Сексуальный плюрализм. Часть 1: Как меня изнасиловали по моему согласию

  1. Сексуальный плюрализм. Часть 1: Как меня изнасиловали по моему согласию
  2. Сексуальный плюрализм. Часть 2: «Ребята! Давайте жить дружно!...»

Страница: 1 из 2

Плюрализм — позиция, согласно которой

существует несколько или множество

независимых и несводимых друг к другу

начал или видов бытия, оснований и

форм знания, стилей поведения и пр.

Давно это было... Но стоит мне увидеть женщину лет сорока, невысокую, стройную, с большими грудями, и довольно короткой стрижкой, как тут же всплывает в памяти тот день...

После сдачи экзаменов (я закончил второй курс института) мы с мамой поехали на дачу к ее знакомой. Когда-то она вместе с ней играли в одной команде по гандболу. Моя мама была вратарем, а тетя Вика, хозяйка дачи, была центральным нападающим. Она до сих пор любит про это вспоминать: как они тренировались; ездили на сборы; отдыхали; и какое прекрасное тогда было время...

Вообще, это был садовый участок с домом и баней. Тетя Вика жила одна, она была разведена. У нее была дочь, но в тот момент она отсутствовала. Училась в другом городе, и приезжала домой только на каникулы. В то время, по своей глупости, я считал, что сорок три года, это много. И женщина в таком возрасте — старая. Хотя очень скоро, буквально вечером, я понял, как был неправ!

Приехали мы в субботу около десяти часов утра. Тетя Вика была в отпуске и поэтому проживала в саду. После легкого перекуса, мне было велено, натаскать воды в баню и нарубить дров. Это, конечно, то же не отдых, но в этом есть, хоть какой-то смысл! И выполнив задание, я ушел на пруд. А моя мама и тетя Вика, встав (извините за выражение) раком, принялись обрабатывать садовый участок. Ну, сами понимаете выпалывать сорняки, что-то, где-то подкопать, пересадить и прочая, и прочая, и прочая... Сам я не садовод, и честно говоря, не понимаю, как это так все выходные провести на карачках в саду, а еще после этого называть проведенное время отдыхом!

Ну а вечером, после ужина состоялась помывка. Первым отправили меня, чтобы после самим не торопясь насладиться процессом. Как потом оказалось к бане было припасено пиво и сушеная рыбка, причем в довольно большом количестве. Я зашел, не торопясь, по хлестался в одинокого веничком, помылся, и освободил помещение для следующей группы. А когда мои дамы уходили мыться, тетя Вика шепнула мне, пока ее не слышала мама: «Там, в холодильнике, есть пиво! И если хочешь, пару баночек можешь оприходовать. Ну а рыбка на столе». Ну, если все досконально осмыслить, то вот это пиво и дало толчок, дальнейшим событиям.

Зная, что мыться они будут долго, с перерывами на отдых и остывание после парилки, в которую они делали не меньше трех заходов, я спокойно расположился за столиком около дома. Достал одну баночку, почистил рыбку, и приступил к самому главному. То бишь потреблению пива с одновременным поеданием сушеной рыбки. Как всегда одной баночки оказалось мало, кончилась она, как то быстро! И помня о разрешении, я вскрыл и вторую банку. Ну как водится, закурил. Видела бы меня мать, в этот момент! Вообще-то, она мне не запрещала «все это безобразие», но и восторга, особого не испытывала.

Скажем так, после двух литров пива, а банки были емкостью литр, мне захотелось отлить лишнего. Но идти на другой край сада в туалет, как-то не хотелось. Уже начало смеркаться, и я без задней мысли, зашел за баню. Это было рядом, около забора, совсем забыв, что туда выходит окно из моечного отделения. Когда-то там стояло рифленое, непрозрачное стекло, но потом его сломали, и теперь половина окна была заделана обычным стеклом.

Облегчившись, я случайно бросил взгляд в окно, и малость оторопел. Ну, все прекрасно понимают, что в бане моются обнаженными. Вот и тетя Вика, сидела на лавке, ко мне лицом, и мыла голову. Я вздрогнул, мне показалось, что она меня видит! Но уже в следующее мгновения я сообразил, что ее глаза зажмурены, а лицо намылено.

Прекрасно понимая, что это непросто нехорошо, а даже постыдно — подглядывать, я тем не мене не мог отвести от нее взгляд! Мой член, вперед меня сообразил, что находится перед ним, и стоял в полной боевой готовности, выпирая большим бугром в брюках!

Ее руки были подняты к голове, а груди, ну не знаю, скорее пятого размера, призывно так колыхались, когда она шевелила руками. Абсолютно белые, на фоне загоревшего живота, они бросались в глаза. Крупные коричневые соски, окруженные большими ореолами, приковывали взгляд. Ну а их большой размер, вызывал дополнительное возбуждение! По сравнению с грудями моей мамы, которые я пару раз случайно видел, это было что-то!

С трудом оторвав от этих прелестей глаза, мой взгляд скользнул вниз. Небольшой животик, а ниже, черные кучеряшки лобка. Колени, чуть разведены в стороны, но не настолько, чтобы я что-то увидел из-за ее волос. Поняв тщетность своих попыток, что-либо рассмотреть у нее между ног, я поднимаю глаза, и наши взгляды встречаются... Несколько секунд мы смотрим, друг на друга, потом она делает свирепое лицо, а я быстро ретируюсь в сторону, успевая увидеть, как на моих глазах набухают, становясь больше, ее соски.

С горящим от стыда лицом я возвращаюсь за стол и трясущимися руками прикуриваю сигарету. Меня, как шестнадцатилетнего пацана застукали, когда я, хоть и случайно, подглядывал за матерью и ее подругой! Когда они мылись в бане! Тут же внутренний голос возражает: «А там не было мамы!». И я, как шизофреник отвечаю ему: «В пределах видимости! Но она ведь находится там!». В общем, переживаю и готовлюсь к нагоняю. Представляю, как будет стыдить меня мать, как наорет на меня тетя Вика...

Когда они вышли из бани, я был готов ко всему, но... ничего не произошло! Только тетя Вика, так странно посмотрела на меня, и... промолчала. Потом мы еще с полчаса сидели за столом, женщины пили пиво, разговаривали, а я молчал, не смея поднять на них глаза.

Затем тетя Вика сказала: «Антон, ты посиди пока здесь. Мы с твоей мамой пойдем, переоденемся. Я постелю ей, в комнате около кухни и уложу спать. Смотри, у нее глаза слипаются. А потом тебе, и когда постелю, позову тебя». Я молча кивнул, и они зашли в дом.

Зажегся и погас свет в комнате рядом с кухней. Потом прозвучали шаги по лестнице, и загорелся свет наверху. Затем он потух, и через пару минут тетя Вика, в накинутом поверх сорочки халатике, вышла на крыльцо. Света было достаточно. Было полнолуние, и на улице около дома стояли два фонаря. Она внимательно посмотрела на меня и вдруг сказала: «А дай-ка женщине сигаретку! Правда, давно не курила... Но вот, что то захотелось!». Я молча протянул ей сигарету, зажег огонек зажигалки. Она прикурила.

Глубоко затянулась, и смачно выпустив дым, произнесла: «А ты зачем в окно подглядывал?». Я почувствовал, как у меня сильно забилось сердце и заалело лицо. Опустил голову, ничего не говоря. А она продолжила: «Что никогда голых баб не видел, что ли? Вроде уже здоровый бугай!». «Я нечаянно», прошептал я. «Я решил там отлить, после пива... И случайно посмотрел в окно. А там Вы... Моетесь... Раздетая...», продолжил я. Потом медленно поднял голову и глянул ей в лицо. Она удивленно смотрела на меня. «Интересно, а что я в халате должна была быть? Ты что, до туалета не добежал?», пошутила она. «Да нет. Поленился», сознался я. Она весело рассмеялась. «А я-то подумала...», сказала она, не закончив фразу.

Сделав еще пару затяжек, и потушив сигарету, она вдруг спросила: «Ну и как?». Я не понял, и переспросил ее: «Что как?». Она весело улыбнулась: «И как я там выглядела?». Я покраснел еще сильнее, и с трудом подбирая слова, ответил: «Как нимфа! Красивая! Очень!». А потом, осмелев, добавил: «Ну, я, даже возбудился!». Она опять весело рассмеялась, и, встав, пошла в сторону бани. На пороге повернулась ко мне и произнесла: «Пошли. Раз уж мы не спим. Поможешь мне. Там надо прибрать... «.

Я довольный, что все так закончилось, встал и вошел в предбанник. И не зажигая свет, прошел в мойку. Там было темно, и я не сразу рассмотрел, что тетя Вика стоит ко мне лицом, и снимает халатик! Пока я соображал что, к чему, она сбросила сорочку и осталась ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (11)

Последние рассказы автора

наверх