Deja vu

Страница: 1 из 4

От меня ушел муж. Гражданский.

Все, что положено в таких случаях, я уже сделала. Умоляла остаться — знала, что бесполезно, но удержаться не могла. Он долго раздумывает, но когда решает, переубедить невозможно. Мне за 24 года совместной жизни не удалось ни разу, даже в мелочах. На словах мог согласиться, но в итоге делал по-своему. Просто у меня от неожиданности снесло все ограничители, я плакала, просила, хватала за одежду, когда уходил. Вчера.

Ночь проплакала, а с утра позвонила на мобильный — хотела наговорить кучу гадостей. Он не взял трубку. Правильно сделал, признаю. Он меня очень хорошо знает — если не выскажусь сразу, потом остыну, подумаю... и промолчу.

Одежду он предусмотрительно собрал, пока я была на работе. Пришла домой, а в прихожей — две большие сумки, чем-то набитые. И милый сосредоточенно снует по квартире, собирает разные нужные мелочи в третью, самую большую. Конечно, зимняя и демисезонная одежда осталась, но на нее у меня рука не поднялась. Он у меня вообще большой умница, умеет просчитывать меня — мне же каждая из этих вещей стоила не меньших усилий, чем ему, он у меня всегда покупал только дорогие вещи. Мне тоже предлагал так поступать, я сама обычно отказывалась. Представляла, сколько часов дополнительной нагрузки будет стоить мне натуральная шуба, и решала ограничиться зимним пальто китайского производства. И в нем тепло. В общем, выбросила я, предварительно сломав, только его бритву. Может быть, специально оставил, чтобы мне было на чем злость выплеснуть?

Подруге, единственной, которая искренне посочувствует, решила пока не звонить — толку никакого, только новый виток слез и объяснения. Я поймала себя на крамольной мысли, что веду себя почти так, будто кто-то у меня умер — тоже через силу заставляла себя обзванивать родных, когда умерла мама, а потом переложила эту обязанность на плечи Киры, мы с ней так давно дружим, что даже родственники считают ее кем-то вроде моей сестры.

Я сидела на диване, кот устроился на спинке, положив лапы мне на плечо. Утешал. За окном летнее небо переливалось всеми оттенками розового и желтого цветов. Как хорошо, что впереди еще восемь недель отпуска. Я снова разревелась. Интересно так он начался, с сюрприза. Успокоилась почти сразу и стала собираться.

Не помню, когда я в последний раз выходила из дому на ночь глядя. Пока выбирала платье и подкрашивалась перед зеркалом (солнечные очки в сумерках — все-таки перебор), решила, что хочу мороженого. Кафе не очень далеко, дойду пешком, заодно и проверю, смогу ли обойтись без истерики на публике. Про ключи и деньги вспомнила прямо на пороге, едва не захлопнув дверь. Но ведь вспомнила!

В кафе оказалось неожиданно много народа. По летнему времени почти все столики стояли на улице под тентом и ни одного свободного не было. Подсаживаться к какой-нибудь компании, даже с их согласия, я была не готова, и тут девушка-официантка предложила пройти в зал, как выяснилось, полупустой. Там было прохладно, полутемно, тихо играла музыка — как раз то, что надо. Я поняла, что останусь здесь до самого закрытия.

Мороженое я заказала и даже ела. Видимо, так вдумчиво, что совершенно забыла его вкус. Больше смотрела в окно, на освещенные столики и людей за ними. А потом поняла, что возле самого окна в зале стоит столик тоже с одним посетителем. Мужчиной. И каждый раз, поднимая глаза на окно, я смотрела прямо на него. Не знаю, как давно он заметил мои взгляды. Я смутилась, опустила глаза на стоящую передо мной вазочку с растаявшим мороженым — есть это мне совершенно расхотелось.

Стул тихо скрипнул:

— Вы не будете против, если я к вам присоединюсь?

Я подняла глаза. Ну конечно, он самый. Срывать плохое настроение на ни в чем не повинном передо мной человеке не хотелось. Попыталась вспомнить вежливую формулу отказа, и увидела, как за освобожденный незнакомцем столик садится молодая пара. Еще пары секунд хватило, чтобы убедиться — кафе очень популярное, зал теперь заполнен практически полностью, а на эстраде явно намечается какое-то выступление.

Все это время мужчина молчал, ожидая моего ответа. Я вздохнула:

— Конечно, присаживайтесь, пожалуйста.

Он сел напротив, а я снова уставилась на малоаппетитную массу.

— Вкусно?

— Что? — я все-таки подняла на него взгляд. Он с интересом рассматривал, как я рисую закорючки ложкой в вазочке. — Нет. Кажется...

— Можно, я вас чем-нибудь угощу?

— Угощайте. — Домой уходить не хотелось, а тут общество хоть и незнакомого, но человека же, не кота. И объяснять ему ничего не надо. А заплатить за себя я смогу, в этом кафе карточки принимают.

— Вина?

— Нет. Не хочу ничего пить.

Очень скоро передо мной стояла новая вазочка с мороженым, красиво выложенным кусочками фруктов. Попробовала, вкусно. Перед моим соседом стоял высокий бокал с оранжевой жидкостью. Коктейль? Оказалось, сок.

Его выдержки хватило минут на десять.

— Познакомимся?

Я кивнула:

— Лиза. — Елизаветы мне вполне хватает на работе.

— Александр.

Я его рассмотрела. Старше меня, лет сорока пяти, видимо. Роста среднего, немного выше меня. Пониже моего беглого муженька сантиметров на двадцать. Фигура выглядит вполне подтянутой. Лицо обычное, ничего особенного. Волосы темно-русые, коротко подстрижены. Мой дорогой тоже так стрижется, «под фуражку». Вот ведь, еще и бывшими сослуживцами окажутся...

— Решили отдохнуть?

— Да. Сегодня первый день в отпуске.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Он немного помолчал. Я никакой инициативы не проявляла. На эстраде появилась певица в сопровождении танцевальной группы. Стало слишком шумно.

— Может быть, немного погуляем?

Мне идея понравилась.

— Как насчет парка? Там аттракционы работают всю ночь. — И идти туда два квартала по центральному проспекту. И народу там много, у детей каникулы, а сегодня еще и суббота.

Он улыбнулся. Улыбка оказалась очень хорошей, красавцем его не сделала, но я бы на такую в толпе оглянулась.

— А пойдемте!

Он подозвал официантку. На мою попытку попросить собственный счет глянул так осуждающе, что я замолчала и позволила ему оплатить оба моих мороженых.

А потом были несколько самых веселых часов в моей жизни. Мы прокатились на всех «взрослых» качелях, каруселях и горках, любовались ночным городом с колеса обозрения. Он водил меня в тир! Мечта моего близорукого детства — в очках стрелять было неудобно, а когда стала носить линзы, забава казалась не по возрасту. Мой милый к оружию относился исключительно серьезно, считал, что оно в нашей семье — его прерогатива.

Вот в тире-то я и поняла, что за последние три часа ни разу не вспомнила, чего ради сбежала из опустевшей квартиры. И поняла, что очень благодарна Саше за этот вечер.

Меня не смутило его приглашение продолжить вечер у него. Интуиция молчала, а я привыкла на нее полагаться. Не чувствовалась в нем опасность. Он вообще казался кем-то вроде старого знакомого.

Такси привезло нас к двухэтажному дому в Старом городе. Странно, но дом я как будто тоже уже видела. Мы поднялись на второй этаж и остановились у двустворчатой двери. Он доставал ключи, а я рассматривала подъезд и не могла отделаться от мысли, что уже была здесь. Когда-то, очень давно.

Он поцеловал меня в прихожей, едва мы вошли и он включил свет. Я с готовностью ответила. Не знаю, сколько мы целовались, но у меня закружилась голова. Меня никто не целовал так страстно много лет. Его губы были твердыми и теплыми. Он ненадолго отрывался от меня, смотрел в глаза, снова припадал к моим губам. Я вцепилась в его плечи, прижимала его к себе, сама тянулась к нему. Потом обхватила за талию. Одна его рука придерживала меня за затылок, другой сжимал и поглаживал мою грудь. Я чувствовала, что соски напряглись под тонкой тканью.

— Пойдем? — Он, не отрываясь, смотрел мне в глаза, ждал ответа.

— Да. Но мне нужно...

— Ванная там. — Он улыбнулся....

 Читать дальше →
Показать комментарии (23)

Последние рассказы автора

наверх