Шлюшка, живущая в ней

Страница: 4 из 6

принялась глотать алкоголь прямо из горла.

— Я приучила себя думать, что все явления очень сложны, а ведь на самом деле они восхитительно просты, — спасительно для совести, ласково заговорил в ней хмель. — Строить прежнюю недотрогу уже поздно. Не проще ли отыграть свою новую роль до конца, получив удовольствие самой.

Пляж с шезлонгами и грибками, таящимися в ночи в ожидании рассвета, поплыл у Лизы перед глазами, а круговерть мелькающих улыбающихся лиц стала казаться радостной, дружелюбной, позитивной. Кто-то шлёпнул Лизу по заднице, кто-то ущипнул за грудь. Вместо негодования, она завелась, возбудилась, почувствовала истому внизу живота.

Хохочущие мужчины облепили Лизу, изображая дикие танцы племени мумба-юмба. Женщина оказалась плотно зажатой между несколькими парнями, словно начинка для сэндвича.

Кто-то не в меру расшалившийся потянул за бретельки платья, и оно предательски легко слетело с хозяйки. Теперь она стояла прямо посреди безумного хоровода, абсолютно беззащитная, оставаясь лишь в изящных босоножках и узких, тонких трусиках ярко-красного цвета.

— Совсем охренела баба! — презрительно прозвучал чей-то женский голосок, несправедливо и безапелляционно осуждая одну лишь Лизу.

Возможно, если бы она возмутилась, прикрикнула, оскорбилась, всё бы закончилось, но Лиза откровенно растерялась не зная, что делать. Она попыталась вернуть назад своё платье, но вокруг закипела пьяная, увлекательная игра «попробуй, отними». Пока Лиза, рискуя упасть, широко расставив руки, пыталась завладеть своей одеждой, разбушевавшиеся парни перебрасывали скомканное платьице друг другу, как заправские спортсмены. Пытаясь перевести всё в шутку, женщина с глупой улыбкой прыгала по песку за одеждой, будто за мячиком, бесстыдно тряся обнаженными сиськами, и колышущимися ягодицами. В какой-то момент, Лиза не удержалась на ногах, упала на колени, и застыла на четвереньках, не в состоянии встать.

Возможно, что будь на её месте, иная баба, вот так: по-пьяни, раскорячившаяся на песке, то это могло бы вызвать омерзение. Но высокая, статная, обладающая выразительной красотой и пропорциями взрослой женщины, Лиза, несмотря ни на что, вызывала желание.

В воздухе запахло напряжением, от мужчин забушевавшими гормонами, от женщин ревнивой неприязнью.

— Отведу эту пьяную дуру в номер, пока её не изнасиловали прямо на пляже, — громко продекламировал всем присутствующим Павел.

До номера Лизу пришлось волочить. Втолкнув её в комнату, Павел на долю секунды задумался, не уйти ли, выполнив обещание, но вид расхристанной, полуобнажённой Лизы уничтожил сомнения.

— Как же ты превратилась в такую блядь, Лизон, — буркнул себе под нос мужчина, вспоминая свою прежнюю, скромную одноклассницу.

Лиза будто бы очнулась, встрепенулась, словно готовая запротестовать, но тут же сникла.

— Пашенька, я знаю, ты меня уже никогда не простишь!!! — с внезапным прозрением прошептала женщина, заплетающимся языком.

Оспаривать её правоту, Павел не собирался. Зайдя в ванну, он достал с полочки увлажняющий крем, выдавил себе на руку, понюхал, оценил, и вернулся к Лизе. Слегка протрезвевшая женщина с выжидательно — виноватым лицом сидела на кровати, сомкнув свои круглые коленки.

— Вставай раком! — твёрдо произнёс Павел, с нажимом выговаривая каждую букву.

В ответ Лиза вздрогнула, словно её ударили, затрепетала, прикусила губу. Павлу показалось, что ещё чуть-чуть, и женское достоинство пересилит, но внутренняя борьба с собой закончилось для Лизы очередным поражением. Она с ногами забралась на кровать, оперлась на руки, прогнулась, встав на четвереньки с покорностью крепостной девки перед поркой.

Павел вытянул руку и захватил в ладонь мясистую женскую ягодицу, сжимая её пальцами сильно и непреклонно, наслаждаясь её теплом. Когда он неспешно, будто выполняет необходимую медицинскую процедуру, принялся смазывать кремом аккуратное анальное отверстие, женщина задрожала, но не возразила.

У Павла появилось ощущение, что она воспринимает происходящее, как наказание за своё блядство, не протестует, не противится, желая всё искупить, загладить вину, выторговать себе прощение. Член входил с трудом, постепенно, медленно, по миллиметру. Лиза зашевелилась, и глубоко задышала, как роженица в момент потуг.

— Ласкай себя, дура! Будет легче и приятней! — посоветовал Павел, не желая её калечить.

Исполнительная Лиза запорхала пальцами по клитору, и прямо на глазах у Павла её анус начал раскрываться, превращаясь из стянутого, целомудренного колечка в аккуратную, но явственную дырочку. В сознании у Павла промелькнули картины вчерашней оргии. После разговора с Лизой он уже знал, что она работает завучем в частной школе. Завуч — шлюха, которую в течение часа развели на секс, выебали втроём, пустили по кругу. От этих мыслей Павел вместе с презрением ощутил дополнительное, дикое, животное возбуждение. Жалеть и деликатничать с Лизой ему не хотелось. Он увеличил давление, и член проскользнул в Лизу до яичек, на всю свою глубину. Женщина взвыла дурным голосом, но не сделала не единой попытки освободиться, принимая свою участь.

— Сучка не постеснявшаяся отсасывать малознакомому мужику на глазах у загулявшей компании. Пизда без платья, прыгающая, как заведённая, с болтающимися сиськами, и голой жопой, — мысленно заводился Павел, увеличивая темп.

Лиза не выдержала его напора, рухнула на живот, но член остался в ней, и теперь Павел покрывал женщину, как кобылу, наслаждаясь, горячим телом, дергавшимся под ним. Чтобы было легче входить, он своими ногами, раздвигал её, словно тренируя Лизу перед соревнованиями по постельной гимнастике.

Когда он уходил, Лиза продолжала лежать, уткнувшись в подушку, словно неживая.

*****

Если вначале празднование годовщины научного института проходило в нормальном, штатном режиме, то к позднему вечеру всё покатилось кувырком.

Вдрызг разругавшись с коллегами, профессор Петр Петрович Колесников влетел в первый попавшийся ресторан, где по-гусарски заказал бутылку водки.

Осушив почти половину, Колесников познакомился с ребятами, сидевшими за соседним столом, и скоро стал испытывать к ним такие тёплые, дружеские чувства, словно всю свою предыдущую жизнь провёл с ними в одном фронтовом окопе.

Вволю, покутив в ресторане, Колесников и его новые знакомые: Павел, Михаил и Влад, двинулись в караоке, где профессор неожиданно для себя обнаружил прекрасное знание репертуара Григория Лепса, что немедля, с гордостью продемонстрировал своим новым друзьям.

Потом была драка с какими-то наглыми субъектами, и Колесников с ещё большей неожиданностью для самого себя, умудрился срубить одного из своих противников прекрасным боксерским ударом, после чего его авторитет вырос до небес.

Чувствуя себя отважным гасконцем, Колесников в сопровождении трёх мушкетеров, отправился в частную сауну, где долго парился и также долго отмокал в бассейне, от души наслаждаясь приятной компанией.

Выйдя в очередной раз из парилки, и расположившись за изобильным столом, рассчитанным на самый изысканный вкус, профессор впал в приятное, дремотное состояние, и потому совершенно не обратил внимания на хитрые взгляды и перемигивания новых друзей.

Вдруг чья-то рука тронула Колесникова за ногу. Отпрянув назад, профессор заглянул вниз и с удивлением обнаружил полуобнаженную женщину, забравшуюся под стол. Из-за природной близорукости, лица её он не рассмотрел, оценив лишь роскошное облако белокурых волос, и спелые, налитые дыньки грудей. Намерения этой женщины были очевидны. С мягкой настойчивостью она тихонько раздвигала Колесникову ноги, проникаю под простынь, которой он прикрывался.

— Сюрприз, профессор! — в унисон заржали Павел, Влад и Михаил, радуясь произведенному эффекту.

Секундной промежки Колесникова оказалось достаточно, чтобы теплая, нежная рука женщины завладела его членом немедленно отозвавшимся на это самым решительным ...  Читать дальше →

Показать комментарии (36)

Последние рассказы автора

наверх