В плену у сумасбродных свингеров. Часть 6: Конец истории

  1. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 1
  2. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 2
  3. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 3
  4. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 4
  5. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 5
  6. В плену у сумасбродных свингеров. Часть 6: Конец истории

Страница: 2 из 9

хотела вспоминать, что днём по большому счёту она сама, без всякого принуждения, по сути, отсосала у меня.

Я не мог понять, куда она собирается. И зачем так тщательно прихорашивается, как будто в театр, блин, или в оперу.

Хм... Тут без шуток, мама была большой любительницей и первого и второго, хоть из-за этого, или мне или отцу, приходилось постоянно мотаться с ней в Белгород, что не вызывало особой радости ни у меня, ни у отца. А сейчас-то куда?

Уже поздно. Почти полночь. Мы обычно в это время с мамой сидели на балконе, в плетённых креслах и резались в карты или домино, глазели на морские волны в лунном свете, и незатейливо весело болтали.

Мама немного повертелась перед зеркалом, поправила на себе платье на бёдрах и только после этого соизволила, наконец, обратить свой взор на меня.

— Пошли, — просто сказала она, — я хочу выпить.

Не знаю, зачем она так выряжалась ради прибрежной кафешки. Женщины, конечно, перед приходом сюда наводили какой-то лоск, но всё равно большинство из них здесь были просто в шортах и майках.

Народу было много. Шум. Гам. Музыка громко играет. На танцполе тоже немало народа. В общем, очень весело, как и обычно в любой курортной кафешке в разгар туристического сезона.

Мама, правда, выбрала столик подальше от танцевальной площадки, немного поодаль от остальных столиков, под отдельным столиком. Я молча семенил следом за ней.

Среди всего прочего, она заказала дорогой коньяк. Хм... Вообще-то, крепкий алкоголь мама никогда не любила. И я редко помню, чтобы она пила что-то крепче столового вина или шампанского. Хотя, понятное дело, после того, что мамик перенесла прошлой ночью, — тут и люди и покрепче её выпить захотят. Так-то, если задуматься, она вообще всё стоически переносила.

Мне немного обидно только стало, что меня она коньяком угощать не собиралась. Я когда потянулся за бутылкой, чтобы налить и мне и ей, то получил по рукам. Правда, после второй рюмки, мама что-то смягчилась и велела официанту принести мне лёгкого вина. Ну, хоть на том спасибо.

Мы оба молчали. Мама красиво курила, манерно держа сигарету тонкими пальцами. Меня это, правда, покоробило. Она, насколько я знал, бросила курить, ещё до моего рождения и я никогда прежде не видел её с сигаретой. А ща курила одну за одной. Впрочем, как и пила, — стопка за стопкой. И всё время молчала большую часть времени, устремив свой взор в бескрайний горизонт моря. Мама быстро пьянела.

Я помню, что когда отходил от неё, чтобы в туалет сходить или тайком тоже покурить, — мужики к ней подходили знакомиться валом, — она так-то очень даже выделялась на общем фоне женщин в кафе. Но у мамы вид был настолько злым и агрессивным, что каждый из них быстренько сливался и больше не рисковал заводить с мамой амуры.

Когда мама заговорила со мной, я даже вздрогнул от неожиданности.

— Мы должны поговорить об этом!, — сказала она, нервно затягиваясь сигаретой.

Ну, должны так должны... Я, конечно, сразу же насторожился, понимая, куда может завести этот разговор и на всякий случай, с самым виноватым видом, упёрся взглядом в стол.

— Мы поговорим об этом!, — с каким-то надрывом повторила мама, — но только один раз! И больше никогда не будем об этом вспоминать! Ты понял меня, Егор!?

Она буквально пронзила меня насквозь суровым, нетерпящим взглядом. Я лихорадочно согласно закивал, всё ещё боясь вымолвить хоть слово.

Мама снова нервно затянулась сигаретой. Я видел, как нервно дрожат кончики её пальцев.

— Ничего не было... Ничего... , — сказала мама и внезапно всхлипнула, — слышишь меня? НИЧЕГО НЕ БЫЛО!!!

Слёзы хлынули из её глаз, и она принялась промокать глаза салфеткой. Успокоившись, мама продолжила:

— И уж, понятно дело, отец никогда об этом ничего не должен узнать!, — она пьяно помотала головой, — да, что я несу... Вообще, НИКТО не должен об этом знать!

Она снова налила полную рюмку коньяка и залпом выпила.

— Мам, по-моему, тебе уже хватит... , — храбро решился я сделать тебе замечание.

Она вскинулась на меня:

— Да уж молчал бы! Подлый предатель!

Какое-то время я молчал, размышляя. А потом сказал ей то, о чём думал ещё днём, едва разум, не смотря на жестокий бодун, подсказал мне эту спасительную мысль.

— Мам, ну это... Чего ты на меня злишься? Думаешь, это я такая сволочь? Да я бы никогда!, — я смотрел на маму добрыми наивными щенячьими глазами, — Мама! Да, они же меня наркотой накачали! Явно что-то, подавляющее психику! Когда тебя в баню повели сначала, помнишь? Мне мужики там заставили какую-то хрень выпить! Мама силком заставили! Я как выпил, так прям сам не свой стал. Словно, крыша разом поехала! И только вот сегодня вечером вроде, как бы в себя пришёл... Мам..

Как там говорится? Ложь во спасение?

Сказать по правде, я долго репетировал в уме, прежде, чем сказать всё это вслух. Чувство вины перед мамой просто оглушало меня. И, в конце концов, я нашёл выход. Ещё днём.

Сказал я это уверенно и решительно. Хотя, конечно, сам в подобный бред не верил ни на миг. Хм, я набрался наглости и для пущей убедительности сказал это даже с некоторыми нотками обиды на маму. Мол, ну, как ты могла ТАК плохо думать о родном сыне? Но уж сам-то я понимал, почему вчера с такой лёгкостью соглашался на сексуальные действа с моей матерью. А уж пилюли Олега если что-то делали, то уж явно не подавляли, а «поднимали»..

Да, да, именно, что ложь во благо. Хотя я не надеялся, что мать поверит в эту чепуху. Но, как ни крути, насколько не был я эгоистичен и лжив, говоря это моей матери, но всё же эта ложь, была действительно во благо нам обоим. Ну, я-то, понятное дело, просто не хотел и дальше мучиться угрызениями совести. А вот мама...

Ну, всё таки, я прожил с ней всю свою жизнь, и, быть может, знал её, даже лучше, чем она сама себя. Ну, что тут скажешь, если я, какой бы я ни был, был её единственным ребёнком. Со всеми вытекающими отсюда. Всю жизнь горячо любимый лелеемый балуемый холимый, самый самый, короче, для неё во всем мире. Кем я ещё мог быть для моей мамы?

И эта ночь, что теперь была позади, убивала её больше даже не тем, что банда подонков и сучек насиловала её всю ночь напролёт. Нет, в разы страшнее для неё было, что одним из этих подонков был её сын.

Но надо было видеть сейчас глаза матери.

Хм... Не, ну понятно, если хочешь во что-то поверить, то всегда найдёшь тысячу и одну причину, чтобы, не взирая ни на что, всё-таки в это поверить. А моя мама, видимо, ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ ОЧЕНЬ хотела поверить в то, что её единственный сын не есть самая мерзкая и подлая сволочь в мире. Ну, что тут добавить? Видимо, не зря народная вековая мудрость права и в этот раз: «Есть дети плохие, а есть свои».

По большому счёту, я просто показал маме выход, в котором она могла безоговорочно оправдать меня по полной в своих глазах, амнистировать и простить под чистую. Уверен, что она и сама напряжённо искала этот выход к моему безоговорочному прощению. И, чем дольше не могла его найти, тем больше терзалась и злилась. Так, что я, по сути, протянул ей ту самую последнюю соломинку...

Да, казалось, буквально на глазах, что с плеч моей мамы упала целая гора. На её лице отразилось невероятное облегчение. Она потёрла виски, явно обдумывая что-то... А в глазах уже горело ОЗАРЕНИЕ.

— Слушай... Как же я об этом не подумала?, — она положила свою ладонь на мою ладонь и крепко её сжала, — я чуть не возненавидела тебя, Егор! Но, конечно, это же так очевидно! Тебя, эти твари, опоили какими-то психотропными препаратами! О, какая я дура! Как я могла ТАК думать о тебе?!

Она замотала головой и её глазах опять заблестели слёзы. Мне на миг показалось, что она вообще на грани истерики. Но в это раз она справилась с рыданиями и посмотрела на меня уже с какой-то жалостью:

— Егор, прости меня... Мне ТАК стыдно, — она не в шутку вдруг опять зашмыгала носом, — но... но... я такая дура... Уже готова была ...  Читать дальше →

Показать комментарии (51)

Последние рассказы автора

наверх