Виртуальный герой

Страница: 2 из 3

из окопов не высовывались. Ни одного выстрела с их стороны.
— А вы и попались и на их индейскую хитрость? — Кате уже становилось весело.
— Ну, мы вообще-то сообразили, что без живых противников боты так действовать не станут. Шли эшелонами, в первом боты. Как раз мои там все полегли. Но мы же думали, ну они гранатами начнут кидать, а мы их огнём подавим — а они разом в штыки. Ботов смяли с ходу. Герда мне кричит «Шиссен!» а я куда шиссен? Куда стрелять? Там же мои боты. Ну и так они до нас дорвались. Парочку я успел подстрелить, а третий уже меня заколол. Я хрен знает, что у них там за интерфейс такой, но только немцы в штыковую ну вообще никак — а русские рулят. Это либо баг, либо страшный чит.
— Бедненький мой Гансик, — снисходительно сказала Катюша: — Бросай ты уже эту игру.
— Да вроде как неудобно перед Гердой. Я сейчас у неё единственный фельдфебель с полным комплектом ботов, к тому же и сам стрелок неплохой. То, что я двоих успел в этом бою застрелить это вообще-то геройский подвиг. Большинство ребят и одного фрага не набили.
— Ах ты мой герой! — Катька поцеловала меня и добавила: — Виртуальный!
— Ну, раз герой, — ухватился я: — То может быть ты своего героя вознаградишь?
— Ну, я даже не знаю, — игриво проворковала Катя: — А герой будет со мной нежен?
— Буду, буду конечно! — заверил я: — Вот только сперва ты приласкай героя.
— Это как?!
— Ну, ротиком...
— Вот ещё!
— Кать?
— Даже не проси!
— Но отчего? Ведь я ласкаю тебя. И разве тебе самой не хочется выразить свою нежность ко мне?
— Ну, может и хочется. Да только ведь случая подходящего нет.
— Это как? — искренне удивился я.
— Ну вот так, — улыбнулась Катя: — Что герой мой павший. Я же не некрофилка какая-нибудь. К тому же и бой вы всё равно проиграли.
— Погоди-ка, — коварная мысль тут осенила меня: — Значит, если мы бой выиграем, то ты согласна? Согласна сделать мне минет?
— Ну, — Катя явно не ожидала такого поворота: — Ну хорошо, ты овладешь мной, как мечтаешь. Но при условии, что ты останешься жив.
— Ага, я помню, что ты не некрофилка, — рассмеялся я.
— Только всё равно вам НКВДшников не пройти. Ещё ни разу у вас это не получалось, — тут же беззаботно парировала Катя. И добавила: — И, кстати, мой бедненький Гансик, но раз уж ты сегодня покойничек, то секса тебе не будет. Ведь я не некрофилка.

Когда дверь за ней захлопнулась, я только мысленно выругался. Вот стерва. Но я не я буду, а добьюсь своего.

* * *

За следующие пару недель я сильно улучшил свои познания в немецком. Что поделать, пришлось. Зато я сумел объяснить Герде свой замысел атаки. А она уговорила соседей действовать по нашему плану. И — это сработало.

Нет, это не просто сработало. Это сработало чудесно — в смысле каким-то чудом я остался последним живым бойцом с нашей стороны. Последний НКВДшник подстрелил бота и спрятался за укрытие, перезаряжая обойму в трехлинейке — а я тут же забросал его всеми оставшимися гранатами.

И сейчас моя обожаемая Катенька смотрела ролик, запечатлевший мой геройский подвиг во славу виртуального Рейха. Пусть проникается, девочка, какой крутой её Ганс. И готовится вознаградить своего героя, как обещала.

— О, мой герой! — Катюша наконец оторвалась от экрана: — Даже эту противную Герду убили — и только ты один решил исход боя.
— И твой герой ожидает награды, — напомнил я.
— О, да, конечно, — подчинилась Катя: — Только сначала в душ.

Ну что ж, то же вполне романтичный вариант. Конечно, ведь женщинам всегда хочется романтики. Поэтому, если я хочу, чтобы ей понравилось, то должен и сам быть сейчас романтичным.

— Уже представляю, — произнёс я, нежно обнимая её: — Как ты будешь стоять рядом со мной, под струями воды, как под водопадом. Как мы будем прикасаться друг к другу, целоваться. Как я покрою поцелуями твои плечи и грудь, а ты в ответ то же примешься целовать меня, и будешь опускаться всё ниже...
— Да, красиво, — согласилась она, прерывая мои поцелуи: — Но я не хочу сейчас мочить волосы. А то потом их сушить. А как в постель с мокрой головой? Ну не в полотенце же?

Вот и пойми этих женщин! То им хочется романтики — то разрушают все мечты каким-нибудь пошлым замечанием, насчёт полотенца на мокрой голове.

— Так что давай в душ сам. А я тебя подожду здесь. И тебя ждёт сюрприз, — и она так многообещающе взмахнула ресницами, что я чуть не бегом бросился в ванную.

Когда же я вернулся, то увидел её в моей рубашке. Больше на ней не было ничего.

— Ну же, — сказала она: — Вот я здесь. Овладей мной. Но для этого ты должен разорвать на мне одежду. Я хочу, чтобы ты так рванул, чтобы пуговицы отлетели. И чёрт с ними! Возьми меня!

Ну, от моего рывка пуговицы не отлетели. Расстегнулись. Но Катюха так томно вздохнула при этом, как будто я порвал на ней свадебное платье. Да, она хотела принадлежать мне. Сейчас!

— Нет уж, девочка, — произнёс я грозно, входя в роль: — Не пытайся прикрыть свои прелести от меня. Теперь всё это моё и я хочу это видеть. И обладать этим.
— Ах, — она притворно закрыла лицо руками: — Я вся в твоей власти, мой победитель.

Как роскошно она выглядела. Как она стеснялась и как звало к себе её тело. Красивые груди, широкие бёдра, стройные ножки и то, что между ними. И я опустился на колено и припал к её лону. Она пыталась удержать меня:
— Ах, нет, я не хочу...

Но мне было плевать на её желания. Я собирался получить её, и я сделаю это, даже против её воли. Я оттолкнул её слабые руки и принялся лизать её там. Она дрожала, уж не знаю, от напряжения, удовольствия, или, быть может, даже от страха — ведь таким настойчивым я ещё ни разу с нею не был. Но она была сейчас так сладка там — как желанный трофей, который я выиграл в тяжёлом бою.

И вдруг она вскрикнула и обмякла. Я встревожено посмотрел на неё. Она чуть приоткрыла лицо, и сквозь пальцы стыдливо глядела на меня:
— Я не знаю... , — застенчиво промолвила она: — Но я так хочу, чтобы ты прямо сейчас вторгся в меня. Резко. С болью. Изнасиловал. Мне стыдно. Но, пожалуйста, сделай это.

Разве я мог отказать?

* * *

Когда мы, утомлённые, лежали в обнимку на кровати, я решил напомнить:
— Катюш?
— Ась?
— За тобой должок?
— Какой?
— Ну, как. Такой, обыкновенный. Ты же вроде обещала... , — но её лицо выражало такое искреннее недоумение, что я пояснил: — Ну, насчёт минета?
— Ой, — только и ответила она: — Ну, я не знаю. Может как-нибудь в другой раз?
— Кать, а как же уговор?
— Нет, ну сейчас не стану. Ты его мне туда пихал, как я теперь его в рот брать буду, подумал?
— Ну, хорошо, хорошо. Хоть я и не вижу в этом большой проблемы, но хочешь, я схожу в душ. Даже можешь вместе со мной. Ну?
— Ой, нет. Сейчас так хорошо лежим. Давай ты никуда не пойдёшь?
— Кать, ну имей совесть...
— Кто бы говорил про совесть! — вдруг вспылила она: — Я и так тебе отдалась. Тебе этого мало? Да любая другая на моём бы месте, едва узнав про твои шашни с этой немецкой шлюхой...
— Катрин! Ты что?
— Ах, я что? Да ничего! Вот что!

Она вскочила, отшвырнув одеяло, и я снова непроизвольно подивился красоте её тела. Женское тело такое притягательное, даже когда женщина рассержена. Вот только, увы, сейчас она была совершенно не в настроении разделить моё восхищение ею.

— ТЫ, — бросила она мне гневно: — Просто попользовался мною. И слышать ничего не хочу! — она натягивала на себя юбочку: — И видеть тебя больше то же!

Снова хлопнула дверь. И я остался один.

* * *

— Ихь ферштее русиш этвас, — написала мне Герда. «Я понимаю по-русски немного». И дальше следовало приглашение на закрытый канал коммуникатора.

— Привет, — прочёл я там: — Рассказывай, что у тебя приключилось.
— Меня бросила моя девушка, — написал я в ответ: — Она ревнует меня к тебе.
— Не переживай, — ответила Герда: — Скажи ей, что я бот. А вообще если ...  Читать дальше →

Показать комментарии (10)

Последние рассказы автора

наверх