Лиза. Глава 1: Тетка и племянница

Страница: 4 из 5

подопечной, я прислушивалась к пустоте в голове. Отрывочные мысли плавали в густом послеоргазменном тумане... «Кто бы мог подумать... «... «Ну вот, а ты боялась... «... «А захочу ли я после этого быть с мужчиной... «... «И вот так можно каждый день, целый день... «... «Господи, как же мне повезло... «... «Вот если бы кто из знакомых об этом узнал... «... «А если бы увидел... «... «Ой, я не закрыла дверь!!!»

Последняя мысль вывела меня из ступора, окатив ледяной водой: а если бы кто зашел! Я спихнула с коленей на диван девчонку, схватила ее полотенце и, на ходу прикрывая наготу, побежала к двери. Естественно, она была открыта — не до того мне было. Я повернула ключ и вернулась в комнату. Лиза сидела на диване в той же позе и смотрела в никуда. Я присела рядом и погладила ее мокрые волосы.

— Бедная моя девочка. Но ты не волнуйся, я не обижу тебя и никому не дам в обиду. Ты же не возражаешь, если я буду тебя трогать. Я буду это делать нежно, аккуратно. Возможно, тебе это тоже нравится, ведь так? — мне вдруг вспомнилось ощущение влажной промежности в моей ладони. Было ли оно мокрым после душа или намокло от моих ласк? Этот вопрос вдруг полностью захватил меня. Если девчонка способна испытывать возбуждение, то, наверно, и оргазм. Значит, мои игры наполовину лишаться эгоизма и наглого использования тела больной Лизы. Надо это проверить.

Глава III. Эксперименты.

— Тааак, моя дорогая, окажи любезность, поднимись с диванчика. Вот, умница моя. Сейчас мы пойдем на большую кроватку, ляжем и будем заниматься интересными вещами, — с этими словами я привела Лизу в комнату ее тетки, предоставленную мне в пользование на два ближайших месяца.

Двуспальная кровать была застелена чистым бельем и укрыта пледом. Я на всякий случай зашторила окна — кто знает, насколько отрытым был этот дом. Когда я обернулась к оставленной стоять Лизе, меня ждал сюрприз — девушка сама легла на кровать. «Так-так-так... « — подумала я, — «Похоже, в этом помещении она с другой целью не бывает. По словам тетки, ей невдомек, что надо делать, если чувствуешь усталость, ей не понятно, что с наступлением темноты надо ложиться спать, поэтому требуется нянька, а тут она быстро сообразила, что надо лечь». Мои сомнения насчет Софы исчезли вовсе: тетка определенно использовала племянницу сексуально. Только чем это было для самой Лизы?

Я присела на кровать рядом. Почему-то сейчас ко мне снова вернулась нерешительность. Видя, как беззащитна эта нагая девушка, понимая, что, возможно с весьма нежного возраста, голодная тетя постоянно лезла ей в трусы, я испытывала жалость и нежность. Подумать только, сколько Лизе могло быть лет, когда у нее появилась грудь, округлились бедра... Судя по ее типу, это случилось рано, лет в двенадцать. И с этого возраста Софа наверняка таскала ее к себе в койку, приучая к взрослым ласкам. Вряд ли любвеобильная и жадная до женских прелестей дама осознавала, что совращает свою психически нездоровую племянницу, и так-то травмированную смертью родителей. Судя по тому, что тетка тискала Лизу прямо на глазах у малознакомого человека, она не считает это постыдным. «Ну что вы, ну какой секс, я только за сисечку подержусть!» Бедная, беззащитная, безмолвная сирота. Мне захотелось прикрыть девочку, показать, что я не желаю ей зла.

Я прикрыла Лизу другим концом покрывала, на котором она лежала. Вспомнив, как совсем недавно я лапала ее в душе, как прижимала ее обнаженное тело к своему, бурно кончая, я, ненавидя себя за непонятно откуда взявшуюся похотливость, снова возбудилась. «Ну что ты мечешься, — обращалась я к себе, — этой женщине двадцать пять лет, она всего на пять лет моложе тебя, не ты ее совратила, тебе не за что испытывать вину. А может, ты вообще ошибаешься насчет Софы, и не трогала она девчонку, пока та не начала сама испытывать потребность. Может, увидела, как Лиза себя трет между ног и помогла из жалости, чтобы у бедной девочки хоть какая-то радость была. Алка, ты ничего не знаешь. Ты никому не делаешь больно. Проверь, вдруг девчонке нравится... « И я начала проверять.

— Лизонька, лапочка, раздвинь ножки, — я уже убрала с нее плед и принесла салфетки. Все это время Лиза смотрела в закрытое окно, своим исполненным равнодушия к жизни взглядом. Поглаживая ее бедрышки, я начала нежно, но настойчиво их раздвигать. Провозившись с этим какое-то время, я добилась свободного доступа к промежности Лизы. Не будь в комнате темновато из-за ночных штор, можно было бы хорошо разглядеть это место, ведь я никогда еще не видела женской вагины. Но с искушением открыть шторы или включить свет я справилась, решив отложить осмотр на вечер, когда свет в окне никого не удивит. Промокнула салфеткой ее пухленькие половые губки, чтобы эксперимент был чистым. Я собиралась ласкать девочку, проверяя, появляется ли у нее смазка, свидетельствующая о возбуждении.

Устроившись на кровати рядом, возбужденная ровно в той степени, когда можно тянуть удовольствие, я провела пальцами вокруг ближнего ко мне соска. Груди девушки расползлись по телу двумя толстыми белыми лепешками. Я собрала одну из них ладонью, сжала, потрясла, погладила. Медленно дотянулась до второй и поиграла с ней. Спокойные до того соски начали немного выпирать. Я всосала один из них и оглаживала во рту языком, пока он не затвердел. Дотянулась до второго... Млея от блаженства, наслаждаясь Лизиным телом, я дала себе слово, что научу ее получать удовольствие, даже если с ней пока такого не было. Когда я возбуждена, мне нравится, если мужчина, гладя мой животик, мягко массирует его нал лобком. Я начала делать так Лизе, стараясь воплотить для нее самые приятные вещи. Мне хотелось уже проверить ее щелочку, но спешить не хотелось, я боялась разочарования и не желала останавливаться. Погладив девушку по полненьким ножкам, стараясь избегать прикосновения к писе, я перевернула ее на живот и села сверху так, чтобы поиграть с ее попкой. О, какое это было блаженство! Круглая, пышная, белая попочка была полностью в моей власти. Я сжимала ее и гладила, пошлепывала, потрясывала, раздвигала половинки, любуясь темной впадиной и вороночкой сфинктера. Обуреваемая восторгом, я почти рычала, и, наконец, сползла пониже и впилась губами в сладкую плоть, облизывая и покусывая ее. Я едва ощущала какой-то кухонный запах, забираясь языком между половинок. Весь огромный мир сжался для меня до размеров этой попы, до ее ямочек, появляющихся при сжатии, до всех ее изгибов и очертаний, до этого белого комка плоти с совсем неромантичным назначением... Не поворачивая Лизу, я легла рядом на спину, одну руку положила ей на попочку, а другой начала нежно гладить и пошлепывать ладошкой свой клитор, постепенно приближаясь к неистовству оргазма. И вдруг мне захотелось, чтобы кто-то другой ласкал меня, ведь это совсем другое чувство.

Я подтолкнула Лизу, чтобы она снова перевернулась. Долго не могла пристроиться и, наконец, нашла приемлемую позу, в которой мне удобно было бы тереть клитор, но не своей рукой, а рукой девушки. Какова же была моя радость, когда, только оказавшись у меня между ног, Лизины пальчики, обычно безвольные, начали неплохо двигаться. «Ну-ка, ну-ка, давай тогда так», прошептала я, ложась рядом с девчонкой более удобно и снова направляя ее руку к своей промежности. Лиза, на удивление быстро поняв, что от нее требуется, приподнялась на локте и продолжила массировать мой клитор. Она довольно ловко время от времени макала пальчики в текущую вагину и снова поднималась к клитору, работая нежно и ритмично, ускоряя темп. При этом Лиза явно смотрела мне в лицо, но настолько задумчиво, что эта странность мешала мне кончить. Я перевела взгляд ниже и, снова встретившись с любимыми титечками, исхитрилась до них дотянуться. Почувствовав их в руках и вспомнив, как, наблюдая за Софой, впервые пожелала их потрогать, быстро кончила. Лиза же, какое-то время продолжая движение, остановилась, медленно достала руку и откинулась на спину. Я принялась целовать ее всю, шепча только одно слово: «спасибо».

Придя в ...  Читать дальше →

Показать комментарии (9)
наверх