Егерь

Страница: 1 из 5

Уже три года я живу в этой глуши посреди леса и исполняю обязанности егеря — слежу за охотничьими угодьями и популяцией всякого зверья. Мне сорок лет, зовут Тихон Степанович, но все кличут Егерь.

Сегодня я делал обход своих владений и ждал очередную группу туристов, которым не дают покоя красоты Карелии, как часто говорят — края воды и камня. Вот и прутся сюда все кому не лень. Я терпеть не могу этот шумный, вечно галдящий молодняк, охотники лучше, но делать нечего, мой дом служит неким перевалочным пунктом. Кроме того, я должен вкратце инструктировать этих придурков на тему — как не подохнуть в лесу, по крайней мере, сразу.

Проходя по кромке заросшего мхом болота, я увидел, как Арес радостно спугнул вальдшнепа. Арес — это пес, подобранный мной щенком на одной из московских помоек. Думал, выхожу — отдам его в добрые руки, но в результате этот лосёнок прижился и остался у меня насовсем. Особым умом он не отличался, скорее даже наоборот. Псина злобно рычала и делала попытки кидаться на всех, кто подходил к дому, не разбираясь, друзья это или враги. Короче, Арес был довольно агрессивным и подозрительным и подпускал к себе только меня и женщин, которые, впрочем, были нечастыми гостями в доме. Такой вот кобель — во всех смыслах слова. Зато вдвоём мы с ним жили душа в душу, без него было бы вообще скучно. Со мной пес всегда был покладистым и ласковым. Но, если не считать функцию компаньона, пользы от свинозавра не было никакой — уток этот балбес не приносил, дичь не выслеживал, а учуяв волка или медведя, и вовсе поджимал хвост и прятался за мои ноги.

Кстати, надо не забыть его в комнате запереть, когда туристы припрутся, а то ещё куснёт кого-нить от избытка чувств, и потом начальство мне вставит.

Наконец, я достиг озера, берега которого были усыпаны округлыми гранитными валунами, как их тут называют, бараньими лбами, а из воды тут и там выглядывают луды — затопленные водой небольшие скалы. Я невольно залюбовался озёрным пейзажем, который завершал светлый сосновый лес, окружавший холодные глубокие воды.

Всё, обход закончен, пора домой...

Туристы припёрлись ровно в пять, и я, заперев рычащего Ареса в доме, вышел к ним во двор.

— Что-то я не понял. Вас по документам должно быть десять человек. Почему вас только девять, где ещё один? — спросил я высокого рыжеватого парня, который вышел вперёд.

— Отказался в последний момент, понос у него... — и как-то нехорошо он в тот момент засмеялся, но тогда я этому значения не придал, подумал, что просто придурок.

— Давайте я кое-что объясню...

— Да мы всё знаем, — перебил меня рыжий, — мы отметиться зашли, для галочки, как начальник на турбазе велел, так что бывай, дядя.

Вся компания дружно засмеялась и направилась в лес. Ну и наглость! Такое хамло попалось мне в первый раз. И ничего ведь не сделаешь, в морду не дашь, за это по голове не погладят, особенно если среди этих козлов какой-нибудь богатенький ублюдок попадётся. Хер с ними, пусть хоть в болоте утонут, мне насрать.

Подождав, когда недотуристы отойдут подальше, я выпустил заливающегося лаем пса во двор и, плюнув на всё, пошёл обедать. Достав из холодильника вчерашнюю рыбу и порядком надоевшие мне макароны, я вспомнил, что давно не заходил в корбы. Это низинные подтопленные еловые леса с дремучими сумрачными чащами и буреломами, где с хвойных ветвей свисают лишайники. Место сырое, мрачное и не особо интересное, но и за ним надо приглядывать. Сегодня лезть в это болото совсем не хотелось, и я решил отложить малоприятное рабочее мероприятие на следующее утро, типа, зачем делать сегодня то, что можно отложить на завтра.

А утром погода начала портится. Облака закрыли солнце, и подул холодный ветер. Но делать нечего, собрался идти — значит надо; вот что значит дотянул до последнего. Выйти рано не получилось, и в путь мы с Аресом отправились только в первом часу дня.

Довольно быстро добравшись до низины, я пошёл по влажной кромке. Углубляться в эту сырость совсем не хотелось, но я знал относительно сухую тропу через корбы, туда и шёл. Неожиданно пёс поджал хвост и спрятался мне за ноги. Это что ещё за новости, неужели медведя или волка почуял? Я остановился и посмотрел туда, куда нервно поглядывала собака. Разглядеть что-либо в тёмном, увешанном лишайником ельнике было трудно, но когда глаза немного привыкли к полумраку, впереди, между стволов возник волчий силуэт. Я посмотрел в бинокль, и по телу прошёл неприятный холодок. Волк медленно приближался к прислоненному к ёлке полулежащему человеку. В первую минуту я не смог понять, жив он или нет, но в следующую секунду ветер донёс до меня тихий голос. Парень позвал волка и дёрнул воротник куртки, открывая хищнику горло. Благо, волки в конце лета не голодают, поэтому серый, к счастью для этого идиота, кидаться не спешил. Я выстрелил в воздух и, проводив взглядом удирающего волка, полез к парню напрямик, через бурелом.

Добравшись до парня, я опустился рядом с ним на колени и попытался определить, нет ли у него серьёзных травм. Он был в грязной, мокрой одежде, джинсах и тёмно-зелёной куртке. Лицо в кровоподтёках и ссадинах, рассечена левая бровь.

— Ты встать можешь? — вопрос «что случилось?» был сейчас явно не ко времени.

— Оставь меня, — парень скосил на меня глаза и чуть слышно вздохнул.

— Ты что, дебил? Встать можешь, я тебя спрашиваю! — я уже начал терять терпение.

— Если бы ты знал, кто я, не стал бы мне помогать... — мне показалось, что он сейчас заплачет.

— Так просвети меня! Кто ж ты такой, убийца Кеннеди или сокрушитель вселенных?

— Я шлюха. С мужиками трахаюсь, — всё так же тихо и безучастно к своему спасению ответил незнакомец.

Признаться, после такого ответа я даже свою бритую башку почесал от удивления. Но долго задумывать не стал: может, он вообще бредит. Да и в любом случае, не бросать же его тут.

Взяв парня под руку, я помог ему подняться. Он пошатнулся, но довольно уверенно пошёл вперёд, сильно на меня опираясь. Я быстро коснулся свободной рукой его лба — он горел.

То и дело ругаясь на лающего Ареса, я довёл парня до дома и сразу поволок его в баню. Погода меж тем испортилась окончательно, похоже, должен был пойти ливень или начаться гроза. Быстро смыв грязь и кровь с молодого тела, я завернул страдальца в банное полотенце и отнёс его на руках в дом. Там у меня имелись четыре гостевые комнаты для приезжавших охотников, в одной из них я и устроил парнишку. Пёс улёгся рядом с кроватью и с интересом наблюдал за моими действиями, благо уже не лаял.

— Тебя как зовут? — спросил я, заметив, что моя находка смотрит на мир уже более осмысленно.

— Саша, — и он опять замолчал.

— Я Егерь.

Первым делом я сунул Сашке под подмышку градусник и опять углубился в аптечку. Надо было найти, чем сбить температуру, а в том, что она была, сомневаться не приходилось. Во-вторых, надо было обработать повреждения на коже. Все они были поверхностными, но в дезинфекции нуждались. Ссадины и царапины были, в основном, на лице и кистях рук, тело же покрывали разные по величине синяки. В общем, не смертельно, он молодой, должно было достаточно быстро зажить.

Звонить в город и сообщать о происшествии я не спешил. Неделю назад шли дожди, и дорогу сюда размыло основательно, машина пока не пройдёт, если только трактор. Ничего, справлюсь, не в первый раз, выхаживать охотников уже приходилось, даже с огнестрелами. За три года в должности егеря я стал по совместительству неплохим фельдшером.

Сделав для пациента всё, что было в моих силах, я укрыл его одеялом и пошёл заваривать чай. Арес встал, злобно рыкнул на парнишку и поспешил за мной.

Вернувшись в комнату с двумя кружками, я помог Сашке сесть, опираясь спиной на подушку, и вручил ему горячее питьё. Он благодарно посмотрел на меня светло-зелёными выразительными глазами и взял чашку.

— Это правда, что ты сказал мне на болоте? — довольно нагло поинтересовался я, садясь на стул ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

наверх