Кровь викингов. Часть первая (вольная история средневековья)

Страница: 2 из 10

высосать из раны яд. Охотничьим кинжалом лекарка распорола сорочку на теле парня, обнажив его торс. На секунду Хельга обомлела от увиденного — широкие плечи плавно переходили в крепкие, налитые мускулами руки, выступающие мышцы на безволосой груди с двумя маленькими коричневыми сосками вздымались над каменной бугристой брюшиной. Такого красивого мужского тела Хельга никогда прежде не видела, и что-то как будто ёкнуло у неё в груди, по телу стала разливаться сладкая истома, сильно потянуло внизу живота. Но девушка тут же отогнала от себя эти ощущения, сосредоточившись на своем деле.

Она быстро прижалась губами к ране, и стала понемногу высасывать багровые сгустки крови, выплёвывая их себе под ноги. Когда в ране не осталось гноя и сукровицы, Хельга приложила растолченную лечебную травку и найденную в землянке чистую ветошь. Довольная свей работой, она ещё раз осмотрела тело парня — вымытая от крови и грязи кожа приобрела ровный красивый оттенок, тугая грудь вздымалась с каждым вздохом мужчины, под пупком виднелась тоненькая поросль светлых волос, ведущая к мужскому органу. Хельга взяла податливую руку парня в свои, и положила себе на плечё. Она опустила руку чуть ниже, на грудь, затем всё ниже и ниже, приближаясь к своему заветному месту.

— А ты ведь любишь крепкие мужские руки? — послышался тихий насмешливый голос Люта, — вот погоди, оправлюсь немного!

— Размечтался, собака! — резко отряпнула от него Хельга — благодари своего Перуна, за то, что не прирезала тебя там, возле дуба, — и уже чуть мягче добавила — завтра утром приду, принесу какой-нибудь снеди, и повязку сменю, а ты поспать постарайся!

— Да какой уж тут сон! Всю ночь тебя буду ждать, глаз не сомкну, моя спасительница! — нежно промолвил Лют.

Ничего не ответив, Хельга быстро вышла из землянки и направилась восвояси.

***

В большом светлом зале ярлового поместья к вечеру было оживлённо. Служки то и дело шныряли меж лавок и табуреток, поднося на стол аппетитные дымящиеся яства. На лавках за вышиванием, ремеслом, или простой болтовнёй расположились сёстры и племянницы Асгрима с мужьями и детьми, родственники, прибывшие погостить. Появление в зале Хельги не вызвало особого внимания, однако присутствующие глядели на неё как-то по-особому, мужчины — с насмешкой, женщины — строго и осуждающе.

Когда в зал вошёл Асгрим, все дружно его поприветствовали и стали рассаживаться за стол — приход ярла означал, что можно было начинать трапезу. Отдав все необходимые почести богам, большая семья стала дружно греметь мисками и кувшинами, не переставая болтать и расспрашивать гостивших родственников о новостях из далёких стран.

И только ярл, подле которого на правах жены сидела Хельга, был чернее тучи. Закончив есть, он коротко попрощался с присутствующими, затем взял жену под руку и почти волоком потащил в свою одрину (спальня). Комната, где почивали княжие супруги, была не очень большой, но уютной — огромное деревянное ложе с балдахином на византийский манер, устланное звериными шкурами, под стенами резные лавки и подсвечники, в углу стояла большая лохань с водой. Комнату освещали несколько десятков свечей, заранее зажжённых предупредительными служками.

— Где тебя носило до самых сумерек? — сурово спросил ярл.

— Не сердись на меня, Асгрим, я в лесу заплутала, только под вечер на тропинку вышла, — попыталась изобразить спокойствие Хельга. Сердце её ушло в пятки.

— Ты с пятнадцати лет в этот лес бегаешь, небось, каждую травинку там знаешь, а тут вдруг заблудилась?! — повысил голос мужчина.

— Не нарочно я! В капкан лисица попалась, я ей шею свернуть думала, а эта шельма вырвалась и ноги от меня! Заманила она меня в чащу, я с тропинки сошла, вот и заблудилась! — на ходу выдумывала Хельга, испугавшись, что муж уже знает о дневном происшествии.

— Не дури, девка! Если прознаю, что обманываешь меня! — занёс огромный кулачище Асгрим над вжавшейся в стену женой.

Хельга зажмурилась, готовясь к худшему, но рука ярла медленно опустилась, глаза перестали гореть яростью. Присев на ложе, он обхватил чело руками, тихо проговаривая:

— Не держи на меня зла, Хельга. Я знаю, что не мил тебе, но мне без тебя не жить. Ты моё солнце, мой воздух, моя вода, моя жизнь... Если с тобой что, я тут же отдам свою душу Одину...

Хельга приблизилась к мужу, положила свои маленькие ручки на его большую косматую голову, покрытую длинными светлыми, как зола, волосами. Ей стало жаль Асгрима, а ещё невыносимо стыдно, за то, что она его обманула.

— Хельга, радость моя... — ярл порывисто уткнулся девушке в колени, стал ловить и целовать её руки, задрал подол длинной юбки, осыпая поцелуями её восхитительные ножки. Его поцелуи становились всё значительнее и настойчивее.

— Разденься! — хрипло скомандовал ярл, — сбрось с себя одежду!

Хельга залилась краской, услышав просьбу мужа. Прежде она никогда не обнажалась перед ним, поэтому сейчас была удивлена и напугана его приказанием.

— Покажи мне себя, прошу тебя! — стоя на коленях в жарком бреду взмолился Асгрим.

Хельга немного отошла, резко дёрнула шнуровку на груди, сбросила летнюю сорочку с холщёвой юбкой, и предстала перед мужем в полной красе. Она испытала прилив жгучего стыда, однако ей казалось, что так она заглаживает свою вину перед супругом. Её тонкий стан юной нерожавшей девушки плавно переходил в округлые пышноватые бёдра. Грудь девушки была небольшой, но упругой и свежей, на вершинах покоились два алых бутона, затвердевших от холода и неловкости. Тонкие длинные руки девушки неловко прикрывали пучок светлых волос внизу живота, которые обрамляли тёмно розовую щёлочку. Довершением этого живого изваяния была длинная копна сплетённых в тугую косу светлых волос, доходивших почти до колен. Большие голубые глаза девушки были прикрыты пышными ресницами, маленький точный ротик следка подёргивался, будто она собиралась заплакать.

Впервые за всё время Асгрим увидел свою жену обнажённой. Он молча рассматривал её, переводя взгляд с шеи на грудь, с груди на живот. Все женщины, с которыми спал ярл, были раскованны и дерзки, и выглядели настоящими распутницами на фоне этого испуганного стыдливого создания. И это Хельга, его жена, его собственность, которой он владеет безраздельно. И хочет владеть прямо сейчас...

Сорвав с себя сорочку и богато украшенный серебряный пояс, Асгрим буквально бросился на девушку, подхватил её на руки и швырнул на ложе. Хельга уже приготовилась к тому, что ярл, снова грубо и быстро подомнёт её, а пресытившись, захрапит, как медведь. Но сегодня было по-другому...

Мужчина стал нежно порывисто целовать шею девичью шею, спускаясь на грудь, играя языком с её сосками, порой слегка их покусывая, но от этого становилось только приятнее. Его сильные жилистые руки страстно мяли тело Хельги, перемещаясь с груди на бёрда и ягодицы. Асгрим тяжело дышал, и даже тихонько постанывал, когда ощущал у себя во рту вкус сладкой девичьей плоти.

Не в состоянии больше себя сдерживать, мужчина обнажил свою крайнюю плоть, которая, казалось, вот-вот лопнет от напряжения, и уверенным движением ввёл его в горячее лоно своей жены. Вопреки всем ожиданиям, в этот момент Хельга вскрикнула от нахлынувшего наслаждения, а не от боли и отвращения. Она, ощущала, как легко мужской стержень вошёл в неё, ощущала, как горячо и влажно стало внутри. Ей казалось, что мужнин орган заполонил её всю, настолько туго обнимали его стенки влагалища. Первый раз в жизни она от души отдалась своему мужу, отдалась без остатка и памяти, ей было неописуемо хорошо.

От такого чувственного напора Асгрим не смог долго сдерживаться, и бурно излился в Хельгу. Выйдя из неё, он нежно, по-отечески, поцеловал супругу в лоб, затем отвернулся и почти сразу уснул.

Хельге не спалось. Она снова и снова вспоминала, как стонала и извивалась под мужем, как позволяла трогать и целовать себя, как он обезумел при виде её нагого тела. И вспоминала обнажённую грудь беспомощного ...  Читать дальше →

Показать комментарии (26)

Последние рассказы автора

наверх