток раздражения. Но сколько силы в нем, сколько безаппеляционности, Она говорит, и все остальное не имеет значения, только то, что Она снизошла до разговора.

Теперь макияж. Какое несуразное слово, фу. Карандаш — стрелки. Ресницы и клей — тушь. Подвести, поправить стрелки. Теперь тени. Можно чуть ярче, ну и что, что еще ранее утро. Да, такая я, дрянная и неприличная дев... Я смотрю на свое отражение в зеркале. Мне вдруг стало страшно. А вдруг, вдруг я не заинтересую Ее! Ну что во мне такого особенного? Неопытность? Желание? Образ? Одежда, макияж? Да у нее навалом таких и любых, только пальцем помани.

Я остановился, оглянулся. Увидел Ее и... Не может быть, чтобы лицо было столь бесстрастным, когда произносишь такие слова. Что-то же Она должна испытывать, когда так распекает подчиненного, а что это был именно он, не вызывало сомнений. Но нет, спокойное лицо, разве что тень, только слабая тень неудовольствия, когда Она уточнила время (даже часов не носит, вне времени). Я сам, совсем посторонний человек, скукожился и втянул голову в плечи от такого выговора, а он... И тут я посмотрел на него. И понял! Да, он счастлив! просто счастлив, что Она его ругает, что Она его ТАК ругает. И я поймал себя на том, что и моя реакция на Ее выговор какая-то не простая, в ней есть еще что-то. И только после взгляда на него, понял — это возбуждение. Да, то самое, которое испытываешь, когда хочешь женщину, просто хочешь и все. Нет, не все, но понял я это позже и уже не мог не искать с ней встречи.

Карандаш — контур губ. Тоник и личико стало совсем гладким и посветлело, хотя у меня и так прекрасная кожа, но мне нравится прикосновение спонжа и кисточки с пудрой.

Я давно уже готовился к этому дню, и он должен, просто должен оправдать мои ожидания, мои надежды, воплотить мои фантазии в реальность. Должен. Я должен с Ней встретиться, пусть Она обратиться ко мне, заметит меня.

А еще я купил нарочно для этого дня чулки, стринги и пояс. Мне повезло найти комплект: бюстик, стринги и пояс. Такой замечательный и нежный кобальтового цвета шелк и черное кружево. Я думаю, Она оценит. Черные тонкие чулки со стрелкой. У меня красивые, стройные ноги. И да, тугая, упругая попка. Я предложу все это Ей. Я отдам Ей все, что Она захочет. Пусть только возьмет. Пусть...

И что? Пусть скажет, что я не стою ничего. Пусть, Сама скажет! Она же увидит, как я хочу принадлежать Ей. Вот! Вот это я тогда, на лестнице и понял. И я пойду. Сегодня или никогда.

Черные туфли на каблуке, черная юбка, приличной длины, до колена, не все сразу, это я так кокетничаю (ну пусть заметит, Пусть!). И белая блузка. Расстегнуто только две пуговки, до откровения еще далеко. Но, она же умная, она увидит белье под блузой. « Я не нарочно» — скажу я ей, если спросит. Вот я уже и играю с Ней. Я так вторую неделю играю и представляю. Сегодня. Пусть уже сегодня. Она не может не захотеть меня. Пусть захочет! Ну что Тебе стоит, ну пусть, пожалуйста. Сверху плащ. Волосы, у меня красивые, густые, такого пепельного оттенка, не длинные, но лучше сегодня без парика, да, так лучше. Сегодня так лучше.

Что же случится сегодня? Уже и не понимаю, правильно делаю или нет. Я не думаю. Я просто иду. К Ней.

Я уже привык к стрингам. Это не перестает волновать. Ниточка сзади, член еще поддерживается шелком, а яички скорее разделены бельем, придавлены им, чем прикрыты. Ну не помещаются они в стрингах. Сначала это меня расстраивало, а потом я стал нарочно выбирать меньший размер. Так я чувствую их при каждом движении, а особенно, когда сижу, и они натягиваются на мне. Да, я все время на грани, я возбужден, я хочу быть таким, в состоянии готовности, для Нее.

Какую же помаду выбрать, мммм, так хочу оставить следы от губ на ее ножках и туфельках, на каждом пальчике. На каблуке ее туфелек. На стройной ножке. Под коленом и...

Красная, конечно красная, разве существуют другие оттенки. Вот эта, матовая, чуть приглушенная.

Ну, вот и все. Еще рано, но уже нет сил, оставаться дома. Возьму кофе по дороге, скоротаю время. Все. Выхожу. Все Сегодня.

****

Дырка на чулке! Ну почему это всегда ощущается, как катастрофа! Отремонтировали машину, блин. Одни убытки. Сейчас переодену. Несколько минут до офиса. Моего офиса, а чувствую себя школьницей со спущенной стрелкой на колготках. Гадость. Снова полная канцелярия народу. Ну что это за бестолочь, секретарша.

А вот и подарок-компенсация. У нее тоже дырка на чулке. И чулки со стрелкой, как и мои. Улыбнуло. Аааа, да это же она, вернее, он. Ну что ж, придется «отблагодарить» за солидарность, пусть порадуется, приму его сегодня, или ее? Посмотрим.

***

Дырка на чулке! Катастрофа! Ну как я к Ней теперь такая! Стыдно. Подумает — неряха. А я же так старалась. Нет. Не уйду, не сегодня. Пусть будь, что будет. Шаги. Ее. Она. Входит. Как колотится сердце. Вот у Нее не может быть такого, как дырка на... Да. Теперь я точно знаю, что сегодня тот самый день. И у нее тоже. Тоже такая же катастрофа! Она меня примет. Точно знаю, что примет. Сегодня.

***

Вошла и даже не посмотрела в мою сторону. Пальто упало бы на пол, если б секретарша не подхватила. Я еле сдержался, чтобы не вскочить и не взять его, а Она сделала это, на столько уверенным и привычным жестом. И дверь перед Ней открыла секретарша... Интересно, а хоть что-нибудь Она сама делает? Какая неприятная у Нее помощница, толстая, рыхлая, да еще и эта стрижка на белых крашеных волосах. Косметика, впрочем, ничего, нормально смотрится. А впечатление отталкивающее. Ведет себя, как Цербер, хоть и любезна, профессионально любезна. Да я просто завидую! Да, я хотела бы подхватывать пальто, открывать дверь и варить кофе для Нее, вместо этой клуши. А может Она лесби? Вот, черт, и тогда мне ничего не светит. Нет, не может быть, а как же тот парень на ступеньках! Там был не просто выговор, не просто, я знаю, чувствую.

***

 — Лара!

 — Мой кофе, Лара. И еще... Позвони механику, пусть осмотрит машинку, она мне сегодня порвала чулки. Принеси кофе. Две пары чулок, моих, ты знаешь. Перчатки и смазку, да, ту самую. А что это столько народу у тебя?...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх