В краю магнолий. Триллер

Страница: 1 из 18

Тёмной ночью в тишине

Он прокрался в сад ко мне

И остался недвижим,

Ядом скованный моим.

Вильям Блейк, пер. с англ. С. Я. Маршака

Посвящается Дрю Берримор

ПРОЛОГ

Татарин Раис Мударисов жил в Казани со своей женой, многообещающей поп-певицей Ириной Максимовой. Молодая, красивая, дочь тракториста и рабочей — технолога химзавода, Ирина имела все шансы в обозримом будущем затмить знаменитейшую уроженку Татарстана, Достояние Республики, — Алсу, которая, как известно, происходила из семьи нефтяного магната. Несмотря на свою головокружительную карьеру, Ирина не давала повода мужу думать, что он находится в её тени и что она его, слабака, разлюбила. Хотя сам он с каждым днём укреплялся в жёлчной мысли, что именно так дело и обстоит. «Как она вообще живёт со мной, когда я — лесоинженер, а она — будущая королева эстрады?!» — злобно накручивал себя Раис. Молчаливый, с заросшим беспросветно-чёрными волосами лицом, он со стороны мог показаться хмурым и недобрым, а уж когда у него начинали ходить желваки на щеках и с хрустом сжиматься кулаки, его вид бывал почти страшен. Однако при близком знакомстве Раис производил приятное впечатление и даже располагал к себе: с мягким голосом, вдумчивый и вроде бы беззлобный.

В силу специфической работы, у Раиса было море свободного времени. Пригласят его в какой-нибудь областной центр необъятной России, дадут в местном лесном департаменте задание обновить карту тех или иных массивов, потрясётся он неделю-другую на военном грузовичке в разъездах по лесовозным дорогам и просекам, побегает от дерева к дереву с измерительными приборами, составит картосхему — и домой, в татарскую столицу. Но зачастую месяцами нет работы, и Раис в родных пенатах сидит без особого дела. А вот жена — та дома, скорее, в виде исключения. «Наверняка уж в Москве тыщу раз предлагали ей остаться. Слыханное ли дело, чтоб певица с таким потенциалам жила в какой-то Казани?! Но каждый раз возвращается ко мне моя Иришка... Пока возвращается? Да, это только пока... « И снова, и снова онанировал Раис в одиночестве, проклиная себя за свой непробивной характер и в любой момент ожидая последнего решительного объяснения с женой. Раз за разом прокручивал в голове эту картину, даже отчётливо представлял себе мимику и интонации Ирины. «Ты кто — тряпка. А у меня карьера. Детей у нас нет, нам проще. Я покупаю квартиру в Москве. Ты живи, пожалуйста, здесь, ведь это квартира твоей бабушки... « И что характерно — не поспоришь! От заниженной самооценки парень не всегда даже занимался сексом с женой, когда она ночевала дома. Ирина приезжала усталая, ей не всегда хотелось своего мужа, и в те вечера, когда, из-за обуревавших Раиса нервных иллюзий, у него не вставало или он сам избегал интима, она без всяких разговоров поворачивалась к нему попой и мгновенно засыпала. Он ещё больше ругался мысленно, ворочался, не мог заснуть; он не сомневался, что давно не нужен жене. Но это было не так: просто Ирина утомлялась от своего напряжённого карьерного роста, и если муж не приставал к ней активно, она и рада была, но когда он таки подкатывался к ней, всегда была ласкова и податлива, чтоб не обидеть его.

Раис не пил и не играл на деньги. По бабам не гулял: он резонно считал, что, если ему не интересно общение с кем-либо сугубо ради секса, то гораздо проще и безопасней заниматься онанизмом. Друзей у него было не много, а когда все они создали семьи, и с теми, что были, общение постепенно сократилось до минимума. Свободное время он посвящал книгам, фильмам, музыке, но гораздо чаще — Интернету. Он был завсегдатаем форумов, чатов, иногда вёл виртуальную ферму и играл в онлайн-шахматы.

Не мог склонный к высоким материям Раис остаться в стороне и тогда, когда, весной 2018 года, в Рунет как снег на голову ворвалась молодая музыкальная группа «Магнолия» из Сухуми. Миллионы просмотров видео за неделю. На какой сайт ни войдёшь — всюду бесплатные ссылки (тут, что греха таить, не обошлось без масштабной спам-атаки) на выпущенный только в электронном виде и единственный на тот момент альбом. (Позже, в течение весьма короткого времени, необычайно плодовитая группа выпустила ещё полдюжины альбомов, премьера каждого из которых вызвала серьёзные сбои сервера их официального сайта: таков был наплыв скачивающих.) Не имея ни секунды в телеэфире, они получили такой заряд «сарафанного радио», что буквально на раз-два из «никого» стали пусть не «всем», но во всяком случае желанным гвоздём программы в каждом себя уважающем небольшом клубе хоть в Москве, хоть в Улан-Удэ. Это было трио: контрабасистка Тамара Бурхонова, гитаристка Татьяна Айвазовская и скрипач Бандарабан Вауа. «Магнолия» играла совершенно уникальную музыку; к тому же когда кто-либо из троих сочинял свою песню (а это каждый делал строго сам, и у каждого был характерный стиль), ребята договаривались исполнять её на концерте все вместе, но чтоб на вокале был именно автор. Если не принимать во внимание факта, что все инструменты были классическими, в стиле группы можно было услышать смесь готик-рока и христианского рока, плюс им удавалось вплетать в свой фирменный саунд национальные мотивы малой родины — Абхазии. Им каким-то непостижимым образом удалось добиться звучания, как у альтернативных рок — и фолк-групп Запада. К этому нужно добавить столь желанные для каждого русского «неформала» нетривиальные тексты. При этом ясно, что такое трио могло родиться не обязательно в Сухуми, а в любой точке той части суши, что когда-то гордилась тем, что её «сплотила навеки Великая Русь». Среди музыкантов только Бандарабан был абхазом (и то частично). Но, положа руку на сердце, даже он назвался бы русским, а обе девушки — тем более. Естественно, в любом городе русскоязычной среды «Магнолия» была в доску своей, и пара-тройка песен по-абхазски и по-английски никак не делали погоды в её репертуаре. Имидж группы выстраивался так, что менее склонного к эпатажу и «звёздной болезни» коллектива, чем «Магнолия», нельзя было придумать. Музыканты не позволяли себе не то что откровенных нарядов или скабрёзных песен, но даже «разогревающих» разговоров со зрителями во время концертов. Выйдут, отыграют двухчасовой концерт, поклонятся, уйдут со сцены. Женская часть трио выступала только с тщательно зачёсанными и убранными сзади в хвост волосами, а зачастую — в платках. Мужчина сверкал гладко выбритым лицом, вся нижняя половина которого, однако, была иссиня-чёрной, — красноречивое свидетельство того, что за знатная горская борода у него задумана природой. В текстах — только трогательная лирика о любви к богу, к ближним, к братьям нашим меньшим, призывы к бережному обращению с неживой природой. Короче говоря, «Магнолия» ни на йоту не отступала от своего элитарного лоска. Однако воспитанное на бестолковых «муси-пуси» и «тыц-тыц», стосковавшееся по «старомодной камерности» поколение тридцатилетних жителей России (ровесники музыкантов) внезапно повернулось лицом к новой группе, и слава её поплыла по Чёрному морю, поползла по Донским и Барабинским степям, полетела самолётом даже во Владивосток (откуда сухумских ребят лично благословил сам стареющий Мумий Тролль, объявив их гениями). Конечно, они не создали новейший тренд в русской поп-рок-музыке, но просто говорить в приличном обществе о том, что ты слушаешь «Магнолию» из Сухуми, в считанные месяцы стало не больше и не меньше, как признаком хорошего тона...

Ничуть не удивительно, что одновременно со многими своими прогрессивно мыслящими сверстниками и Раис стал слушать «Магнолию». Как любитель чатиться, он не преминул зарегистрироваться на форуме группы и во всех социальных сетях, где её обсуждали. Всюду скрывался под ником Тамерлан. И всё бы хорошо (он виртуально знакомился с другими горячими поклонниками, распространял все более-менее качественные видео — и аудиозаписи песен «Магнолии», что только удавалось найти, и горячо делился с «френдами» впечатлениями), но, в силу своего въедливого характера, Раис, докапываясь до всё новых подробностей жизни ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (4)
наверх