Катарина

Страница: 6 из 8

приятен.

Отдыхая так, я заметил, что внутренние стороны бедер у моей девчонки были все в крови. Кроме того, даже на покрывале были видны пятна крови.

«Я всё же сам сделал Кати женщиной! — подумал я, не без гордости

смотря на сии следы уничтоженной мною девственности. — Так же, я когда-то впервые овладел и её матерью...»

Чувствуя себя настоящим мужчиной, сделавший обществу новую женщину, я всё же подумал о её гигиене — Катерине нужно было срочно принять душ.

— Кати, — проговорил я, снова беря её за подбородок. — Теперь нам надо сходить в душ. Я сам помою твое тело и смою кровь. Не пугайся её, она от разорванной мною девственной плевы — теперь ты у меня стала настоящей взрослой женщиной. Поэтому, как взрослая ты должна знать, что это кровотечение сейчас пройдет, (да и впредь его не будет), но все равно нужно сполоснуться под водой. Пойдем?

Катарина кивнула головой, полностью доверяя моим словам. Мне показалось, что, когда я её назвал взрослой женщиной, в её синих глазах отразился радостный отблеск — она хотела радоваться этому «посвящению», но видимо не думала, что оно произойдет так грубо и болезненно.

Мы встали с дивана и направились в ванную. Катарина пошла впереди, немного сутулясь и держась ладонями за пах — было видно, что она продолжает испытывать ужасную ноющую боль в изрядно расширенном моим членом влагалище. С внутренних сторон её бедер, мелкими красными паутинками всё сочилась юная кровь.

Я шел позади, почти не чувствуя ног (кои будто стали воздушными как это обычно бывало у меня после удачного секса с Джоди!), и с неким сочувствием глядел ей вслед. Моя дочь со стороны выглядела несчастной, изнасилованной девушкой, и это ощущение мне очень не

понравилось.

Войдя в ванную, включив душ, и начав устанавливать на кранах оптимальную теплоту воды, я украдкой взглянул на мою девчонку: не глядя на меня, она, растрепанная, обнаженная до голеней, понуро стояла возле ванны, продолжая держаться за кровоточащее место. Я заметил, что кровь из влагалища уже начала просачиваться через её пальцы, и сильно испугался этого.

«Идиот! — в сердцах выругал я себя. — А что, если ты своим толстым членом вообще порвал всё у неё там?!»

Стараясь не поддаваться панике, дабы не перекинуть её на девушку, я, настроив воду, мягко обратился к ней:

— Всё, Кати, теперь можно вставать под душ...

Катарина уже было подняла ногу, как я тут же заметил, что она ещё в своих гольфах!

— Постой, зайчонок! — воскликнул я. — На тебе ещё гольфы. Я сейчас сам сниму их с тебя, а потом можешь залазить в ванну...

Наклонившись к ней, словно взрослый паж молодой госпожи, я стянул с неё сначала один гольф, затем иной — при этом, Катарина, поднимая ноги, рукой опиралась на моё плечо, а я, в свою очередь, более отчетливо ощутил запах её кровоточащей «девственности».

Теплая вода обрушилась на дочь и заключила её в свои неуловимые приятные объятия. Её длинные волосы мгновенно взмокли и стали более темными. Под многочисленными водными нитями душа, она с наслаждением жмурила глаза и, навстречу им жадно открывала рот, снова напомнив сим сказочную русалку. Вода била по её белому телу, обнимала холмики сисек (кои казалось чуть увеличились за сей страстный вечер, будто и вправду она стала сейчас чуточку взрослее!), стекала по животу, бедрам, уже хорошим пышкам ягодиц, и, уносила с её стройных ног струи крови.

Мне показалось, что с каждым мгновеньем пребывания в душе, она вновь оживает, приходит в себя, и что вот-вот как когда-то, она с лукавым искрящимся взглядом попросит меня потереть мочалкой ей спину. Но, впервые моя девчонка ни о чем не просила — она просто отдавалась воде, и, казалось, ничего не замечала вокруг.

Я же, видя молочное девичье тело, которое хлестала вода, и коим недавно впервые возобладал, вновь почувствовал в себе всплеск возбуждения: расслабляющаяся после секса дочь, с видом, словно она тут одна, снова подсознательно манила к себе!

Чувствуя в венах полового члена новые впрыски горячей крови, я, недолго думая, снял с себя рубаху и тоже вошел в ванну.

— Катарина, девочка моя... — в приступе очередного безумия, страстно зашептал я, упав перед ней на колени и заключая в объятия её бедра. — Ты просто божественна! Ты также божественна, как и твоя мать Джоди! Своею красотой ты просто сводишь меня сума! Я снова хочу тебя, но не желаю причинять боли! Я хочу доставлять тебе только удовольствие, которое ты мне уже доставляешь собою!

И, с этими словами, не обращая на льющийся душевой ливень, я прильнул к паху моей девчонки и... поцеловал бордово-коричневые лепестки её половых губок, кои были ещё хорошо раскрыты с зияющей розовой пещеркой вагины!

— Ах... — непроизвольно ахнула Катарина, мгновенно ощутив нижними губками мои страстные губы.

Я же, пребывая на гребне возбуждения, крепко стиснув руками ей ягодицы, ещё сильнее прильнул к её паху и уже откровенно лизанул её «киску», сразу почувствовав на языке солоноватую кровь, смешенную со сладко-кисленькими вагинальными выделениями и пряным соком собственной спермы.

— А-а-а-хх... — выдала настоящий стон дочь, емко ощутив сквозь льющуюся воду нежную плоть моего языка — тот сладкий стон, который свидетельствовал не о боли, а открытии неведомого ранее удовольствия.

Я же, лакомясь пестрым вкусом юной вагины, поцеловал и светло-розовую горошину клитора, кою, тут же принялся мягко обсасывать губами.

— А-а-а-а-а... — под шелест падающей воды, издала ещё более сладостный вопль Катарина.

И, сраженная налетевшей бурей возбуждения, с подкосившимися ножками оперлась руками об мою голову, инстинктивно требуя усиления ласк. Подчиняясь сему безмолвному требованию дочери, я, обласкав клитор, ещё крепче сжал ягодицы и, вонзил язык меж её половых губок!

— Ааааа! — вскрикнула Катарина, сильнее обхватив мою голову, остро чувствуя, как мой слюнявый орган ласково захозяйничал в её приятном горячем влагалище.

Мой утонченный язык принес ей более мощное удовольствие, нежели грубый напористый половой член и, я — распаляясь не только её пряными соками, но и её сладкими вскриками, почувствовал, что он снова встал на «дыбы»!

Водя языком по эластичной глади влагалища, я опять ощутил дикое желание подмять Катарину под себя и вставить в неё своё обновленное орудие! Однако, на сей раз сдержал себя «в узде» разума, боясь причинить ей новую боль и этим разом сбить весь настрой, коим орально так заряжал её. Но, чувствуя, что член тоже нельзя оставлять в муках, я, продолжая буравить языком дочь, одною рукой стал надаивать его. Сие сразу принесло мне некое облегчение, и, мастурбируя, я ещё увереннее «затерзал» грот приятного лона — я стал так вытягивать в него язык, будто хотел им впитать не только обильно льющиеся соки секреции, но и остатки своей излитой спермы!

— Аааах! Ааааа! — всё красочнее занималась надо мной Катарина, стремительно пьянея в дивных волнах наслаждения.

Словно схваченное невидимой силой, её покрасневшее тело начало извиваться в непроизвольных движеньях. Холмики сисек (с потвердевшими на них бордовыми «ягодками») напряглись до предела. Из приоткрытых маковок губ (куда невольно проникали струи воды) вылетали плавные звонкие стоны, а в прикрытых от удовольствия глазках, едва виделся мокрый голубой блеск.

Каким-то звериным чутьем, я четко ощутил то, что Катарина приближается к своему первому оргазму, и это ощущение заставляло меня ещё сильнее лизать ей вагину, а вместе с этим энергичнее дергать свой член, который, казалось, уже был готов разорваться прямо в ладони!

— Ааааааааа! — издала самый пронзительный визг моя девчонка, когда я, вновь, судорожно впившись губами в клитор, вовсю заработал по нему языком. — Пап-ааааааа!

И в сей момент, вместе с этим первым оргиастическим визгом дочери, разом оглушившей шум душа, я почувствовал как она, перегнувшись чуть ли не пополам, просто впилась в мою голову и... непроизвольно задергала ...  Читать дальше →

Показать комментарии (19)

Последние рассказы автора

наверх