Игры разума, или Разумные игры. Продолжение. На грани сна и яви

  1. Игры разума, или разумные игры
  2. Игры разума, или Разумные игры. Продолжение. На грани сна и яви

Страница: 2 из 5

глядя в пол. Вдруг звонкая пощечина отдалась звоном в ушах. На глазах выступили слезы.

— Я задал вопрос, или ты вдруг резко онемела? Сколько тебе лет?

— Восемнадцать.

— Ты замужем?

— Нет.

— А уже познала мужчину?

— Нет.

— Ну что ж... Сэм, развяжи ее, думаю, девочка будет вести себя благоразумно. А, крошка?

Сэм долго возился с узлами, затянул он их на совесть. Наконец, она смогла пошевелить руками. Размяла запястья и увидела красные полосы на них, завтра они, скорее всего, посинеют. Но разве имело это значение, когда впереди была полная неизвестность. Что приготовила для неё судьба? Кто она теперь? Она — Дария, последняя из рода Северных Королей. Теперь всего лишь пленница, собственность торговца живым товаром Сеймура.

— Сними платье, — резкий приказ прервал её горькие раздумья.

Эти слова заставили всколыхнуться её королевскую гордость. Дария подняла голову, расправила плечи и с вызовом произнесла: «Я не сделаю этого!» Очередная пощечина обожгла лицо. На этот раз это был серьезный удар, в уголке рта появилась капелька крови.

— Ты, сука, плохо понимаешь, где ты и кто ты теперь. Забудь все, что было в твоей жизни. Теперь ты моя собственность. И я могу делать то, что считаю нужным или хочу делать. А будешь строить из себя недотрогу, я найду методы тебя укротить, — голос Сеймура во время этой проповеди стал похож на шипение змеи.

Она понимала, что сейчас сделает только хуже себе, если не подчинится. Тогда она приняла решение — надо бежать, найти способ и бежать, но сейчас надо быть послушной, по крайней мере, пока не стало хуже. Она гордо вскинула голову, так что длинные черные волосы рассыпались по плечам, и начала расплетать шнуровку на корсаже платья. Платье сползло с плеч, и грудь оголилась. Вдруг резкий озноб пробежал по всему её телу. Никто из мужчин не видел её обнаженной, только служанки. А здесь стояли сразу двое и пялились на неё.

Сеймур уже терял терпение. Он протянул руки и резко сдернул платье вместе с панталонами вниз. Они упали к ногам бесформенными кусками ткани. На ней остались только ботики, в которых ходили служанки. Дария испытывала странное чувство — оцепенение или апатию, как назвать то, что она стояла как столб, опустив руки по швам, с гордо поднятой головой и устремленным вдаль взглядом. Она не видела мужчин, что смотрели на неё, не видела обшарпанной комнаты захудалого трактира, она была не здесь и не в себе, была далеко отсюда.

Вернуться и ощутить реальность её заставило грубое прикосновение мужской руки. Сеймур схватил девичьи груди руками и ощупал их, выкрутил соски, отчего она вскрикнула. Далее провел рукой по животу и по треугольнику курчавых, коротко стриженных волос на лобке, легко шлепнул по бедру.

— Сэм, нагни ее, а то ведь сама не сделает.

Сэм подошел сзади, сгреб её волосы, накрутил их на руку и потянул вперед и вниз. Тело помимо воли стало сгибаться вперед. Сэм встал сбоку и прижал голову локтем к своему боку. Сеймур обошел девушку, провел рукой по спине, пару раз шлепнул по ягодицам.

— Хороша девка, — Сеймур отошел к столу. — Отпусти, пусть одевается.

Сеймур вытащил из шкатулки мешочек с монетами и кинул его Сэму.

— Держи, заработал. Поселить ее отдельно, никого не подпускать, глаз не спускать. Отвечаешь за нее головой.

Дария в это время лихорадочно натягивала панталоны и платье, стараясь поскорее закончить эту позорную процедуру осмотра. Товар, теперь она товар — крутилась в голове фраза. Хотелось заплакать, нет, забиться в рыданиях, но только не здесь, не сейчас, не у них на глазах. Вот только руки предательски дрожали, когда она затягивала шнуровку на платье.

Сэм отвел её в крохотную комнатушку, где-то в углу второго этажа. Там был лишь какой-то грязный тюфяк на полу и больше ничего. Крикнув кого-то и оставив его у двери, он сам спустился вниз. Девушка опустилась на тюфяк и задумалась. Бежать, надо бежать, иначе...

Открылась дверь, вошел Сэм и поставил перед ней миску с едой, молча вышел, но она слышала, как он разговаривает за дверью с моим стражником. Дария решила поесть, тем более, что действительно проголодалась, а силы еще понадобятся, да и еда была не так уж плоха.

Поев, свернулась калачиком на тюфяке и прислушалась к звукам в таверне. Внизу разогретые пивом и сытной едой наемники горланили песни и громко смеялись. На втором этаже было тихо. Трудно сказать,, сколько прошло времени. Наконец таверна затихла. В крохотное оконце под потолком комнаты показалась полная луна. Дария поднялась и, стараясь не производить ни звука, прокралась к двери. Она открывалась во внутрь, засова на ней не было. Чуть приоткрыв тяжелую дверь, девушка выглянула. Охранник сидел на полу, прислонившись спиной к стене и обхватив колени руками, он спал. Она открыла дверь шире и скользнула наружу. В конце длинного коридора виднелся канделябр с горящими свечами, видимо, хозяин таверны просто забыл их потушить, а может, оставлял специально для удобства постояльцев. Прижимаясь к стене, чтобы не попадать в слабый свет свечей, осторожно двинулась к лестнице. Кралась, как кошка. Хорошо, что на ней было грубое платье служанки, оно не шуршит при движении.

Коридор и лестницу она миновала без препятствий, а вот внизу её ждал неприятный сюрприз. Почти вся ватага наемников спала тут же за столами вповалку, кто где. Кто-то, уронив голову на стол, кто-то, растянувшись на полу между столами, кто-то, примостившись на лавке. Но на первом этаже таверны были довольно большие окна, и свет полной луны хорошо освещал помещение. Она начала долгий путь к выходу, то замирая с поднятой ногой, то делая пару-тройку шагов, стараясь не коснуться спящих на полу тел. Но наемники, похоже, так набрались на своем пиру, что и пушкой было не разбудить. Дверь оказалась запертой на засов. Девушка потянула ручку на себя и взялась за щеколду. Только бы не скрежетала. Но она оказалась хорошо смазанной и практически не издала ни звука. Уже предвкушая свободу, она заторопилась, и как результат — потеряла бдительность. Выскочив за дверь, даже не подумала оглядеться и почти бегом бросилась прочь. Но уже через несколько шагов услышала сначала тяжелое дыхание позади себя, а потом и почувствовала железные руки, обхватившие её сзади.

— Сука, думала, сможешь сбежать? От Сэма еще никто не уходил.

Он заломил её за спину руки и снова накрепко обмотал веревку вокруг запястий. Дария решилась на последний отчаянный шаг.

— Пожалуйста, умоляю, отпустите меня, Вы ведь получили свои деньги, а Сеймуру скажете, что ничего не видели.

— Ничего ты не понимаешь. Пошла вперед.

И она снова оказалась в своей комнатушке, но теперь уже со связанными руками. Надежда рухнула. Из глаз текли слезы. Она молила всех известных богов сжалиться над ней, но боги безмолвствовали. Лишь под утро забылась тяжелым, неспокойным сном.

Сеймур вошел и разбудил девушку коротким, несильным пинком. Он наклонился, собрал её волосы в ладонь и намотал их на руку, приподнял голову и заставил сесть. Второй рукой взял её за подбородок и прошипел в лицо:

— Ты, сука, думаешь, я не знаю, кто ты? Хочешь, чтобы об этом узнали все? Нет, девочка, у меня на тебя особые планы, и я даже предоставлю тебе выбор — обычный невольничий рынок или хорошее место. Выберешь рынок, пойдешь сначала учиться — пущу по кругу. Мои бойцы будут рады. Выберешь второй вариант — останешься цела. Но чтобы ты не сомневалась и приняла правильное решение, ты будешь наказана за свои шалости. У столба.

Столб. Это страшное слово гвоздем засело в сознании. Столб был неотъемлемой частью любого зажиточного двора, где использовали труд рабов. Только однажды ...  Читать дальше →

Показать комментарии (21)

Последние рассказы автора

наверх