В краю магнолий. Триллер

Страница: 3 из 18

событиями. Правда, он не преминул сходить на первый концерт своей любимой (или ненавидимой? от любви до ненависти — один шаг) «Магнолии» в Казани. Он звал и жену, но та устало отмахнулась, прижимая к груди разодетого во фрак плюшевого мишку, которого он ей подарил в первый год знакомства: «Я не хожу ни на чьи концерты: своих хватает».

В отношениях супругов всё было ровно: Раис никогда бы даже не намекнул о своих постыдных мыслях, но инстинктивно всё глубже замыкался в чёрной зависти к жене и вообще ко всем людям, нашедшим себя в жизни. Ирина по-прежнему не замечала перемены мужа к худшему, лишь жала плечами, если он не отвечал ей на вполне искреннюю ласку, объясняя себе это усталостью. Резонно было бы спросить себя: а с чего ему, собственно, уставать, он же не в лесу у себя там, а неделями дома. Вот она — устаёт, но всё равно бы дала, только он пальчиком помани. Но артистка как-то не утруждала себя такими умозаключениями. Она по жизни была, кстати, довольно флегматична, так что, в глубине души, не слишком интересовалась душевным состоянием своего мужа. Не закатывает ей сцен, внешне спокойно принимает своё положение домашнего питомца — вот и классненько. Она же его никогда не упрекнёт ни за нищенскую (по сравнению с её гонорарами) зарплату, ни за почти полное отсутствие дел по дому (всё равно за свои деньги жена приглашала любых мастеров, а муж сидел с книгой или с наушниками, пока они работали). А что в последнее время почти перестал интересоваться ей как женщиной, бог с ним, ей и самой не сильно хотелось. Возможно, Ирина немного холодна от природы. Она почти не мастурбировала, не заглядывалась на возбуждающие картины, неизбежно мелькавшие перед ней в её светской жизни, не мечтала что-то изменить в интимной сфере. При этом она так поставила себя с самого начала своих выступлений, что даже «жёлтая пресса» наделила её репутацией консервативной хранительницы домашнего очага, обожающей своего скромного мужа, которого она не показывает публике.

Но если бы кто-то сумел заглянуть ей в душу и вызвать на максимально честный ответ (впрочем, на это не могла рассчитывать даже её мать!), эта Василиса Премудрая объяснила бы, за что она искренне любит своего бедного мужа и, нисколько не стесняясь, с томным подвыванием подолгу лобзает его член в те моменты, когда он настроен на близость с ней. Просто когда-то, ещё в годы студенчества, когда они только начинали встречаться, он сразил её в буквальном смысле наповал своими ласками. Инстинктивно недолюбливая секс, тогда ещё девственная Ирина заранее предвидела неприятные ощущения от близости с мужчинами, которые, конечно, её ждут, но которые она хотела максимально отдалить. «Ну, конечно, они все одинаковы, — разоткровенничалась как-то прекрасно воспитанная девушка перед подругами, когда те немного подпоили её. — Любят, если певица придёт на первый же кастинг в юбке такой короткой, чтоб до пизды. А потом она им подмахнёт — вот они и таскаются с ней всюду, как с куклой. Но ладно б ещё умели красиво поиметь. Дерут, как сраные обезьяны — банан... И потому я говорю: пошли они в пизду!» (Как показала дальнейшая жизнь, в случае с Ириной Максимовой правило, что путь к попсовому Олимпу лежит через спальню продюсера, нарушилось: умница сумела стать сама себе продюсером и сама себе звездой.) Но вдруг в её квартире появился смуглокожий, с окладистой щетиной, татарский интеллигент, смотрящий серьёзным взглядом своих чёрных глаз прямо в её небесно-голубые озёра. Он довольно худ, но мускулист и статен, к тому же аккуратист. Он нравится её родителям. И Ирина поплыла!

Их первый секс заставил её смеяться от счастья! Ирина действительно не стонала от оргазмов, а весело смеялась: так освобождалась она от непонятно откуда взявшихся детских страхов и иллюзий, рабой которых была с самого того дня, как узнала, что делают взрослые мужчины и женщины. Раис так сумел её вылизать и при этом пощекотать бородкой, что девушка утратила чувство реальности. Весь мир сузился для неё до подушечки пальца её парня, которой он тысячи раз притрагивался к её клитору, соскам, анусу. Потом и этот лучик света потух, и она словно умерла. Очнувшись, Ирина поняла, что они крепко заснули после нескольких часов взаимного счастья, но Раис и теперь ещё безмятежно спал, не потрудившись даже натянуть трусов, а вот она, тоже абсолютно голая, уже проснулась и уже не девственница. Забавно, что она даже не помнила, как Раис первый раз вошёл в неё: заспала. В тот момент Ирина не испытала ничего, кроме осознания, что всё так и должно было случиться, поэтому она, ни секунды не откладывая, пошла к матери и объявила, что они с Раисом любят друг друга и ничто не помешает им жениться. Родители гордились своей дочерью (как было не гордиться: образец целеустремлённости, чести и ума, а уж какая красавица!), но тут и вовсе разрыдались от счастья. Да и как они могли усомниться в выборе своей Ирины: она ведь скажет — как отрежет! Никто из родных и друзей Ирины даже полусловом не дал Раису повода думать, что он по гроб обязан этой богине, за то что она его твёрдо выбрала, хотя миллионы мужчин, которым он и в подмётки не годится, мечтали бы о такой жене. Но он и не думал о таком тогда, ведь они были наравне: оба студенты, оба небогаты. Однако как же он заёрзал, стоило молодой жене начать делать успехи и с умопомрачительной скоростью обгонять его! В какой-то момент Ирина без задней мысли принесла ему стопку купюр (гонорар за первый концерт в Москве) и мягко вложила в ладонь. Это был его годовой заработок! Вот когда у него впервые до белых ногтей сжался кулак и заходили желваки под заросшими худыми щеками! Деньги он взял, и голос его не дрогнул, когда он благодарил жену. Но то, что он затаил в своей гнилой душе, было началом конца...

2

Ирины Максимовой, как обычно, не было в Казани. В жаркий августовский денёк 2021 года Раис, как всегда когда бывал без работы, сидел дома и предавался саморазвитию. (Для него «саморазвитие» было эвфемизмом безделья.) В данном случае он читал книжку, которую сам распечатал с Интернета и склеил. Это была книга воспоминаний Тамары Бурхоновой, в которой она припоминала во всех подробностях, как они с лучшей подругой Таней Айвазовской и её мужем Борей Вауа создали трио «Магнолия». И тут раздался звук, который, кажется, скоро станет таким же пикантным и даже эксцентричным анахронизмом, как курение трубки или ношение помочей. Заиграл стационарный радиотелефон.

— Алло.

— Привет, а Раис Мударисов тут живёт? — раздался чуть взволнованный девичий голос.

— Да, это я. Здравствуйте, кто говорит?

— А, привет, Тамерлан! Это Бонни.

— Алёна?! Ты?! Этот шайтан, ну, Бандарабан из группы «Магнолия», забанил меня тогда собственноручно, представляешь, а я даже не успел с тобой пообщаться! Я уж думал, потерял тебя... Как ты нашла мой телефон?!

— Да ну тя, нашёл тему...

— Нет, ты всё-таки скажи!

— Да элементарно, Ватсон. Дядя у меня в Москве. Работает в аппарате управления телефонными сетями России. Я и сотовый телефон твой легко смогла бы узнать. Ну что, доволен? — Голос в трубке стал плаксивым. — Блин, я тебе звоню не для того, чтоб про дядю рассказывать! Мне плохо, Тамерлан, мне так херово, а ты, видно, забыл меня...

— Что ты, Алёнушка! Алёнушка — можно я буду тебя так называть?... Что ты плачешь? И звонишь при этом мне — постороннему мужчине. А если твой муж услышит? Вы ведь уже поженились?..

— Да хер там был — «поженились»! Нету у меня больше жениха. Всё! Срыл! Ку-ку, Гриня!..

— Гриня?! Это Григорий, что ли?

— Это цитата из советского фильма, что ли! Заткни фонтан, скучный тип. Ой, прости, прости... Хнык...

— Да ничего, это ты прости: просто ты такая неожиданная, я от избытка чувств не могу настроиться на нормальный разговор... Алёнушка, ну давай, расскажи, что у тебя?

— Тамерлан... Тима... Точно: я буду тебя звать Тима! Тима, можно, ты будешь моим личным психологом?

— Хорошо-хорошо, выкладывай...

— Тима, я так хотела замуж, а этот противный ...  Читать дальше →

Показать комментарии (4)
наверх