Повесть о любви принца Джамаля и прекрасной царевны Азиль (по мотивам арабских сказок)

Страница: 2 из 3

Скорее, это ты приснился мне... Я царевна Азиль[2], единственная дочь шаха Сулеймана.

Она во все глаза смотрела на Джамаля. По правде сказать, она не встречала ещё такого высокого и широкоплечего мужчину, с такими сильными руками. «Он настоящий богатырь... И если бы хотел причинить мне зло, мог бы с лёгкостью это сделать, — рассудила Азиль, — и раз я ещё цела и невредима, мне не стоит его бояться. Тем более, что это всего лишь сон».

— Пусть так, печально улыбнулся принц. — Не всё ли равно? Если ты хочешь, я готов сниться тебе каждую ночь и даже днём.

— Днём я не сплю, — удивившись, отвечала она, ловя себя на том, что ей нравится его тихий голос и открытое лицо с пронзительным взглядом тёмно-синих глаз под густыми чёрными бровями. — А можно я дотронусь до тебя? — неожиданно попросила она.

— Конечно! — радостная улыбка расцвела на его губах, и он протянул к ней руки.

Она осторожно коснулась его правой руки своими маленькими тонкими пальчиками.

— Странно, ты, словно живой, — она улыбнулась. — Я никогда не видела такого реального сна.

— Я тоже, — просиял Джамаль. От её улыбки у него перехватило дыхание, а внизу всё напряглось.

— Ну, раз ты — только снишься мне, то я могу прилечь... Ведь мне нечего тебя бояться, — рассудила царевна.

— Безусловно, — с улыбкой кивнул он, — я не только не причиню тебе худого, я буду оберегать твой сон.

Азиль осторожно прилегла, подогнув ножки. Всё-таки ей было неловко, что этот невозможно красивый «сон» смотрит на неё. А в его взгляде было что-то странное, как будто он раздевал её, проникая не только под одежду, но и куда-то дальше, в глубину её существа. Кроме того, она начинала дрожать, хотя не чувствовала холода, даже наоборот, её тело горело, словно в огне.

— Ты замёрзла? — спросил Джамаль.

— Нет... то есть да, немного, — почему-то шёпотом отвечала Азиль.

— Если хочешь, я лягу рядом и согрею тебя — предложил он.

— Не знаю, — смутилась она, — удобно ли это... Хотя мы и во сне, но... так всё реально... В жизни я ещё ни разу не лежала рядом... с мужчиной. И это... кажется мне... неправильным.

— Глупости! — улыбнулся Джамаль. — Нет в этом ничего страшного. Тем более что мы уже лежали рядом, и ты спокойно спала, прижавшись ко мне. И я накрою тебя сверху своей рубашкой.

Не успела Азиль ничего ответить, как он скинул свою сорочку, оставшись в одних коротких штанах. Его накаченное смуглое тело, вытянувшееся рядом, заставило её задрожать ещё сильнее.

— Давай я обниму тебя, — предложил он, — иначе ты рискуешь заболеть.

Азиль хотела возразить, но промолчала. «Наверное, всё-таки я сплю, — подумала она, — в таком случае, пусть делает, что хочет... Ах, какие у него чудесные руки! Вот бы каждую ночь спать в его объятиях». Но её дрожь не проходила и даже усилилась.

— Да у тебя лихорадка, — коснувшись ладонью её лба, заметил Джамаль. По правде сказать, он и сам дрожал.

— Не знаю, — слёзы послышались в голосе царевны, — мне кажется,... это не сон... Может, ты похитил меня и...

— И что? — улыбнулся он. — Поверь, я и сам был не меньше удивлён, увидев тебя на своём ложе. — Давай сделаем вот что. Я сейчас тебя поцелую и... мы проснёмся... Ну, или ты проснёшься у себя в покоях. Согласна?

— Даже не знаю... — бедная Азиль вообще зашла в тупик. С одной стороны, она всё больше хотела оказаться дома, в своей кроватке, но с другой, она боялась его поцелуя. И не только потому, что была стыдлива и воспитана в строгих правилах, она боялась проснуться. Да! Вот она проснётся и больше никогда его не увидит! Не ощутит его объятий!

Но Джамаль, даже не ожидая её разрешения, вдруг приник к её устам. О, его поцелуй буквально опьянил её, нежные губки дрогнули и раскрылись, пропуская внутрь ротика его смелый язычок. Джамаль же вволю наслаждался нетронутой ягодкой, играя с ней на все лады. Конечно, у него не было опыта в таких делах. Но, во-первых, он не зря проводил время за книгами, и не все из них были «приличного» содержания, а во-вторых, в определённые моменты жизни природа берёт своё и оказывается лучшим советчиком и учителем.

— О, Азиль, моя нежная ягодка! — прошептал он, оторвавшись, наконец, от её сладких губок.

— По-моему, мы всё еще спим, — тихо промолвила она, покраснев.

— Да ведь и прекрасно! — улыбнулся он, сильнее прижимая её к себе. — Лично я не хочу просыпаться, — признался он.

— Я тоже, — чуть слышно прошептала царевна, вконец сбитая с толку, умирающая от смущения и желания его ласк.

Её покорность придала уверенности Джамалю. Его руки сами собой стали через рубашку скользить по груди Азили. Тонкая ткань почти ничего не скрывала, однако осмелевший и несколько одуревший принц распустил тесёмку застёжки и полностью обнажил девушку. Его губы стали ласкать нежные упругие грудки, сочные и вкусные, как мякоть спелого манго. А руки опускались всё ниже и ниже, поглаживая плоский маленький животик с аккуратной ямочкой, разминая пухленькую попку. Стоны красавицы только усиливали прыть Джамаля. Вдруг его пальцы, оказавшись, между стройных бёдер девушки, почувствовали тягучую влагу, словно там стекал мёд. Попробовав его пальцем на вкус, принц с удивлением обнаружил, что это действительно мёд, ароматнейший и сладчайший, который пчёлы собирают в начале мая с самых нежных весенних цветов. И тогда, чтобы вдоволь насладиться восхитительным даром, Джамаль приник к этому месту устами.

Джин, устроивший всё это, со стороны наблюдал за происходящим. Конечно, он прикинулся невидимым.

— Э, нет, дружочек! — с хитрой ухмылкой подумал он. — На главное удовольствие ты не рассчитывай. Я не отдам тебе на растерзание бедную девочку. Для тебя всё будет не так-то просто. Награду надо заслужить!

И проказник-джин хлопнул в ладоши. Вмиг на прекрасную пару нашёл крепкий сон. Джамаль захрапел, обняв ножки царевны. А когда проснулся ранним утром, он был в камере совершенно один.

— О, какой чудесный сон мне сегодня снился всю ночь, — с улыбкой вспомнил он. — Ах, хоть бы ещё увидеть Азиль. Мой нежный цветочек, мой майский мёд!

Принц принялся измерять шагами свою темницу. Закинув руки за голову и закрыв глаза, он видел перед собой прекрасную Азиль. Весь день в его ушах звучал её мелодичный голосок и всюду мерещился взгляд чёрных бархатных глаз. И так как наш принц был поэтом, то все свои чувства к красавице Азиль он выразил в стихах.

«Ты, кого я избрал, всех милей для меня.
Сердца пылкого жар, свет очей для меня.
В жизни есть ли хоть что-нибудь жизни дороже?
Ты и жизни дороже моей для меня.

Дай коснуться, любимая, прядей густых,
Эта явь мне милей сновидений любых.
Твои кудри сравню только с сердцем влюбленным,
Так нежны и так трепетны локоны их!

Цвет рубину уста подарили твои,
Ты ушла — я в печали, и сердце в крови.
Кто в ковчеге укрылся как Ной от потопа,
Он один не утонет в пучине любви"[3]

Джамаль с нетерпением ожидал ночи, надеясь, что вновь сможет увидеть любимую. Однако его надежды оказались напрасны. Много ночей напролёт он жаждал встречи с прекрасной Азиль. Но тщетно. И тогда принц принял решение.

— Ваше наимудрейшиство, о, повелитель! — перед султаном Шахраманом склонился визирь. — Ваш сын, принц Джамаль просит принять его.

— Пусть войдёт, — обрадовался султан, в его глазах загорелась надежда.

— Отец, — поклонился принц, войдя в покои султана, — я усвоил урок. Я готов жениться.

— Дитя моё! — просиял султан, сразу помолодев лицом. — Я так рад! — он обнял сына. — Мы сей же час начнём выбирать невесту. Эй, главный визирь! Мы должны выбрать невесту для нашего наследника! — приказал Шахраман.

— О, нет, отец! — возразил принц.

— Что?! Что значит, нет?! — султан едва не лишился дара речи. — Ты вздумал подшучивать над своим султаном?! — грозно воскликнул он.

— Нет, мой повелитель, — с почтением отвечал принц, не отводя взгляд от искажённого ...  Читать дальше →

Показать комментарии (18)

Последние рассказы автора

наверх