Тьма древнего Миноса. Часть 3

  1. Тьма древнего Миноса. Часть 1
  2. Тьма древнего Миноса. Часть 2
  3. Тьма древнего Миноса. Часть 3
  4. Тьма древнего Миноса. Часть 4: Роскошный ритуал

Страница: 4 из 5

били всё чаще; один раз отдельно стоящее дерево загорелось от удара прямо перед нами. Промокшие и озлобленные, мы думали искать укрытия в горах, где могли располагаться пещеры, но нам повезло. Одинокий огонёк маячил чуть в стороне от тракта, подойдя ближе, мы убедились в том, что это не путник и не проказы демонов, а хутор на отшибе.

/Хутор, вообще-то — общий термин для отдельно стоящих ферм, на которых, как правило, проживала одна семья/

— Откройте! Мы из Кносса, нам нужен ночлег!

— Кто там? — раздался скрипучий, но от этого не менее сердитый голос

— Два одиноких путника! — прогремел Акаро.

— Одинокие путники не шляются на Паучьей дороге! Пошли прочь!

— Я — жрец Разайи, со мной лишь телохранитель! — поптался перекричать ветер я. Лишь молчание было мне ответом и я добавил: — Мы щедро заплатим!

Раздался скрип затвора. Дверь открылась и в проём высунулось древнее медное копье. Его держал старик кругов сорока. Рядом стоял молодой парень — сын или племянник, держащий бронзовый кикладский меч с сильно изношенной гравировкой рукояти. Трофей, что ли? Старик выглядел, как рубака в отставке — выправка, шрамы. Их лица были напряжены, но не сильно. Оружие начало опускаться.

— Про осла вы не говорили.

— Подумали, он проявит себя сам. — Этот демон проявил, начав истошно выть. Хозяин поморщился.

— Обычай требует, чтобы вы вошли, хотя в такую ночь это небезопасно для нашей семьи.

— Боитесь незнакомцев? — спросил я, протягивая храмовую печать старику — Или духов природы? — тот передал её младшему.

— Нет... — медленно ответил ветеран, получив кивок сына — старая традиция не любит лишних людей.

Я посмотрел на стражника. Акаро было плевать на старые традиции в то время, как на улице хлестал дождь. Он пожал плечами, едва не снеся ими косяк, отдал осла накинувшему грубый суконный плащ юноше и решительно вошёл внутрь. С нас вода не капала, а лилась — вся одежда промокла до нитки. Хозяин бросил на нас быстрый взгляд и вздохнул:

— Мокрая одежда вредит телесному здоровью. — он развернулся и махнул рукой, приглашая нас внутрь дома — Ваше счастье, что наша семья издревле живёт у горячего источника. Постепенно вокруг него возникла своя традиция ритуала Обновления...

« — Только не это!" — мысленно завопил я.

— ... правда, вам придётся в ней поучаствовать, не обессудьте. Впрочем, всё очень просто, вы не запутаетесь. — он вёл нас по коридору в зал, по размерам — больше трёх наших с Кавьей каморок.

— А как относится Храм к подобным нарушениям святых обрядов? — вопросил Акаро, нахмурив брови. Когда он хочет, то может убедить в своём дуболомстве всех.

— Он далеко. До Галатараса столько же, сколько — до ближайшей фермы. Впрочем, пару раз у нас бывали жрецы и жрицы и они некоторые изменения обряда одобрили.

Мы сели за стол, подобный тем, что стоят в храме Богини. Нам прислуживала обнажённая по пояс хорошенькая минойка, отличающаяся ухоженной и загорелой кожей (нечасто такую встретишь даже у жителей дворцов), и ещё — глазами-миндалинами, подведёнными безумно дорогой тёмно-зелёной краской. Руки — не обветрены и не покрыты шрамами. Я слегка напрягся.

— Это наша гостья. Волей случая она прислуживает нам сегодня, как требует традиция. Вы с ней ещё пообщаетесь сегодня.

— А чего ещё требует традиция?

— Чтобы вы слегка перекусили и отправились в купальни.

— Купальни? — я удивился.

Купальни — сложная вещь. Признак достатка даже там, где горячие воды — не редкость, а нечто обычное, само собой разумеющееся. Впрочем, эта ферма на отшибе и так полна необычностей — трехэтажный доминирующий над окрестностью особняк — крепость (от кого нужно строить такую мощь? Пиратов? Не смешит), несколько купален, роскошь вроде упомянутого стола и грубоватой фрески на одной из стен зала.

— Да. Одна для семейных нужд, другая — для нужд гостей, третья — всего три круга назад построили — для гостей. Тогда же, когда и заказали эту фреску — он указал на рельефное изображение на стене, изображающее трёх девушек — копия популярной фрески из Кносса, слегка изменённая неизвестным автором. Теперь объёмность форм стала осязаемой не только в высоком смысле, но и в прямом.

— Какую вы предоставите нам? — вежливо осведомился Акаро. Хозяин недовольно покосился на него:

— Тородо, вы много позволяете вашему охраннику.

— Он несколько раз спасал мне жизнь. — тут я не соврал — мы с ним практически братья.

— На Островах?

— Да. — соврал я.

— Где?

— Серифос, пять лет назад. — Пять лет назад я вовсю учил законы природы в дворце Закросе на восточной оконечности Крита. Но Акаро и мой покойный брат были там — Дальний поход.

Хозяин хмыкнул:

— В мои времена так далеко не забирались... эти места считались проклятыми.

Как я и думал, он был ветераном — моряком. На склоне лет он всё ещё мечтал увидеть вечернее небо над одиноким морем, прекрасные и гибельные Киклады и прекрасных, похожих на миниатюрные терракотовые статуэтки кикладок (одна из его пленниц стала женой). Впрочем, помнил он и неприятные стороны моря и ругался, как истинный моряк, вспоминая все свои похождения.

— Что ж, прошу в купальни, — опомнился он, когда мы, впрочем, слегка подсохли.

— Купальни?

— Да, сын мой, — обратился он к моей «страже" — ты отправишься в купальню для гостей, а жрец — в семейную.

« — Попал я.»

***

Купальни стояли в рядок у подножия холма и соединялись с домом крытым переходом. Круглые, скрытые под навесом и за тонкими стенками круглые бассейны. «Семейная» была самой древней — стены явно перекладывали несколько раз, но водорослей и прочей нечисти не водилось — слишком хорошая, хоть и простая, как дыра в потолке, вентиляция, да и вода была всегда проточной.

Я сидел в горячей воде и не желал большего. Но Амейа, наблюдавший за мной, явно решил повеселиться и послал мне — знак ли, не знак, очередную красочную фреску на стене жизни.

Горячая вода плохо действовала на мою бдительность — я почти уснул. Очнулся я от звуков шагов босых ног. Я медленно приоткрыл глаза и увидел ту самую минойку, прислуживавшую нам в доме. Она была полностью обнажена, а тело её не уступало телу Акаллы и даже превосходило — всё-таки Акалла была куда старше её. Коричневые маленькие соски прекрасно подходили её загорелому телу.

— Я Базаларо, дочь Базоло из семьи ювелиров Фаистоса. Сегодня я раба хозяина этого особняка и прислана для того, чтобы подготовить тебя к ритуалу Обновления.

Она неспешно спустилась в купальню с того места, где стояла. Я видел гусиную дрожь её кожи и гладкий лобок, дрожащие веки. Она — меня и мой почти подготовленный инструмент. Впрочем, она знала свой ремесло. Я приподнялся на бортик, чтобы она не замочила зелёные веки. Базаларо в благодарность принялась обрабатывать ствол и рукой, и языком.

Я чувствовал, какой её язык шершавый — на чувствительной головке, сильный — когда она вылизывала ствол, и ловкий — когда она пускала его туда, куда лишь малая часть девушек может достать языком. Вообще, она сосала не хуже той же Акареу — явно сказался опыт жизни в высших дворах. Но моя сегодняшняя рабыня делала это гораздо качественее. И смотрела во время процесса прямо в глаза, обжигая меня зеленым огнём.

Я пришёл в полную готовность, но этого было мало. Я её выдернул из воды, ощупал тело, оценив его упругость и успев погладить внутреннюю сторону бёдер. Получил очень хороший и страстный, хоть и лишённый тепла поцелуй. А затем без лишних разговоров и просьб приставил её к стенке купальни, поставил одну её ножку наверх, а сам спустился вниз.

Эта попка была идеальна, но я не стал уподобляться немногим жрецам мужчинам храма Богини-со-Змеями и не её вылизывать. Просто слегка поласкал пещерку пальцами, оценив её мягкость (отлично) и ширину (я явно не из первых побывавших) и резко вставил. Она лишь открыла рот, не стонала, но я не хотел удивляться и просто ...  Читать дальше →

Показать комментарии (16)

Последние рассказы автора

+9.2 (54)
13622
14
28 мая 2013
3
 
наверх