Рабыня. Часть 6

  1. Рабыня. Часть 1
  2. Рабыня. Часть 2
  3. Рабыня. Часть 3
  4. Рабыня. Часть 4
  5. Рабыня. Часть 5
  6. Рабыня. Часть 6
  7. Рабыня. Часть 7
  8. Рабыня. Часть 8
  9. Рабыня. Часть 9

Страница: 2 из 4

неожиданно свернув с шоссе, нырнул в густую мрачную темноту под деревьями. Затормозив, выключил фары и зажигание.

— Серёга, ты что надумал? Почему остановился? — испугалась я и попробовала открыть дверь, чтобы выйти, но он не пустил.

— Сиди! — грубо приказал он и толкнул меня обратно на сиденье.

— Я закричу, пусти сейчас же, — слабо запротестовала я, но вышло это у меня столь слабо и не убедительно, что Серёга даже не обратил внимания.

Повернувшись ко мне, он бесцеремонно облапил меня своими сильными стальными ручищами, так что я не могла и пикнуть, крепко притянул к себе и стал жадно, взасос обсмаковывать мой рот. Я, привыкшая к вечной пассивной роли, сейчас же подчинилась. Откинув голову, откликнулась на его поцелуи. Подумала только, — как бы он не учуял в моём рту специфические вкус и запах: сегодня ночью я лизала киску и анальную дырочку своей дочурки. Правда, утром хорошо почистила отбеливающей пастой «blend-a-med» зубы, но всё же...

Продолжая доводить меня своим ртом до взвинченного экстаза, Серёга одной рукой полез за пазуху, а другую глубоко утопил между моих ног под юбкой. Я тут же вспомнила, что после последней порки вся попа моя представляет одну сплошную ссохшуюся, исполосованную розгами рану, испугалась, что он может это увидеть или нащупать рукой. Сейчас же схватилась одной рукой за его пальцы, вытаскивая их из своих трусиков, а другой рукой решительно полезла ему в штаны.

— Серенький, пожалуйста, не надо туда лезть руками, — жалобно попросила я. — Давай я лучше перейду на заднее сиденье и сниму всё сама. А то здесь неудобно...

Он удивился, но выпустил меня из своих объятий, открыл дверь. Я пересела назад, по быстрому сняла юбку и трусики, положила их на переднее сиденье. Серёга пересел ко мне. Уложил спиной на неудобное, узкое кожаное сиденье. Я широко, насколько позволяло пространство салона, развела в стороны ноги, подставляя влагалище под его вставший молодым, норовистым жеребцом член. Ощущения были необычные, после длительного лесбийского доминирования надо мной, я чувствовала себя не в своей тарелке. Мне явно чего-то недоставало...

Охранник Серёга с натугой, с горячими придыханиями, прерывисто сопя и постанывая, вошёл в меня и — стал гонять... Как поршень двигателя «Жигулей»... На сухую, без всяких прелюдий, любовных игр и предварительных ласк. Грубо, жёстко и темпераментно, как это он, видимо, всегда делал в своей жизни. И не только в постели с девушками, а и на милицейской, оперативной работе, разоблачая многочисленных преступников. Я лежала под ним, ровным счётом ничего не испытывая и не ощущая, не подмахивая бёдрами, даже не пытаясь имитировать секс, что называется — «как бревно». Думала только о том, чтобы он поскорее кончил и отвёз меня домой, к Оленьке...

Серёга страстно, как поросёнок, пыхтел и сопел на мне, пускал вязкие слюни в мой рот, отчего мне было даже противней, чем раньше, когда я вылизывала анал у своей любимой Кристины. Его стоны и слюнявое, невнятное нашёптывание на ухо были мне настолько отвратительны, что я еле сдерживалась, чтобы не отвернуться от его перекошенной сладострастной гримасой, безобразно противной рожи. Он всё увеличивал и увеличивал темп ебли, машина жалобно скрипела и раскачивалась на рессорах, в «пилотке» моей хлюпало от наших с ним общих выделений, как будто там было болото. По ляжкам моим текло, гладко выбритый лобок был весь мокрый и липкий, ноги и шея мои болели от неудобного, неестественного положения. К тому же невыносимую боль причиняли незажившие раны на спине и заднице.

Наконец, Серёгу разобрало окончательно, он задёргался на мне, завизжал, как недорезанный кабанчик, начал обильно спускать в промежность горячую, вязкую сдрочку. Это действительно была сдрочка, потому что еблей нашу с ним возню назвать было сложно. После того, как он опорожнился и спустил в меня всё, до капли, — грубо схватил за волосы, наклонил голову и бесцеремонно сунул ещё стоявший колом, склизкий свой хер прямо мне в рот.

— Оближи его, а то мне ещё назад ехать, — трусы нахуй выпачкаю, — цинично сказал он.

Я, привыкшая всегда всем подчиняться, тут же принялась облизывать его орудие от спермы и моей смазки. Он терпеливо дождался, пока я вылижу всё, спрятал уже обмякший писюн в трусы, пересел за руль.

— Вылазь нахуй, приехали! — хмыкнув, сказал Серёга. — Хорошего понемножку, бля... Дальше сама дотопаешь, а мне ещё всю ночь работать.

Я не удивилась такому к себе отношению. Ко мне всегда так относились. А девчонки из компании Кристи ещё и били. Натянув торопливо трусики и юбку, вышла из машины. Громко хлопнула дверь, ведомственные «Жигули», заурчав двигателем и некультурно набздев бензиновыми испарениями, умчались. Я пошла по тёмным, клыкасто зловещим улицам заброшенного богом и властями посёлка бывших шахтёров к себе домой.

Идти было хоть и не сильно далеко, но не приятно. В паху всё слиплось от Серёгиной спермы, трусики впереди намокли. Задница и спина ныли от незаживших рубцов после порки. Ноги затекли от лежания в неудобном положении и подкашивались, во рту было неприятно и гадко после минета. Я шла, пошатываясь, как пьяная. То и дело спотыкалась на неровностях, а один раз чуть не упала. К тому же сильно хотелось писать. Я не стала терпеть и комплексовать, а решительно села прямо сбоку узкого тротуарчика, под раскидистым вязом. Как нарочно позади послышались топот многих шагов, громкие юношеские задорные голоса, заливистый беззаботный смех. Я, не дописав, поспешно вскочила на ноги, натягивая второпях трусики. Конечно, обмочила их ещё сильнее. К тому же, молодёжь, шедшая следом, явно увидела в темноте предательскую белизну моего тела.

Обгоняя меня, ребята цинично заржали. Не будь с ними двух девчонок, они бы, без сомнения, пристали ко мне. Один отпустил в мой адрес недвусмысленную грязную шуточку. Другой, в тему, ответил ему:

— Да это местная путана, не знаешь, Боб! С работы идёт. Нажралась, как свинья, и деревья обсыкает.

— Вот бы её через Роттердам — на Пупенгаген! — зареготал третий и сделал темпераментные возвратно-поступательные движения руками и бёдрами, как американский певец Майкл Джексон на сцене.

Я испугалась и быстро перешла на противоположную сторону коварной ночной улочки, чтобы не идти следом за опасной компанией. Но другого пути, увы, не было, флигель наш располагался как раз по пути следования молодёжи. Всю дорогу я тряслась, как осиновый лист, живописно представляя, как меня насилуют несовершеннолетние отморозки. Как это ни парадоксально, но от этих «страшных» фантазий мне подсознательно стало приятно, и я даже пожалела, что этого не произошло наяву. Когда я наконец-то добралась до дома, Оленька ещё не спала.

— Ты где была, поблуда? — строго спросила она, встречая меня в коридоре и становясь в картинную позу доминантшы и хозяйки положения.

Я, смущённо потупив глаза, вполне сознавая свою вину, хотела тихо, как мышь, прошмыгнуть мимо. Во рту у меня было неприятно, и я опасалась, как бы Ольга не почувствовала острый запах. К тому же было неуютно в обмоченных трусиках и мне хотелось поскорее переодеться и подмыться. Но сделать это так, чтобы не видела дочка, было невозможно: ванны или душа у нас во флигеле не было, и мылись мы на кухне в корыте.

— Ты почему не отвечаешь, когда у тебя спрашивают? — раздражённо, начиная что-то смутно подозревать, вскричала Ольга и грубо схватила меня за руку.

Постепенно она переняла многие повадки Кристины, да, отчасти и Натальи, и порой превращалась в сущую мегеру, так что я уже не на шутку начинала бояться её в такие минуты. Сейчас, чтобы понапрасну не злить Ольгу и не подливать масла в огонь, я поспешила её успокоить:

— Оленька, доченька, успокойся, не стоит так волноваться — это вредно... Ничего особенного не случилось, просто было много работы, и я задержалась. Если тебе это не нравится,...  Читать дальше →

Показать комментарии (8)

Последние рассказы автора

наверх