На краю обрыва

Страница: 8 из 9

слишком привык ненавидеть всех людей без разбора, ненавидеть люто и желать самой страшной гибели, но он не мог убить сидящего перед ним безумца, и от этого хотелось выть на луну подобно старому волку.

— Хочешь увидеть, что я есть на самом деле? — тихо спросил он у Тома и поднялся на ноги. — На твоём месте я бы не делал поспешных решений.

Призрак странно смотрел на человека сверху вниз и протягивал руку ладонью вверх.

Нужно было решать, стоит ли идти до конца, несмотря на то, что такого Тиля Лингренд действительно боялся. Пришло время для откровений и истины. Том не знал, готов ли он узнать правду, и все же протянул Тилю руку.

— Мы снова пойдем к обрыву? — спросил он.

Призрак немного удивлённо посмотрел на человека и помотал головой:

— Я не хочу тебя убивать, если ты об этом. Я просто кое-что покажу, то, что было когда-то тем Тилем, о котором тебе рассказала Грета.

Юноша сжал пальцами кисть мужчины и посмотрел в его глаза:

— Я не причиню тебе вреда, обещаю.

— Я знаю, — Лингренду безумно сильно захотелось поцеловать юношу, но он не сделал этого и корил себя за ненужные мысли. — Я пойду с тобой. Веди.

Они вышли из дома, спустились на песчаную косу, оставив обрыв за спиной, и медленно побрели по песку на северо-запад. Тиль то и дело поднимал с песка крупную гальку и кидал её в море, заставляя прыгать по волнам, разбивая жёлтые лунные блики на них вдребезги. Неожиданно брошенный призраком камень, который по всем законам логики должен был пойти на дно, прилетел обратно, взбив песок у ног Тома небольшим фонтаном.

— Вот заразы, — усмехнулся блондин и кинул ещё один камень, который точно так же прилетел обратно, — всё никак не угомонятся.

— Что ты делаешь? — осторожно поинтересовался Лингренд, не скрывая удивления, глядя на камни, которые сначала исчезали в море, а затем неизменно возвращались.

— Играю, — пожал плечами юноша, — одному здесь скучно. Не каждый же день сюда странники забредают.

Он поднял с земли ещё один камень, и тут со стороны моря послышался звонкий женский смех и всплески воды.

— Им вон тоже скучно, — кивнул призрак на воду, — в открытом море сейчас не поплаваешь, вот и сидят около берега.

— Кто это? — Том никак не мог заставить себя не удивляться или, по крайней мере, не показывать этого.

— Люди называют их русалками, — улыбнулся Тиль, — только на самом деле это те же призраки. Люди, утопившиеся в море и так и не нашедшие покой.

Он тяжело вздохнул и посмотрел куда-то за предел видимого человеком.

— Не ходи в лунные ночи по побережью, они не убийцы и в большинстве своём не желают людям ничего плохого, но по незнанию могут и утопить.

— Я не пойду. Мне тебя одного вполне хватает, — эта неожиданная шутка могла означать только одно: страх Тома перед неизведанным постепенно сходил на нет, и он привыкал к новой жизни, к новым ощущениям. — Прости, глупость сказал.

— Да нет, — усмехнулся Тиль, — всё правильно сказал, я страшнее русалок.

Возможно, это звучало бы бахвальством неразумного мальчишки, гордящегося неизвестно чем, но тон юноши был серьёзен как никогда.

— Расскажи мне про свою невесту, — тихо попросил он.

Лингренд не ожидал такого вопроса, он даже напрочь забыл про русалок и про камешки. Виновато отводя взгляд, Том пожал плечами.

— Она... обыкновенная, — вот и все, что он смог рассказать о Лизе.

— А я, значит, необыкновенный? — юноша мог сказать это с укором, но прозвучало неожиданно иронично. — И поэтому ты решил провести всю свою жизнь в компании призрака-убийцы на берегу моря?

— Ты не поверишь, но я ничего не решал, — Лингренд шел рядом с юношей и в какой-то момент просто взял его за руку. — Просто в один летний день я не выдержал, все бросил и приехал сюда, чтобы увидеть тебя хотя бы еще раз в жизни.

Тиль помотал головой, но не отнял руки.

— Никогда не понимал людей, — криво улыбнулся он. — Испокон веков вы жертвуете собой ради любимых и не просите ничего взамен — этого я никогда не смогу понять. Только вот...

Призрак неожиданно остановился и повернулся к мужчине лицом.

— Только вот ты не думал, что будет со мной после твоей смерти?

— Нет, — Том неловко перебирал прохладные пальцы в своей ладони и не чувствовал отвращения. — Я, скорее, думал о том, что моя жизнь и смерть не будут для тебя значить ровным счетом ничего. Я ехал попросить прощения и, возможно, помочь. Увидеть тебя. Ты сейчас говоришь со мной так странно, Тиль, словно упрекаешь за то, что я здесь. Ты ведь сам когда-то был человеком. Ты и сейчас человек, Тиль. И пусть мне будет плохо, но если ты откажешься от своей мести и обретешь покой, я буду счастлив, потому что участи призрака ты не заслуживаешь.

— Да, я упрекаю тебя за то, что ты не ведаешь, что творишь, — блондин попытался выдавить из себя улыбку взрослого над шалостями ребёнка, но не смог. Хоть он и был старше деда Тома, юноша не мог вести себя с ним как с маленьким несмышлёнышем.

Тиль приблизился к Лингренду и свободной рукой коснулся его щеки, впервые добровольно даря ласку.

— А ты не заслуживаешь участи отшельника.

— Теперь это уже мой выбор, — прошептал Том и мягко поцеловал ладонь Тиля.

Эти прикосновения дарили блаженство гораздо большее, чем он испытал тогда, обнимая стройное прохладное тело, сидя на сундуке и не понимая, что творит. Сейчас понимал. Сейчас тот страшный изуродованный труп казался чем-то нереальным, чем-то, чего никогда не было в жизни Лингренда.

Юноша едва ощутимо вздрогнул, но опять не отстранился, побеждая что-то внутри себя.

— Подожди с выводами. Я ещё не показал тебе то, что хотел.

Тиль потянул мужчину за собой немного быстрее, будто стараясь приблизить решающий момент. Они дошли до конца песка, и путь им преградили скалы.

— Придётся обойти по воде, — блондин подошёл к морю и ступил на воду как на землю. Стихия держала призрака на себе или просто не позволяла оказаться внутри себя. — Держись ближе к скалам, там неглубоко.

Юноша спокойно пошёл по воде, огибая скалу, и где-то посередине пути остановился, ожидая Тома.

Вода доставала до подбородка, и Лингренд порядком нахлебался, но, крепко цепляясь за скалы, он побеждал фут за футом. Том от рождения был упрямым и сильным. Постепенно уровень воды стал меньше, и вскоре Том добрался до подобия глубокого грота.

Они вышли на почти точно такой же песчаный пляж, только он был значительно уже, находился под землёй, и на песке, помимо камней и ракушек, лежал различный морской мусор: обломки древесины, бочки, запутавшиеся рыболовные сети, какие-то ящики.

— Тут море очищает себя от грязи, — Тиль неспеша брёл по песку, обходя брёвна и доски.

Неожиданно около одного из ящиков что-то матово блеснуло белым, и, приглядевшись, Том понял, что это человеческий череп. Постепенно расширяя обзор, мужчина понял, что весь пляж усыпан костями: старыми, пожелтевшими от ветра и песка, и почти новыми, ослепительно-белыми в зыбком лунном свете. То там, то тут лежали предметы человеческой одежды: драный сапог, шляпа капитана корабля, дамский корсет.

Юноша остановился и выжидательно посмотрел на Лингренда.

— Это своего рода кладбище. Кладбище тех, кто отдаёт свои души морю и мне.

Лингренд ступал осторожно, боясь, что под его ногами хрустнет чья-то кость. Он хмуро осмотрелся по сторонам, а потом взглянул на призрака.

— Ты тоже здесь?

Тиль кивнул и поманил мужчину дальше в глубь грота. Здесь почти не было света, но взгляд мог различить едва заметно белеющие в темноте кости.

— Здесь почти всё, — усмехнулся призрак, глядя на останки того, кем он когда-то был. — Их, почему-то, вынесло дальше остальных, и именно поэтому они ещё сохранились.

У Лингренда в груди замерло сердце. Он смотрел на изломанные кости того, кого любил, и печаль сжигала его душу. Опустившись на колени, Том несмело прикоснулся к останкам Тиля кончиками ...  Читать дальше →

Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

наверх