Секс Кондрата с тётей Линой

Страница: 1 из 3

Кристальные лучи июньского солнца обильно заливали просторную кухню нежного кремового цвета. Купаясь в их щедрых потоках, у шведской плиты «Индезит» быстро, но без излишней суматохи орудовала хозяйка хаты — 40-летняя Лина Власовна. За столом же, накрытым широкой голубой скатертью, восседал 42-летний глава семьи, Григорий Геннадьевич. Как обычно, устроившись в центре, он смиренно ждал капустный суп со сливками, который на сей раз жена готовила не только для него, но и для неожиданно прибывшего к ним племянника, 22-летнего студента Кондрата.

— И насколько ты приехал к нам, салага? — с интересом смотря на гостя небольшим взором хитрых светло-карих глаз, спросил его Григорий Геннадьевич. — Надеюсь, на всё лето?

Его голос звучал глубоким сильным тембром настоящего бывалого матроса, коему бесстрашны всяческие стихии природы.

— Да, Григорий Геннадьевич, — промямлил Кондрат кисейным голоском. — Я хочу полностью отдохнуть от городской суеты.

— Хорошо, будем с тобой ходить на рыбалку и резаться в скат, — подмигнул тот, и, с улыбкой добавил. — И конечно же глушить славное «Клинское»! У меня в подвале его целый арсенал!

Он раскатисто рассмеялся и скромным смехом «поддержал» его и студент.

Крупный, плечистый, Григорий Геннадьевич чем-то смахивал на благородного льва. Ибо, обладая лохматой шевелюрой густых темно-рыжих волос, он имел истинно мужское лицо, с веселыми глазами (с хитрецой глядящими из-под туч густых бровей), настоящий «римский рубильник», небольшие, но похотливые бесцветные губы, и крепкий квадрат подбородка. Его плечи были широки, в рабочих волосатых руках поигрывали мускулы, а мощная грудь волнистым парусом вздымала полосатую тельняшку. На нем были широкие светло-серые брюки (опоясанные широким солдатским ремнем) и тяжелые серые ботинки.

Кондрат же был полной противоположностью сей зрелой мужественности — с плавным овалом бледного лица, темно-карими глазками, по-женски сочными красными губками и небольшим подбородком с ямочкой — он чем то смахивал на молодую девушку чем на парня. Облаченный в синюю легкую футболку, голубые джинсы (без ремня) и белые кроссовки, он казался неким спортсменом юниором. Это впечатление ещё усиливалось тем, что он обладал хоть и белыми, но весьма крепкими руками.

— Мальчишки, старайтесь не слишком налегать на пиво, — услышав их разговор, пропела им мягким голосом Лина Власовна. — А то это скажется не очень хорошо на здоровье.

Ласково улыбаясь широкой обаятельной полуулыбкой, она поставила тарелку капустного супа сначала женоподобному племяннику, а затем мужу.

— Ничего-ничего, мы крепкие! — шутливо возразил ей Григорий Геннадьевич, вновь подмигнув гостю. — Мы, мужики, сможем вылакать даже целый океан пива и ничего с нами не будет!

— Ну, как знаете, — ответила Лина Власовна, двинувшись к плите уже за своей тарелкой. — Только потом не жалуйтесь мне на боли в желудке и голове!

Взяв свою порцию капустного супа, она вернулась к ним и тоже села за стол.

Не смотря на солидный возраст, она выглядела просто замечательно. Сверкая золотистым каре пушистых волос, она обладала голубыми сапфирами больших ясных глаз (наивно глядящих из-под крыльев русых бровей), прямым курносым носом, слегка под увядшими цветком пухлых губ и, небольшим овалом немного выступающего подбородка. Она была облачена в просторный голубой халат из тонкого шелка, с белыми полосами разводов и аналогичными узорами красиво расцветающих лотосов. На стройных ногах же, были обычные синие домашние тапочки.

«Всё же какая она красивая! — кушая суп, зачарованно уставился на неё Кондрат. — Говорят, в юности она была даже актрисой... Играла в нескольких фильмах... Наверно, за ней вились целые когорты юных задрочеров... Впрочем, я, такой теневой её поклонник и сейчас...»

Невольно вспомнив от тех долгих вечерах, в коих часто дрочился на её старые черно-белые фото, он, полыхнув краской смущения, ещё пуще принялся уплетать поданное яство.

— Уммм, смак! — восторженно ухнул Григорий Геннадьевич, даже облизывая свою ложку. — Это не капустный суп, это просто манна небесная!

— Ой-ой, захваливает! — рассмеялась Лина Власовна, звонким серебряным смехом. — Самый обычный суп, который может приготовить любая домохозяйка!

— Не согласен! — с улыбкой возразил ей муж. — Ты у меня не какая-то там «любая», ты у меня самая, что ни есть, любимая!

— Да не ужели, самая любимая? — подмигнула ему жена. — Самая-самая?

— Да, самая-самая, любимая, милая, нежная!

— О, спасибо, дорогой, как мне приятно это слышать!

И, приполненные нежностью, они слегка прикоснулись губами.

«Вот это идилия! — только и подумал Кондрат, невольно смущенный сей сценой. — А у меня, вот уже второй год, так и нет девушки...»

Вместе с невольно полыхнувшим смущением, почувстовав ещё и горький привкус зависти, он опустил взор на стол, но, продолжил поедать тёткин суп — суп, коий действительно был очень вкусным!

— Ну как, хорош тёткин супчик, салага? — спросил Григорий Геннадьевич, подмигнув ему в третий раз. — Ведь, правда, он просто шедевр кулинарии?!

— Да, хорош... — смущенно пробубнил Кондрат, и, глянув на тётю, поблагодарил. — Спасибо, вам, тёть Лин...

— Не за что, родной... — тоже, не без смущения на лице, откликнулась та. — Ну, прям вы меня за смущали, мальчишки...

— А я тебя сейчас за смущаю ещё больше! — воскликнул муж, и, заговорщически посмотрев на гостя, прошептал. — Сегодня на ней нет ни лифчика, ни трусиков...

И, выдав сие, во всё горло захохотал громовым смехом! Кондрат же, невольно переглянувшись с тётей, совсем уж вместе с ней вошел в «краску»!

— Гриш, ну зачем так смущать мальчишку... — стыдливо отведя взор от племянника, сразу зашипела на мужа Лина Власовна. — Он ведь только приехал, а ты уже ведешь себя как какой-то пошлый матрос...

— Ничего-ничего, дорогая! — проговорил Григорий Геннадьевич. — Он уже давно не какой-то, как ты, говоришь, «мальчишка», а вполне зрелый юноша! Всё понимает! Ведь так, салага?!

— Д-да... — не без стеснения, ответил Кондрат, не поднимая на них своих глаз. — Я всё понимаю...

Они замолчали, и, наконец-то полностью предались обеденной трапезе. Однако, несколько минут спустя, Лина Власовна, внезапно сославшись на то, что ей ещё надо помыть в спальне окна, вновь оставила их одних за столом.

— Смутилась-то, жинка... — усмехнулся Григорий Геннадьевич, доедая свой суп. — Поэтому так и смоталась... Подумаешь, сказал что она без трусов... Как-будто здесь собрались все чужие...

— Я думаю, что вы, всё же спошлили... — не смело вступился за тётю Кондрат, так же оканчивая трапезу. — Это для нас такие вещи обычная шутка, а для женщин это огромный конфуз...

— Да, что «вы» такое говорите?! — изумленно, съязвил «матрос», кидая на него удивленный взгляд. — «Спошлил», «конфуз»... Какие слова! Да, учитывая то, что я люблю её — ей ни должно быть стыдно! Я же это не со зла! Вот не поверю, что ты, например, совсем не подкалываешь свою девушку!

— А у меня и нет девушки... — тихо ответил Кондрат, устремив глаза в пол.

Услышав сие, Григорий Геннадеьвич просто обалдел на месте, однако, взяв себя в руки, спросил:

— И как давно, нет, Кондрат?

— Уже почти два года... — ещё тише отозвался тот.

— Ну ты и даешь, салага! Такой красивый, высокий и статный, а без баб почти целых два года! Ладно, понимаю, если бы ты, эти года, мотал бы в армии, но... ты же у нас студент! Интеллигенция! Нет, парень, так не пойдет, надо срочно тебе подыскать тёлочку, а то, и мне как-то сразу на душе стрёмно стало...

— Где искать? Здесь?

— Нет-нет, в нашей деревне все лишь глубокие старухи... Хотя, впрочем, есть одна женщина...

— Кто?

— Моя Линочка...

— Тётя Лина?!

Не веря своим ушам, Кондрат изумленно уставился на «матроса» своими «лупами» карих глаз.

— Да, именно! — невозмутимо подтвердил Григорий Геннадьевич. ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (4)

Последние рассказы автора

наверх