Как меня женили. Часть 4: Ее родители

  1. Как меня женили. Часть 1: Западня
  2. Как меня женили. Часть 2: Влюбленный демон
  3. Как меня женили. Часть 3: Званый ужин
  4. Как меня женили. Часть 4: Ее родители

Страница: 6 из 7

меня своими изумрудными глазами. — Видишь ли, быть богом в уже сформированном мире, где законы давно установлены и апробированы, это ужасно утомительно и скучно. Конечно, можно было бы разрушить все к чертям собачьим и выстроить все заново, но это хлопотно и долго. Возможно, когда-нибудь я это сделаю, но сейчас я предпочитаю играть с тем, что уже есть. Моя игра это создание для человека таких условий, где он из просто аморфного существа превращается в нечто. Или умирает. Чаще они умирают. Некоторые, особо упрямые, живут, но сами себе еще больше портят жизнь. Обычно я подстраиваю человеку некую встречу, подбрасываю возможность, при которой он что-то теряет, но, при условии правильной тактики, получает он намного больше...

— Если бы ты иногда утруждал себя объяснениями... — заметил я.

— А я чем сейчас занимаюсь? — он удивился не на шутку. Я передернул плечами и вновь затянулся. — И тут появляешься ты. Ты построил безупречную схему тогда с твоей амнезией, тюрьмой, электрошоком. Трент говорил, что ты демон, но все было рассчитано с такой математической точностью, все было так логично и так здорово вытекало одно и другого, что мне захотелось сбить тебя с толку, заставить тебя поддаться эмоциям. Первый план с Маролайтом в этом смысле провалился — ты продолжал действовать холодно и расчетливо, даже про баб и про секс почти забыл. Тарен несколько поколебал твою уверенность, показав, что ты далеко не неуязвим...

— Историю с Тареном тоже ты подстроил? — я прищурился.

— Конечно, нет, — он выпустил еще пару кривых и косых колечек, а потом дымовую фигурку слона и жирафа. — Если бы ее подстраивал я, Трент бы не пострадал. А так... В общем, после Тарена я задумался. Что может заставить тебя действовать иррационально? Что на любого мужчину действует сильнее, чем наркотики? Что заставляет нас терять голову? Ответ напрашивался сам собой — женщина. Но с твоим потребительским отношением к женщинам добиться нужного эффекта было нереально...

— И тогда ты придумал эту штуку со школой, — ухмыльнулся я.

— И да, и нет, — улыбнулся он, а из его рта вылетел дымовой орел. Он сделал круг над столом, издал какой-то гортанный звук и вылетел в форточку. Я смотрел на него, выпучив глаза. — Сначала я нашел Свету. Идеальная кандидатура на роль жертвы, принцессы, заточенной в башне. Кстати, ты никогда не задумывался над смыслом этой метафоры? А смысл прост — доступная женщина неинтересна. Недоступная уже воспринимается не просто как часть обстановки. Вокруг ее головы появляется нимб, за спиной вырастают крылья, а лицо становится божественно красивым. Видишь ли, пока ты карабкаешься по отвесной скале, твоя фантазия рисует тебе потрясающие образы, и даже если реальный приз оказывается хуже, твой мозг уже просто не позволит тебе увидеть в нем что-то иное, кроме ангельского сияния. Это потом, позже, когда магия фантазии развеется, ты увидишь и красные глаза, и огромные клыки и даже дряблую кожу и отвислые сиськи, но вначале ты будешь носить свою принцессу на руках и считать ее самой-самой красивой и доброй и нежной и так далее. Ну, а в нашем случае «приз» оказался ничуть не хуже твоих самых смелых фантазий...

— Она не приз, — надулся я и затушил окурок.

— Разумеется, она — великолепна, как и ее мать, — он кивнул. — Красивая, естественная, неглупая, настоящая принцесса, которая с легкостью приняла правила игры, в мгновение ока сориентировалась в ситуации. Идеальная пара для тебя. И именно она сумела заставить тебя действовать иррационально. Честно говоря, я думал, что ты просто поиграешь с ней, получишь свое и уйдешь, как ты это обычно делаешь, но что-то в ней тебя зацепило. Даже я не понимаю, что именно. (Специально для sexytales) Но факт остается фактом — она тебе дорога. Ты не хочешь ее терять, хочешь, чтобы она была счастлива, и ради этого готов терпеть ее смертную семью, спасать ее братца, который, кстати, в плену оказался по собственной глупости, пить водку, курить и даже — о, ужас! — довольствоваться сексом с одной женщиной, то есть с ней.

— А Лабиринт-то тут при чем? — не вытерпел я.

— Вся штука в том, Шейн, что и ты нашей маленькой принцессе небезразличен. Она хочет, чтобы ты был счастлив. И Лабиринт почувствовал это. И ему понравилось.

— И что теперь?

— Понятия не имею, — он снова улыбнулся, и из его рта, гремя подкованными сапогами, вышла миниатюрная дымовая армия. Когда последний солдат оказался снаружи, они грянули какой-то походный марш на неизвестном мне языке и растаяли, не дойдя до моего лица каких-то два дюйма. — Лабиринт, знаешь ли, тоже игрок. Он, как и я, любит ставить людей в затруднительные положения и наблюдать за тем, как они оттуда выбираются.

— Значит, если раньше каверзы мне подстраивал только ты, теперь к этой игре подключился еще и Лабиринт? — против ожидания это открытие меня ничуть не рассердило, скорее, развеселило.

— Ага, — еще шире улыбнулся он и щелчком отправил окурок в пепельницу.

— Кто ведет в раунде с братом Светы?

— Лабиринт...

— А ты?

— Я пока только наблюдаю. Посмотрим, что из всего этого выйдет. Возможно, по результатам этой игры мы даже оставим тебя в покое...

— Спасибо...

— Пока не за что, — он вдруг начал таять, а его голос приобрел какое-то потустороннее звучание. — Игра в самом разгаре. До финиша еще далеко...

Его глаза все еще горели изумрудным огнем, но самого его я уже не видел.

— Чеширский кот оставлял после себя улыбку, — заметил я вслух.

Зеленый огонь померк, стал призрачным, похожим на блуждающие огоньки, потом и вовсе исчез, и до меня донесся еле слышный шелест. Я понял, что где-то на другом краю Вселенной он посмеялся над моей шуткой...

Утром следующего дня мы со Светой отправились в ЗАГС, как и было запланировано. Света прямо светилась от радости, прошу прощения за каламбур. А я радовался, глядя на нее.

В ЗАГСе была очередь, нам пришлось добрых полчаса куковать на неудобной лавочке возле стеклянных дверей. Когда мы, наконец, заполнили бланк заявления, нам выдали целую стопку квитанций, которые нужно было оплатить... Пришлось ждать еще полчаса, пока откроются банки...

В общем, домой мы вернулись уже после полудня.

А дома нас ждал сюрприз — Светкины родители вернулись из Нальчика вместе с ее братом. Иван ловко рассекал по квартире на громоздкой инвалидной коляске, смотрел на нас снизу вверх и улыбался какой-то странной улыбкой.

Вечером пришли гости. Родственники Светкиного отца, сестры ее матери с мужьями и детьми, потом приходили какие-то соседи, знакомые, бывшие одноклассники Светы и Ивана...

Люди входили, целовались, обнимались, радовались встрече и возвращению Ваньки, плакали, хлопали по плечам отца, рыдали на груди матери, вытирали слезы тыльной стороной ладони, лезли к Светке, которая с натянутой улыбкой терпела эти выражения сочувствия и радости, сдержанно пожимали руку мне и направлялись болтать к Ивану. Правда, возле него никто надолго не задерживался — здоровый человек себя неуютно чувствует рядом с инвалидом, особенно если его увечье так явно подчеркивается костылями или коляской.

После третьей перемены гостей, в тысячный раз рассказав уже набившую оскомину легенду нашего знакомства со Светой, я вышел в кухню. Следом за мной, гремя разболтавшимися колесами, въехал Иван. Он закрыл стеклянную дверь, а я отодвинул табурет у ближней к нему стороны стола. Он поблагодарил меня одним кивком головы и снова странно улыбнулся.

— Наконец-то у нас появилась возможность поговорить, — произнес он после нескольких секунд молчания, пока я ставил на печку чайник для кофе.

— Ага, — согласился я.

— Вы со Светой сегодня подали заявление, да? — его улыбка из просто странной стала злобной.

Я усмехнулся:

— Это тебе Света сказала?

— У нее на пальце интересное колечко, — продолжал он, проигнорировав мой вопрос.

— Я старался, — отозвался я ...  Читать дальше →

Показать комментарии (8)

Последние рассказы автора

наверх