Брат. Новелла. Глава 2

  1. Брат. Новелла. Глава 1
  2. Брат. Новелла. Глава 2
  3. Брат. Новелла. Глава 3
  4. Брат. Новелла. Глава 4
  5. Брат. Новелла. Эпилог: Красный Дракон — Голубая Змея

Страница: 4 из 8

просто хотел меня и больше ни о чем не думал. Я уснула только часам к 4ем, а когда проснулась поздно утром на следующий день, уже наступило 31 декабря.

В общем-то к Новому Году у нас все было давно готово, потому что этот праздник мы каждый год встречали вполне традиционно. Дома накрывали роскошный стол-фуршет для многочисленных гостей, который состоял в основном из блюд, заказанных в ресторанах. Этот стол предназначался для нашей с Митей компании, и его накрывали в гостиной с камином. Родители накрывали стол для своих немногих гостей в большой столовой. Таким образом, мы праздновали давольно-таки изолированно друг от друга, хотя на бой курантов собирались все же все вместе у фуршетного стола. После 12 начинались бесконечные молодежные вылазки сначала к соседям по поселку, потом чуть ли не на другие концы Москвы. Двое наших водителей работали в эту ночь то ли за огромную премию, то ли за небывалую почасовую оплату и в общем в накладе не оставались.

В три часа дня приехал как всегда вышколенный и роскошно разодетый Митя, выспавшийся, посвежевший и в приподнятом настроении, да к тому же с ворохом подарков. Видя, что я все еще дую губки и даже не хочу смотреть в его сторону, он наигранно повинился и, комично расшаркиваясь, попросил прощения и позволения заранее сделать мне подарок. Родители радостно переглянулись, а Митя с загадочной обворожительной улыбкой на румяных губах передал мне подарочный пакет с изящной коробкой. Я раскрыла ее и остолбенела: это было роскошное коктейльное платье, сплошь усыпанное кристаллами Сваровски.

— А... оно не слишком вызывающее? — пробормотала я удивленно.

— Нормальное. Но помни, что big brother is watching you!

— Что ж, наверное, ты не такой уж плохой брат, как мне вчера показалось, — растерянно пожала плечами я.

— Просто ты за красивое платье готова продать душу дьяволу, малышка, — весело засмеялся он, грубовато по-братски обнял меня и звучно чмокнул в щеку.

— Знаешь что! Раз ты у нас такой весь белый и пушистый, я тоже прямо сейчас отдам тебе твой подарок, и тогда посмотрим, кто продастся первым!

Я убежала наверх за свертками для Мити и родителей, которые тоже уже были готовы к поздравлениям.

— Вот, — я протянула ему огромную, но относительно легкую коробку. Там был квадрокоптер с видеокамерой на радиоуправлении и к нему очки с мониторами. Как-то Митя восхищался таким в ролике в интернете. Он поставил коробку на диван, сорвал бумагу и открыл крышку. Когда он вытянул пенопластовую вкладку с квадрокоптером, он заулыбался от уха до уха и опустил голову как проигравший.

— Ну что, кто сегодня продаст душу дьяволу за вертолетик? — засмеялась я.

— Малышка, где ты его раздобыла?

— Если я расскажу тебе, ты проникнешься ко мне глубоким, очень глубоким уважением! — восторжествовала я, сияя. Он встал, обнял меня так крепко, что я завопила: «Раздавишь!», приподнял и пару раз крутанул по комнате.

Что ж. Семейная идиллия была восстановлена в преддверии Нового Года и, наверное, благодаря ему. Мы обменялись оставшимися подарками, а в 6 вечера, разодетые и веселые, начали принимать первых гостей. Я с радостью для себя отметила, что ни одна бывшая девушка Мити не была приглашена, также как и ни в чем не повинный Женя, ставший мнимой причиной нашей выдуманной ссоры и, кстати, звонивший мне уже 3 раза. Надо ли говорить, что я не брала трубку. Просто в тот вечер мы с братом, кажется, наслаждались спокойствием обстановки и старались ничем не испортить друг другу настроение.

Как только пробило 12, мы вывалили дружной гурьбой на улицу и отправились к соседям пускать фейерверки, потом погрузили в два микроавтобуса несколько коробок шампанского, закуски, и отправились по гостям. Было уже далеко за 3 часа ночи, когда мы оказались на совершенно безумной вечеринке в роскошной квартире лучшего друга Мити, более походившей на лабиринт в дворцовом стиле. Все комнаты так были забиты народом, что просто негде было продохнуть. Мы вошли в какой-то неописуемый кураж, то впадая в танцевальный транс, то обмениваясь восторженными репликами со знакомыми, то произнося душевные тосты в узких кругах каких-то случайно собравшихся на короткие мгновения людей, лица которых, вроде бы, казались такими знакомыми и в то же время такими одинаковыми и потому неузнаваемыми до конца. Митя, кажется, налегал на водку, хотя я не особенно за ним следила. В такой кутерьме даже мне было не совсем до него. Странным образом девушки словно обходили его в эту ночь стороной, словно он заранее сообщил всем, что сегодня он по женским делам «пасс». Впрочем, я знала, что он всего лишь умел их отшивать, когда потребуется. Он вообще не любил навязчивых и предпочитал скромных, воспитанных в лучших традициях патриархата девочек из приличных семей, умеющих сохранять свое достоинство при любых обстоятельствах. Со всеми прочими он мог быть даже чрезмерно груб, так что иной раз мне даже становилось стыдно за него перед окружающими. В какой-то момент я потеряла его из виду довольно на долгое время. Вдруг за руку меня тронул Митин друг, Антон, которому принадлежала квартира.

— Слушай, Димке там плохо. Тебя зовет. Он в большой ванной, которая рядом со спальнями. Найдешь?

— Конечно. Перебрал что ли?

— Похоже на то.

«27 лет, а ума нет» — пронеслось у меня в голове, и я двинулась через плотную толпу, находящуюся в непрерывном броуновском движении, на другой конец квартиры. Дверь в ванную комнату была заперта, и я постучала.

— Кто там? — раздался Митин голос.

— Это я.

Щелкнул замок. Окрылась дверь. В проходе стоял Митя с какой-то хищной усмешкой на губах и с таким безумным беспощадным взглядом, что я даже несколько содрогнулась при виде его. Его модный узкий галстук был расслаблен и болтался наперекосяк, пуговицы белоснежной приталенной сорочки расстегнуты до талии, а рукава закатаны по локоть, волосы находились в звероподобном беспорядке, и вообще всем своим обликом он походил на огромного дикого, потрепанного, взбесившегося, голодного и при этом злорадно оскалившегося в ухмылке пса.

— Что это с тобой, — едва успела вымолвить я, как Митя вдруг грубо сгреб меня в объятья, одновременно защелкивая за мной дверь на замок, и жадно впился в мои губы угарным, раскаленным, удушающим поцелуем. От неожиданности и его напора я скорее испугалась, чем успела обрадоваться, и попыталась вырваться, чтобы не задохнуться. К тому же мне действительно было скорее больно, чем приятно.

— Да отпусти же меня! Ты мне больно делаешь! — извиваясь как змея, зашептала я, выкручивая руки из его железных объятий.

— Я хочу тебя, малышка! Я хочу тебя прямо здесь! Иди ко мне, — он жестоко схватал меня за руки, скорее всего оставляя на них синяки, жадно целовал мою шею, щеки и губы, и так крепко прижимал меня к себе, что спину и шею у меня мгновенно заломило от такого захвата.

— Ты с ума сошел! Дим! Дима! Мне больно! Что если кто-нибудь услышит!

— Дурочка, никто не услышит. Музыка всем бьет по ушам, к тому же все упились вдрызг. Дверь я закрыл, — радостно заулыбался он своей самодовольной, слащавой, наглой улыбочкой, которая выражала то чувственное предвкушение, которое его просто дурманило.

Я вдруг вспомнила наш разговор в машине и меня охватила паника.

— Ты, похоже, забыл, о чем ты мне говорил совсем недавно... Я смотрю, совесть старшего брата тебя больше не мучает?

Словно не слыша моих слов, он бесцеремонно провел горячими ладонями по моим бедрам, мягко поднимая подол бессовестно короткого, переливающегося бриллиантовым блеском кристаллов Сваровски, платья. Его руки нежно и настойчиво поглаживали мои бедра, крепко обтянутые шелковистыми чулками с кружевной каймой, и попку, едва умещающуюся в крошечных полупрозрачных трусиках. Он склонился к моим губам, настойчиво требуя поцелуя и уже запуская под трусики ловкие пальцы.

— Митя... , — еле выговаривала я на выдохе, уже возбужденная до предела одной его разнузданной внешностью ...  Читать дальше →

Показать комментарии (17)

Последние рассказы автора

наверх