Рабыня. Часть 5

  1. Рабыня. Часть 1
  2. Рабыня. Часть 2
  3. Рабыня. Часть 3
  4. Рабыня. Часть 4
  5. Рабыня. Часть 5
  6. Рабыня. Часть 6
  7. Рабыня. Часть 7
  8. Рабыня. Часть 8
  9. Рабыня. Часть 9

Страница: 2 из 3

что вы будете этим заниматься... Я никому ничего не скажу.

— Врежь ей хорошенько, только не по лицу, — приказала Кристина Вике.

Та приблизилась с очаровательной, хищной улыбочкой и, что есть силы, с размаха ударила меня кулаком под дых. Я согнулась напополам, вскрикнула и повалилась к их ногам, как подкошенная. Вика врезала меня ногой, обутой в остроносый туфелек, по ягодице, а Натали, тоже ногой — в бок. Было очень больно. Я испугалась, заревела, стала умолять, чтоб не били.

— Закрой пасть, стерва! — велела Кристина. Когда я замолчала, она подошла, схватила меня за волосы, приподняла с травы, поставила на ноги. Я вся тряслась от ужаса и жалобно смотрела в её красивые, но холодные, как у Снежной Королевы, жестоко прищуренные глаза. Я была готова принять от неё любые муки — так она была прекрасна. Кристина это поняла, коротко спросила:

— Ты целка?

— Да, Кристи, — ответила я.

— Хочешь, я буду твоим первым «мужчиной», — полушутя-полусерьёзно предложила она с улыбкой.

— Хочу, — кивнула я головой.

— Раздевайся.

Девчонки с интересом наблюдали, как я торопливо снимаю одежду. Когда я осталась без ничего, Кристина велела мне лечь на траву и широко раздвинуть ноги. Я сделала. Она тоже разделась и легла сверху, как мальчик. Стала жадно целовать меня взасос. Я тоже её целовала. От поцелуев внутри у меня всё оборвалось, я почувствовала «райское наслаждение», как будто съела «баунти». Кристи стала меня ласкать руками. Сначала груди и соски, потом опустилась ниже и стала гладить животик, затем жадные, умелые её руки нырнули туда... Я почувствовала её пальцы на своей киске. Это было что-то!... Она вначале нежно потеребила её сверху, помяла, быстро-быстро потёрла, потом вдруг сменила темп, приостановилась и стала нежно-нежно поглаживать, перебирая пальчиками складки кожи. Я была просто в улёте от её ласки. Я стонала, во весь голос, изгибалась мостиком, называла Кристинку ласковыми именами и просила ещё и ещё... Я отдавалась ей, как девочки отдаются мальчикам. Я просто ревела от счастья и неземного наслаждения. Целовала её лицо, губы, реснички на глазах, мочки ушей. Она тоже облизала всё моё лицо, так что оно было мокрое. Кристи извивалась на мне, тем самым добавляя несказанного удовольствия, ёрзала своим голым лобком — по моему, тёрлась киской о мои ноги. В общем, это была жесть! Я чувствовала, что теку, киска моя горела, удовольствие накатывало волнами и я не могла уже сдерживаться, — позабыв обо всём, громко стонала прижимала к себе Кристину, умоляла трахнуть меня по-настоящему, чтобы испытать самое главное... И Кристи вдруг резко воткнула в мою раскрытую, разгорячённую, влажную киску два пальца на всю глубину. Пробила там что-то... Я ойкнула: всё моё тело мгновенно пронзила острая боль. Внизу что-то потекло, и я чуть не потеряла сознание от удовольствия. Крепко сжала ноги, стиснув в киске пальцы Кристины, не давая ей их вытащить, бёдрами крепко зажала её руку, перевернула Кристину на спину, оказавшись сверху. Мы обе забились в припадке неземного, улётного кайфа. Кристи тоже почувствовала это... Но, видимо, не так как я. Потому что я ничего уже не соображала, по ногам моим из киски что-то текло липкое и горячее — прямо на белый, ещё не загорелый животик Кристины. Я успела мельком подсмотреть — кровь! Кристи действительно лишила меня целки. Но мне всё уже было по барабану! Боль прекратилась, и осталось одно только наслаждение. Я извивалась на своей любимой подруге, а кайф всё продолжался и продолжался. Кристи тоже пыталась кончить, но снизу это не получалось и она снова перевернула меня под себя, посунулась вверх, и стала ёрзать своей измазанной моей девственной кровью киской по моим губам. Я, ничего не соображая от наслаждения, высунула язык и в момент слизала всё с её раскрытых половых губок. Она плотно прижала свою мягкую горячую киску к моему раскрытому рту и приказала: «Соси, сучка!» Я тут же принялась сосать и вылизывать всё у неё внутри. Голова моя закружилась, — я улетела! Так было хорошо.

«Засунь язык в самую дырку», — продолжала командовать Кристи. Я всё делала, что она приказывала. Она от моего языка и губ стонала всё громче и громче, движения её тела всё убыстрялись и убыстрялись. Из её киски в мой рот — текло. Она начала кончать от меня... Я всё тут же проглатывала. Дышать было нечем, мокрая горячая мякоть её киски зажимала мне рот сладостным кляпом. Я мычала от страшного возбуждения и дышала носом, который то и дело тыкался в её заднюю дырочку. Кристина засунула туда, в самую глубину попки, свой палец, поелозила там, трахая сама себя в попу. Застонала от удовольствия, задёргалась. Вытащила палец и сунула мне в рот. «Оближи, стерва!" — простонала она и я, не задумываясь, стала облизывать её плохо пахнувший пальчик. Он пах туалетом, но мне было в кайф! Вау — какая жесть всё, что мы тогда делали с Кристиной в парке!

Когда она трахнула меня в первый раз и немного отошла от возбуждения — мы с ней перекурили на бревне, — Кристи велела подлизать киски Наталье и Вике. Она сказала, что теперь я никуда от них не денусь и буду делать всё, что они прикажут. И ещё назвала меня своей рабыней, а себя — госпожой и богиней. Мне было всё равно, как они меня называют, и даже побои я принимала с удовольствием. Да, после того, как я у девочек полизала по одному разику, а у Кристи — дважды, она сказала, что хочет проверить, хорошая ли я рабыня? Велела прижаться голой грудью и ногами к стволу дерева. Они все трое выломали тонкие гибкие хворостины и стали сечь меня ими со всей силы по спине и попке. Кристи пригрозила, что если я буду кричать, они будут бить ещё сильнее, а Натали сказала, что покакает и заставит есть...

Я терпела порку, пока могла. Слёзы ручьями лились из моих глаза, вся спина и попа превратились в одну сплошную, красную, кровоточащую рану. Под конец я не выдержала, упала на землю и стала просить, чтобы они прекратили. Они и не думали заканчивать, а только посмеивались и продолжали все трое хлестать меня лежачую, пока я не уписалась. Только тогда Кристи сказала, что хватит, крепко схватила меня за волосы, приблизила моё залитое слезами лицо к своей киске и помочилась на меня. Она потребовала, чтобы я раскрыла рот. Я сделала, и стала глотать её мочу. Я полулежала на земле, только голова была задрана кверху — Кристина продолжала держать меня за волосы. Вика подошла сзади, присела надо мной и тоже стала на меня писать, на спину и попу. Противная, злая Натали чуть отошла в сторонку и села какать. Она, как и я, тоже была без ничего. Вероятно, пока мы развлекались с Кристиной, они трахались с Викой. Натали покакала и подозвала меня к себе. Девчонки застыли в оцепенении, следя за моей реакцией, в ожидании, что же будет. Они, вероятно, ещё не верили, что я способна на всё. Но я настолько была подавлена поркой — меня всю трясло — что действительно готова была и на это,... лишь бы они снова не стали меня хлестать прутьями по всему телу... Я сделала это, мамочка!..

— Что, доченька? — смутно догадываясь, о чём она говорит, с тревогой и неприкрытым состраданием спросила я.

— Это... После Натали... — потупясь, сгорая от стыда, с глубокой внутренней болью и раскаянием выдавила Оленька. — Наталья — злая, развратная, жестокая и отвратительная девчонка! Она несколько раз хлестнула меня прутом по груди — крест накрест — и приказала лечь и сделать это... Мне пришлось, мама!

После этого Кристи никогда уже меня не целовала, а только при случае била по лицу и называла «опущенной». Она сказала, что я теперь буду их общей «пиздолизкой» и «туалетом», а в следующий раз они «опустят» меня по-настоящему. Через неделю они меня действительно опустили, и в моей жизни начался ад!

Я снова ласково погладила Ольгу по головке, успокаивая, нежно поцеловала влажными губами в губки. Она мгновенно откликнулась, ротик её раскрылся, горячий язычок проник в мой рот. Мы принялись целоваться ...  Читать дальше →

Показать комментарии (18)

Последние рассказы автора

наверх