Брат. Новелла. Глава 2

  1. Брат. Новелла. Глава 1
  2. Брат. Новелла. Глава 2
  3. Брат. Новелла. Глава 3
  4. Брат. Новелла. Глава 4
  5. Брат. Новелла. Эпилог: Красный Дракон — Голубая Змея

Страница: 3 из 8

но все же видно было по всей его позе, что он не собирался наброситься на меня со страстными поцелуями, которых мне так не хватало все это долгое, безумно долгое, нереально долгое время. Он повернулся, только мельком взглянув на мое лицо, протянул руку и прижал к моей щеке. Я потерлась о его ладонь, закрыв от блаженства глаза и чувствуя как ко мне приближается его пышущее жаром лицо. Я приоткрыла рот навстречу его поцелую, но вместо поцелуя в губы, он только сухо коснулся губами моей щеки, прижался к ней своей щекой, крепко обхватив меня за шею, и долго вдыхал запах моих волос и шеи, уткнувшись носом мне в ухо. Его близость просто дурманила меня. Эта темнота вокруг, тихо падающий за окнами снег, потрескивания остывающего автомобиля, запах меха и зимы, звук и тепло его дыхания. В какие-то доли секунды мне казалось, что большего счастья нам и не надо. Я слегка двинула головой, чтобы поцеловать его шею, но он резко меня отстранил.

— Ты понимаешь, что этого делать нельзя, Марина? — спросил он со злобным отчаянием в голосе.

— Это ты теперь мне говоришь?! — взорвалась вдруг я праведным гневом, — Теперь? После всего, что было? После всего, что ты со мной сделал?

— Я с тобой сделал?! — он просто побелел от возмущения, — А что со мной делала ты? Все-таки я тебя не насиловал, насколько я помню! И что ты делала сегодня с этим козлиной?

— Что? — меня вдруг разобрал досадный смешок, — Значит, ты ревнуешь?

— Ревную? С какой стати! Но ты, кажется, очень волновалась, что я пойду на каток с какой-нибудь девушкой, а сама тем временем... , — он не договорил, весь взбешенный до исступления.

— А что я должна была делать? — искренне недоумевала я, — Мы же не можем ходить вместе, обнявшись, как парень с девушкой! — выпалила я, не подумав, и это было моей роковой ошибкой.

— Вот! — воскликнул он самодовольно, — Вот! Вот именно! Мы не можем! И мы нигде и никогда не сможем на людях проявлять свои чувства! Ты этого хочешь? Хочешь всю жизнь прятаться и бояться, а потом когда-нибудь потерять бдительность?

— Я... Я только тебя хочу, — мой голос снова ослаб и задрожал, — А как насчет Питера? Может, мы могли бы бывать там вместе?

— Питер — не Сахара! Я не могу выдавать там тебя за свою любовницу перед своими друзьями и коллегами, потому что правда когда-нибудь раскроется, и тогда нам несдобровать! Особенно мне! Ты это понимаешь?

— О чем же ты тогда думал, когда делал со мной все эти вещи?!

— О том, что хочу тебя! Поняла?! — почти с ненавистью выпалил он, — И больше ни о чем!

Я залилась краской, снова живо вспомнив, что между нами было.

— Митя, нас сейчас никто не видит. Безопасные места можно найти всегда.

— Ты что, идиотка совсем?! — он так взорвался негодованием и злобой, что чуть ли не подпрыгнул на месте, со всего маху стукнув в руль, — Хочешь тайком трахаться в тачках и закоулках с родным братом, а на людях корчить из себя милую порядочную девочку, кокетничать с другими парнями и устраивать периодически сцены из-за моих девушек?

Наверное, это было последней каплей. Мое сердце так рвалось от боли, что я даже плакать уже не могла, с трудом борясь с дыханием. Такого незаслуженного оскорбления я просто не могла перенести и только сдавленно, сухо, холодно прошипела:

— Отвези меня домой немедленно!

Он еще раз злобно ударил в руль, завел машину и рванул с такой скоростью, что автомобиль совершенно потерял сцепление с дорогой, и нас сильно занесло. Он с трудом справился с управлением, сбавил обороты и покатил дальше по шоссе в сторону нашего поселка.

Когда мы зашли в дом, мама по нашим мрачным минам сразу догадалась, что что-то случилось. Я собиралась было прошмыгнуть наверх, в свою спальню, а Митя уже готов был уходить, когда она резко вдруг спросила:

— Ну и что на этот раз?

Мы молчали как партизаны.

— У вас и так теперь мало времени для общения остается, а вы еще и ссоритесь! — произнесла она с упреком, вопросительно заглядывая то в мое лицо, то в Митино.

Я обернулась вдруг, сама не ожидая от себя такой прыти, и обиженно выпалила:

— Он не разрешает мне ни с кем встречаться!

Мама вопросительно приподняла брови, а я, словно оседлав любимого конька, пустилась беззастенчиво сочинять дальше:

— Там был один парень. Я дала ему свой телефон, и Митя запретил мне с ним встречаться и даже отвечать на его звонки! Он мне столько всего наговорил! Ненавижу тебя! — крикнула я в лицо мрачно молчавшему брату, который и бровью не вел, слушая такую бессовестную ложь.

— Дорогой, это не слишком? — мама как всегда строила из себя эксперта по семейным взаимоотношениям.

— Этому так называемому парню, между прочим, уже за тридцать! — сдержанно заявил он маме, а в мою сторону злобно добавил, — А ты лучше бы поменьше крутила хвостом и побольше училась!

— Что?! — взвизгнула я, входя в кураж от этой вымышленной ссоры, в которую, казалось, мы оба искренне поверили, — Что?! Это я мало учусь?! Может, ты просто не в курсе моей учебы, потому что тебе нет до нее дела? Так почему же тебе есть дело до моей личной жизни? Между прочим, отношениям с противоположным полом я у тебя училась, дорогой брат! А ты — не лучший пример для подражания в этой области!

Мама ошарашенно молчала. Кажется, между нами раньше не происходило подобных сцен.

— Твой новый знакомый, между прочим, обычный бармен родом из Хабаровска! Без высшего образования, без перспектив, без прописки и квартиры в Москве. Ты его сама всеми благами надеешься осчастливить или папу попросишь? — холодно парировал Митя, сверкая светлыми как кристаллы льда глазами, — В 18 лет приличная девушка должна учиться, а не шляться с кем попало, раздавая первым встречным номер своего телефона! По крайней мере могла бы быть разборчивее и хотя бы предпочитать сверстников!

Я уже готова была взроваться потоком новых оправданий и обвинений, но вмешалась мама.

— Митенька, тебе не кажется, что ты перегнул палку? Мариша и так постоянно учится... И она не встречается ни с кем в том смысле, в каком ты подумал...

Но он не дал ей договорить, ехидно усмехнувшись:

— Постоянно учится? Знаешь, мам, тебе уже пора бы избавиться от розовых очков и получше присмотреться к своей дочке! Это я хожу с ней по клубам и вечеринкам, так что, поверь мне, знаю о чем говорю!

Мама только ошарашенно развела руками. На наш крик пришел сонный папа.

— Что случилось?

— Ничего, пап. Извини, мне пора, — сдержанно закончил Митя, пожав ему руку, и, бросив на меня эффектный уничижительный взгляд, вышел на улицу.

Около часа мне пришлось провести в муторной и бессмысленной беседе с родителями, пока мама не пришла к выводу, что мы оба просто сорвались из-за напряжения, усталости и, возможно, действительно не совсем удачной личной жизни. Про рокера мне и им пришлось рассказать, хотя и без интимных подробностей, про которые насочиняла врачу. Когда я попала, наконец, в свою комнату, то захлопнула за собой дверь и, со всего маху швырнув на кровать свитер, выругалась всеми самыми страшными словами, какие знала. Ну, каков же гад! Это же надо было разыграть весь этот спектакль и свалить, оставив родителей на меня! Я просто вся тряслась от злости, но нервное напряжение постепенно перешло в невыносимую усталость и апатию, так что вскоре я снова начала заливаться слезами. Снова приходила мама, успокаивала, уверяла, что Митя меня очень любит и просто так неловко проявляет свою заботу, что я должна его простить, потому что у него в последнее время слишком много работы, и в Питере совсем нет никакой поддержки. Я даже искренне прониклась сочувствием к нему после этого разговора, но в груди все равно щемило от мысли, что мы не можем быть вместе.

Господи, что за безумная ночь это была! Я то рыдала, уткнувшись в подушку, буквально давясь ею, чтобы заглушить собственные рыдания и никого не разбудить, то блаженно улыбалась, вспоминая его ласки и недавние слова о том, что он ...  Читать дальше →

Показать комментарии (17)

Последние рассказы автора

наверх