Заигрались

Страница: 3 из 5

на грани миров... — Кончай уже, страж за гранью, — нарочито грубо оборвал я его. Нет, я вовсе не собирался отбивать его девиц. Тем более, что они и не его, а так, просто на огонёк заглянули. Что может быть лучше на игре, чем зайти в гости к мастерскому костерку — самому лучшему месту, если хочешь быть в курсе всех игровых сплетен и интриг.

Поэтому сейчас они сидят вокруг этого недомерка и, глядя ему в рот, слушают его, но только ему всё равно ничего не светит. И, однако, мне приятно лишний раз унизить его на людях — а то ведь то же мне страж выискался. Пусть знает своё место. И, между прочим, скажет спасибо, что я его не пнул. — А спорить с мастерами... — Слышь, ты! Горе-мастер! Заткнись уже и давай по делу. Нам тут сколько ещё сидеть? — Если будете спорить с мастерами — то до конца игры. — Врёшь, — спокойно возразил я, кладя ему руку на плечо, отчего бедняга даже сжался: — Максимум до вечера, пока боевое время сегодня не кончится. Ну, так сколько ещё сидеть? — Всё, боёв на сегодня больше не будет. Аут! — развёл руками Никитка. — Как это? — Главмастер сказал, чтоб без него никаких боёв. А его как раз и нету. — Так чего ты тут сидишь! А ну, команда была «встать» и «бегом марш» искать главмастера. Пшёл живо! Но Никитка не двинулся с места: — Ты мне не указ. Придёт главмастер вот он указ! А ты для меня как обычный игрок. Это ты должен мне подчиняться. — Да ну? — А я только главмастеру подчиняюсь. Вот хочешь сам у него спроси. Когда он придёт. — Ага, буду я тут сидеть и ждать. Вот сейчас сам пойду и поищу его... — Да иди, — вдруг согласился Никитка: — Только снарягу оставь здесь, а на голову белую повязку, чтоб сразу было видно, что ты мертвяк и не в игре. И очки не забудь. Без очков не выпущу! Конечно насчёт «не выпущу» это он загнул. При всём желании даже десяток таких как он не смогли бы остановить меня, я бы прошёл и не заметил. Но насчёт очков он всё же был прав. Ведь кто там разглядит или не разглядит эту белую повязку за кустами — сперва шмальнут очередью. А шальным шариком в глаз получить это запросто. — Про очки мог бы и не напоминать. И сам надену, мне мои глаза дороги, — сказал я, доставая очки. — Снаряжение, — напомнил горе-мастер. — Лады, лады. Отнесу сейчас до своих ребят, — сказал я уже миролюбиво. И в самом деле, чего я взъелся на него? Ну сопляк он, слабак, ну и чо теперь, будем его прессовать всем миром? Поди ему и так по жизни достаётся. Может игра это единственное место, где он себя хотя бы человеком чувствует. Шоколадку ему что ли подкинуть?

Пусть поделится с девушками, заодно и я в их глазах не таким злобным букой буду выглядеть. Я скинул рюкзак, порылся среди обойм, запасных аккумуляторов и прочей ерунды, которую привык таскать с собой чисто на всякий случай, чтобы в решительный момент боя, не бежать до лагеря. Где-то в глубинах всего этого хлама, на самом дне нащупал НЗ. Плитка шоколада раскрошилась, но держалась в обёртке. Ну, уж не взыщите, чем бог послал. За неимением лучшего сгодится и такая. — Ребя, присмотрите тут за шмотками моими, — попросил я: — И это, если я не вернусь быстро, а вас уже выпустят, то захватите моё барахло до лагеря. Лады? — Будет сделано, товарищ командир. А сам-то ты куда? — Искать, где черти носят главмастера. — У-у-у, далеко они могут его унести, — пошутил кто-то: — Полигон-то большой. Шутка была никакая, но народ почему-то рассмеялся. Смеялись и наши и фрицы, все вместе. Обычное состояние отходняка после азарта боя. Да, пожалуй зря я гоню лошадей, на сегодня боёв уже действительно хватит. Вот завтра дадим последний и решительный, и... Но тут до моего сознания стали проникать слова. Они летели издалека, со стороны мастерского костра. Рассказывал Никитка: — Да не, вот честное слово не вру! Я же мастер! Я и её спросил, что это, мол, такое — и она подтвердила, что сама настояла. Не знаю, нравится ей что ли. Хотя как это может нравиться. Они же её лупят, да по всему телу, голенькую. Ей же видно, что больно, до слёз больно, полосы красные от ремня остаются — но терпит. Не сдаёт кто разведчик. Немцам уже и самим неловко. Они ей массаж сейчас делают. Предлагали просто её расстрелять, но она сказала чтоб без пролития крови... Тут сильные руки подняли рассказчика от земли и встряхнули: — Говори! Говори, сморчок-недоносок! Что ты сказал сейчас? — ... говорит казнить без пролития крови... — только и пробормотал Никитка Я швырнул его наземь и стремглав кинулся в сторону немецкого лагеря. Казнить без пролития крови — старая формулировка инквизиции, лживое милосердие, означавшее смерть на костре. * * * В лагере было пусто. Слабый дымок, на который я бежал, опасаясь самого худшего, оказался всего лишь дымом от потухшего без присмотра костра. Да, так каша у фрицев долго ещё не сварится. Подкинуть что ли дровишек? А то проголодаются пацаны, придут — а каша всё ещё не готова.

Стоп, а что же они сами не подкинули? Где кашевар или часовой какой-нибудь? Где все? Я бросился по палаткам. Что-то не так в этом пустом лагере. Ну пусть половина обитателей сейчас сидит вместе с моими орлами в мертвятнике. Но где герр офицер? Где фельдфебели? Где доблестные дойче золдатен? Хоть кто-то же должен быть тут! Чувство тревоги и страшной опасности вновь овладело мной. Что-то происходит и это что-то очень и очень неладное. Но что? Я должен думать. Прежде всего спокойно подумать. Значит так, положим, речь шла опять о Ленке. Она им попалась. После её вчерашней выходки с расстрелом, я готов поверить во что угодно. И в то, что ей взбрело вдруг терпеть игровые пытки — легко поверю. Как они их отыгрывали? Заставляли её приседать или отжиматься? Нет, это ей было бы неинтересно. Она, похоже, в натуре мазохистка та ещё. Значит, она уговорила их её лупить. Видимо ребята разошлись тут не на шутку с нею — но она-то их не останавливала. Может даже ещё просила — а что, с неё станется. Этот сморчок, горе-мастер, то же хорош — уж остановил бы бесчинство своей властью... хотя какая там у него власть, его тут вообще никто не слушает. Что есть человек, что нету, всё едино пустое место. Но почему же сейчас никого в лагере нет??? О! Я хлопнул себя по лбу. Ну конечно, что я понапридумывал себе страстей всяких. Ну, они её отлупили — по обоюдному согласию отлупили, затем как она ни упрашивала продолжать, они это дело прекратили. Ну и дальше, естественно, перед ними голая девушка — и куда они пойдут? Правильно, купаться пойдут на озеро. Вода, правда, холодновата на мой вкус. Но я вообще теплолюбивый.

А народу, разгорячённому после боёв и таких зрелищ, которые им тут Ленка устроила, так в самый раз чтобы охладиться. Ну и её то же чуток в чувство привести. Вот всей толпой и двинулись на берег. Должно быть вот эта тропка как раз куда-то в ту сторону ведёт. Успокоив себя такими мыслями, я уже почти с лёгкой душой неспеша двинулся по примеченной тропке. А что, солнышко светит, травка зеленеет, вот птички чирикают. Природа, воздух свежий. Лепота! И виселица... Они все застыли так, как на архивных фото «казнь партизана». Герр офицер, фельдфебели, дойче зольдатен со шмайсерами. Все стояли и смотрели на Ленку. А она голенькая, с табличкой на груди «Партизанка» и петлёй на шее, стояла на складном табурете. Я хотел закричать, но вовремя спохватился — она же может испугаться, нога сорвётся и тогда игра в миг превратится в убийство. (Специально для sexytales.orgсекситейлз.орг) Ребята заигрались, сильно заигрались, не понимают что вот так шутить нельзя. Опасно же, чёрт возьми. Надо бежать и подхватить её, а потом уже объяснять, увещевать, ругаться. Главное чтобы она продолжала стоять на этом шатком табурете, пока я не выну её из петли. И тут я увидел, как она улыбнулась. Затем её губы двинулись, и не знаю откуда, но я понял что она сказала «Ауфидерзейн!» И подняла одну ногу. Как лось бросился я сквозь кустарник. Время почти застыло — почти, но не совсем. Её нога продолжала своё движение. А рядом с ней не было никого, кто остановил бы её. Да и не смог бы. Ведь фотография ...  Читать дальше →

Показать комментарии (82)

Последние рассказы автора

наверх