Трофей. Часть 2

  1. Трофей. Часть 1
  2. Трофей. Часть 2

Страница: 1 из 6

— Подписывай, Неля! Не капризничай! Разве ты сама сможешь устроить ребёнку нормальную жизнь? — убеждая упрямицу назавтра.
— Я у вас в маргиналах хожу? Я что, пью? — отшвыривая документ и повышая голос.
— Тебе не понравится, но это так: ты бедна, Неля! И так будет всегда! Ну сколько ты заработаешь своим воспитательством? Или этой зарядкой? Ну, да, конечно, — фитнесом?! Какая часть будет уходить на оплату съемной квартиры? Большая? Купить свою — тебе не светит! В какую школу пойдет твой сын? Во дворе? В какой вуз поступит? В пед, как ты? Ты сможешь оплатить репетиторов, если что?

Она все ниже опускала голову под градом его аргументов, многие из которых ей, 24-летней, даже не приходили в голову по причине молодости и малого знания жизни.
Перестав давить на неё, он подсел и обнял её за плечи: — Что плохого в том, что мы договоримся? Чего такого особенного я от тебя жду? Это настолько невозможно?
Неля упрямо мотала головой: — Я знаю... я точно знаю... неправильно так поступать по отношению к... Она сглотнула и сдержалась. — Да, ты больше знаешь... больше можешь... Ты всегда во всем прав... Но это не... подло! Да, подло!

И так она была хороша в этот миг, говоря форменные, на его взгляд, глупости, уже почти выздоровевшая, со свежим, только осунувшимся лицом, со спадающими на спину, распущенными влажными (недавно из душа) волосами. Она поправила их характерным изящным движением — он едва не набросился на неё тут же, за кухонным столом.
Он притянул её за плечи и нагнулся к ней: — Ты жива и здесь. И я жив и здесь. Ты сама видишь, что у тебя нет выхода. Все у нас будет хорошо. Подписывай!
Она скривила лицо, удерживая рыдание: — Я не смогу... Я не хочу... У меня не получится.
Вложив в руку ручку и поднося её руку к месту подписи: — Получится! Ты привыкнешь! Я хочу тебя...

Отбросив уже ненужное перо от договора на обеспечение её с сыном, Виктор повлек её к кровати. Малыш уже пыхтел в колыбели, собираясь проснуться и покушать, но мужчина не хотел ждать. Вид её тонкой руки, ставящей красивую закорючку на бумаге, воспламенил его. Не слушая громкого шёпота «Павлик просыпается», «ты не подписал», он торопливо раздевал её, расстегивая множество застежек (на ней была прогулочная одежда). В который раз преодолев её отпор, усилившийся после болезни, он впился ей в губы, стоя возле кровати и сжимая тонкую обнаженную спину. Толкнув девушку навзничь, он упал сверху, закрыв её исхудавшее тело своим крепким. Пальцами обхватив её пополневшие груди, мужчина втянул одну в рот; небольшая, она почти полностью скрылась меж его губ.

— Нет, это Павлику, пусти! — взвизгнула девушка, отталкивая его от сочащегося молоком полушария. Счастливо засмеявшись, он облизал темные соски. Соскользнув по ней вниз, он стянул нечто тесное и облегающее и приник губами к темному, небритому треугольничку. Пытаясь раздвинуть тесно сжатые бедра, он попутно боролся с ней, шепчущей «мне нужно встать, он сейчас заплачет». Виктор и сам понимал, что вскоре раздастся требовательный рев, но осознание того, что он победил, и она сдалась и согласна, затуманило его разум и толкнуло на немедленное обладание ей. Для него важно было мгновенно закрепить достигнутый такой непростой ценой успех. Чтоб им обоим всё было предельно ясно и не вызывало никаких вопросов. Его член, наполняющий семенем её тугое лоно, являлся для него высшим символом достигнутого результата.

Под набирающий обороты плач голодного малыша он ритмично толкался бедрами меж раскинутых стройных ног. Устав вырываться из-под придавившего её тела, она молчала, раскинув руки, только неотрывно изучала краснеющее, вспухшее личико. Его задело подобное показное безразличие, но такова была цена его усилий. Только тело — не душа. И все!

— Посмотрим ещё... — упрямо крутилось у него в голове. — Ещё не конец! Его финал меж тем был близок и, вобрав в себя её холодные губы, он сотрясся на ней, едва не раздавив. Оттолкнув его крупное тело, она рванулась к охрипшему младенцу. Всхлипывая, тот зачмокал, а Неля попыталась одной рукой накинуть на себя халатик. Виктор набросил тонкую ткань на дрогнувшие плечи и прижал к себе её тонкую спину. Картина могла бы показаться идиллией — мужчина, обнимающий кормящую мать, — но он всем своим расслабленным после быстрого секса телом ощущал её отчуждение и враждебность.
— Не всё сразу, — загадал он, целуя её плечи.

— Ничего не случится, я же кормлю грудью, — в это время размышляла Неля, усыпляя свои опасения. — Мало времени прошло. Она попыталась стряхнуть его руку со своей свободной груди, он только хмыкнул в ответ и зажал меж пальцев сосок. Привалив её к себе, он изучал её тело, которое ещё недавно брал насильно. Его руки плавно пустились в сладостное путешествие, ощупывая каждый сантиметр тёплой кожи. Проведя ладонью по её мокрому животу, он нырнул меж разведенных для удобства кормления ляжек. Она заерзала, пытаясь вырваться, но мужчина уже исследовал мокрую истекающую соками промежность. Поняв, что она кончает прямо сейчас, пока кормит, Виктор заурчал от подступающего вожделения и сильно сжал ещё трепещущие нижние складочки. Размазав по лобку белесые выделения, мокрой рукой он повернул к себе её лицо и втянул в рот что-то говорящие губы. Он снова её хотел и не мог дождаться, когда ребенок насытится и успокоится. Полулежа голым поперек кровати, он вожделенно следил за качающей на руках малыша Нелей. Ему казалось, что она специально тянет время, ходя возле кроватки. Поймав её, пытающуюся скрыться в ванной, мужчина быстро взял её, ещё влажную после недавнего совокупления. И вновь постарался не концентрироваться на её отстраненном виде.

— Ты будешь приходить раз в неделю? — равнодушно задала она вопрос, закрывая за ним дверь.
— Нет, я буду приходить, когда захочу, — мстительно ответил он, будто смеясь над её показным безучастием.

Хладнокровно отговаривался Виктор от матери и Ларисы, терзающих его расспросами и придирками, что будто бы кто-то видел его гуляющим с Нелей, и её, выходящей из его машины. Опасно улыбаясь, он пресекал подобные разговоры, напомнив раз и навсегда, что её сын — часть их семьи и заслуживает помощи. Ни про какой договор он никому, разумеется, не говорил, чтоб не стать предметом насмешек. Обмануть можно было только наивную Нелю.

Шли месяцы, наполненные для него счастьем обладания. Она понемногу менялась, превращаясь из холодной снегурочки во вполне себе домашнюю женщину. Конечно, ни радушия, ни тепла ожидать от неё не приходилось, но зато пропало с её лица выражение обреченности и непроходимого несчастья. Она училась жить без любви, щедро даря её только росшему сынишке. К визитам Виктора привыкла, безропотно принимая его разнообразную помощь и деля с ним постель. Изредка советовалась насчёт домашних забот, начав называть Витей, в противовес предыдущему безымянному «ты».

К нему привыкли её родители, воспринимая как заботливого родственника и испытывая благодарность. Мальчик рос и спал уже не весь день, заставляя корректировать время прихода покровителя. Виктор купил большой манеж, заполнил его игрушками, чтоб малыш на время мог отвлечься, пока мужчина занимался его матерью.

— Он никуда не убежит! — одёргивал рвущуюся из-под него к зовущему сыну Нелю. И нарочно не отпускал девушку, тоскливо глядящую на хнычущего ребёнка, вставшего в манеже и тянущего к матери ручки. Подшучивая над ней, стремительно выкатывающейся из-под него и прикладывающей малыша к груди, он полюбил прижиматься к её тёплой после секса, больше не напряженной спине и вдыхать её сказочный аромат грудного молока и чего-то ещё. Удобно укладывая в ладонь её свободную от кормления грудь, зажимая пальцами вытянутый сосок, лениво изучал чмокающего крепкого мальчишку, недружелюбно следящего, как ему казалось, за ним, за его властью над телом его матери. И твердо отдавал себе отчет, что никогда не привыкнет к племяннику, не примет его как родного, случись такое. Ничего не менялось в его страсти к желанной женщине и в отторжении ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (6)

Последние рассказы автора

наверх