Подарок от Смерти

Страница: 4 из 6

на танец, но вижу, как она, покачиваясь со своим партнером (что-то наивно мелющем ей на ухо), посматривает на меня — улыбаясь и одобрительно. Песня ей точно понравилась.

После аплодисментов я возвращаю гитару Сереге и прошу медленную уже от него. Она не отказывает мне в танце. Отметила мою песню (комплимент творчеству и способностям). Я не отходил от нее весь оставшийся вечер, а Наташа любезно приняла мое общество. Танцевали, говорили о многих вещах (я старался быть интересным), и я оказался возле ее дома. Знаю, что она живет одна. Толкаю тему о желании продолжить вечер (уже глубокая ночь) у нее за чашкой кофе, подкрепляя мысль тем, что Наташа — мой источник вдохновения в творчестве. И если я сейчас уйду, то не закончу уже начавший сочиняться в душе музыкальный шедевр. Она улыбается на мое предложение, а я замираю. Отказ сорвет все.

— А не пожалеешь? — с улыбкой спрашивает она. О чем жалеть, милая? Мы даже не переспали вместе, и ты еще не ушла к другому. Качаю головой и попадаю в ее квартиру. Последний глоток кофе, глаза в глаза, и я впиваюсь в ее губы. Мягкие, припухлые, они созданы для поцелуя. Наташенька... Она отвечает на поцелуй, я обнимаю ее и пытаюсь повалить на кровать. После классного страстного секса я рассчитываю на слова о любви.

— Стой, — говорит она, высвобождается, и тут сама резко толкает меня на кровать. Я падаю от толчка, раскинув руки. Она любит так? Что ж, не вопрос, сегодня я позволю ей все. Она запрыгивает сверху, рывком рвет мне майку и стаскивает брюки, оставляя в одних трусах. Скидывает через голову платье, обнажая свое великолепное в формах тело. Полная подтянутая грудь смотрит на меня острием сосков. Выглядит возбуждающе-угрожающе. Встряхивает волной своих роскошных рыжих волос, и в комнате словно сыпет искрами предстоящей страсти. Наташа зажигает в себе огонь. Она явно любит жесткий секс. В ее руках появляются откуда-то взятые веревки.

— Хочу привязать тебя, — возбужденно шепчет Наташа. Это она, преподавательница экономического учета? Я с трудом верю в происходящее. Вижу, как расширились ее зрачки, отмечаю, как вспотели ее ладони, пока она привязывала мои послушные руки к перилам кровати. Я не сопротивляюсь. Мне нужно ее удовлетворить. Она подносит ко мне губы, и я замираю в предвкушении очередного поцелуя. Наташа кусает мою губу острыми, как пила, зубами, я вскрикиваю, ощущая привкус крови. Реально насмотрелась БДСМ-роликов. Ладно, сегодня твой день.

Наклоняется и стягивает с меня трусы, высвобождая уже порядком напряженный член. Касается его губами (очень рассчитываю, что до укусов здесь не дойдет), нежно целует. Щекочет своим язычком, выталкивая меня на вершину возбуждения. Ее жесткость вдруг сменяется нежностью. Она приоткрывает ротик и мягко, плавно вводит его себе. Я зажмуриваю глаза от наслаждения, ощутив концом влажную глубину ее чувственного рта. Губы плотно облегают член, она помогает себе ладонью, подрачивая его и заталкивая глубже. Мне очень хорошо. Наташа делает минет страстно, жадно, стараясь доставить удовольствие, и это получается, подтверждаясь моими стонами. Язычок девушки вылизывает головку, пока ее ручка дергает его сверху вниз. У меня все распирает снизу, и я пытаюсь задержать оргазм.

— В ротик... — только и остается попросить мне. Наташа наваливается на член ртом, вгоняет его на всю максимальную глубину, сомкнув губы чуть ли не у самого основания (с размером члена все ок), а меня трясет от нахлынувшего наслаждения. Дрожь проходит по спине, все сжимается, и я выплескиваюсь ей в горло. Она сглатывает всю сперму до капельки. Я, наблюдавший эту картину, окончательно расслабляюсь, откидываю голову на кровать и прикрываю глаза. Минет от моей возлюбленной был великолепен. Я заслужил небольшую передышку. Все только начинается и мне предстоит удовлетворить Наташеньку. Пусть только развяжет мне руки.

— Малыш, пора продолжить, — слышу я голос любимой. Приоткрываю глаза и наблюдаю картину, повергшую меня в состояние пришедшего ужаса. Девушка успела переодеться, но во что! Черный кожаный костюм с короткими шипами (прям как в роликах, блин) плотно облегал Наташино сексуальное тело, а в руках замечаю (с холодком по спине) кожаную плеть.

— Пора расплачиваться, — заявляет она и щелкает в продолжение слов плетью мне по груди. Взвизгиваю от боли. На коже появляется алый след. Что за черт? Протестую, но в ответ слышу ее задорный возбужденный смех.

— Получай, сопляк! — вопит преподавательница и хлещет меня еще раз, уже сильней. Я готов выть. Она сумасшедшая! Понимаю, что она собирается запороть меня до полусмерти, садистка хренова. Дергаю связанными руками, пытаясь высвободиться, но в поощрение к попытке получаю хлест плеткой уже по рукам. Наташе весело. Она входит в раж. Минет был легким авансом, который мне придется отработать по полной. Нужно срочно сматывать отсюда.

— Развяжи мне левую руку, — прошу, чуть ли не умоляю ее.

— Это зачем, малыш? — уточняет Наташа.

— Буду мастурбировать, пока ты меня хлещешь. Это так заводит, — нахожу я спасительную мысль.

— Малыш дрочит левой? — смеется эта любительница садо-мазо.

Она ведется, отвязывает мне одну руку. Прощай, любимая. Я освобожденной левой резко проворачиваю перстень на правой руке...

* * * * *

Смеральдина снова смеется, и если бы это случилось не со мной, я по полу сам бы катался от смеха. Она быстро прекращает, ничего не комментирует. Не хочет меня еще больше расстраивать. Остается Вера. Последняя попытка вернуться к жизни.

— Готов? — спрашивает Смеральдина. Я киваю в ответ. Мне грустно оттого, что предыдущие две девушки оказались, мягко говоря, не мои. И стоит лишь удивляться, что я мог их когда-то любить.

— Саша, — обращается ко мне женщина. Она пристально смотрит на меня, словно дает взглядом какую-то неведомую, но важную подсказку. Ту, которую не скажешь словами. — Запомни, ничто не предрешено заранее. Всегда все можно исправить, если быть по-настоящему готовым.

— Готовым к чему? — спрашиваю я. Через секунды я снова отсюда исчезну. Окидываю взглядом комнату. Вопрос, когда я в нее вернусь снова — через день или спустя годы? Но знаю, что со Смеральдиной мы еще встретимся. Любуюсь ее незаурядной, живой (да, живой!) красотой. Ни один мужчина не вырвется из ее объятий. Ни в одном из смыслов.

— К ПЕРЕМЕНАМ, — отвечает она. Звучит как благословение, и я снова уношусь прочь...

Вера уже делала первые шаги в музыке, пыталась, как и я, построить карьеру певицы. Мечты, как у тысяч парней и девчонок, когда мы познакомились. Мы выступали по выходным в клубе железнодорожников перед молодежной тусовкой, получали свои копейки и грезили о большем. Мне уже двадцать девять. Последние попытки сделать себе имя на сцене. Вера, эффектная блондинка с глазами морской волны, красивым телом и чувственным до эротичности голосом сразу привлекла мое внимание. Первый раз мы выступили на одном вечере, и я собрался было начать ухаживания, но получил предупреждение от своего бас-гитариста Вити.

— Саня, лучше не лезь к ней. Это девчонка Казбека.

Казбек был известный криминальный субъект в нашем городе. Увести (или просто переспать) у него девушку было чревато разборкой с неблагоприятным исходом.

И я не полез. Испугался, не решился, не знаю. Зажал чувство к Вере в себе. Решил, что «не по сеньке шапка», и отрезал свое желание обладать ею. Расплата за то малодушие шла все годы, когда я вспоминал Веру и время наших выступлений на одной сцене в захолустном клубце.

Но я вернулся. Хочу все исправить. В тот день, когда мы пели на одном вечере. Она уже выступила, и я вышел на сцену. Пел, как никогда, звучал ярко, сочно, песни своего сочинения, ощущая, как мне сносит башню от напора и вдохновения. Здорово вернуться к тем впечатлениям. Почему я бросил музыку? Внизу, размахивая руками, скандировала молодежная публика, среди которой было немало моих юных поклонниц. Ловлю их восторженные взгляды. Как же я по вам скучал,...  Читать дальше →

Показать комментарии (36)

Последние рассказы автора

наверх