Княгиня

Страница: 8 из 10

отрывая их соединенные тела от постели, впиваясь органом в глубину тела жены до упора, изливая свое семя. Ульяна вскрикнула и вся сжалась. Владислав снова опустил напряженные ягодицы на перину, крепко обхватывая руками Ульяну за плечи и за бедро, ощущая, как ее лоно судорожно сжимается вокруг его излившегося органа. Еще несколько неглубоких движений, и Владислав покинул тело любимой, позволяя своему семени вытекать из ее недр.

Затем он поднял умиротворенное лицо Ульяны и поцеловал ее в губы. Она открыла глаза, и он поцеловал ее еще раз. Затем аккуратно повернулся с ней на бок и начал очень нежно пересохшими губами целовать ее лиц, пока рука его гладила ее бедра, по-прежнему обхватывающие его талию.

Со временем Ульяна все сильнее привязывалась к телу супруга, к плотскому наслаждению, разделенному с мужчиной. Она с нетерпением ждала ночей, в которые Владислав со страстью овладевал ее плотью, томилась, когда его не было рядом. Он иногда отлучался, ездил в другие города, но не брал Ульяну с собой. Однажды она попросила не оставлять ее одну, но он объяснил, что не хочет, чтобы она ездила верхом, или чтобы была лишена удобств. И поскольку его отсутствие теперь носило непродолжительный характер, а их встречи после разлуки наиболее пламенными, девушка соглашалась ждать.

Ее отношения с подругой стали налаживаться, Асия постепенно приходила в себя, становилась менее хмурой, ее тело больше не хранило на себе следы мужского насилия, да и плод его семени был вытравлен из ее живота. Видя, что татарка держится на расстоянии от своей госпожи, Кирилл Галябин ослабил присмотр за княгиней и ее служанкой. Но его мысли то и дело возвращались к пышному молодому телу, распростертому под ним, сдающимся под его натиском. Он боролся с искушением войти в ее комнату ночью или явиться во время ее купания и вонзить свой орган до основания между ее разведенных ног. Раньше воевода сопровождал князя, но теперь чаще оставался в княжеском доме в Суздале заниматься делами в его отсутствие.

Ася избегала встреч с ним, она знала, в какой части дома его можно встретить, она редко выходила за пределы женской части палат, в которой руководила Ульяна, редко выходила в город, только за самым необходимым. И если раньше она больше времени укрывалась в своей комнате, то спустя месяц, стряхнув с себя ношу учиненного над ней насилия, истосковавшись по обществу Ульяны, теперь практически не покидала ее покои.

Она снова взяла в свои руки наряды княгини, ее времяпрепровождение, развлечения, встречи гостей, прогулки, питание. Все, что было связано с окружением и жизнью княгини, происходило под полным контролем Аси. Любая служанка, старавшаяся особо угодить княгине, оказаться нужной и незаменимой, тут же отстранялась; внимание, привязанности и симпатии Ульяны ревностно оберегались. Девушка не давала себе отчета в том, что ее жизнь теперь полностью контролируется подругой, которая теперь старалась оказывать влияние на ее решения.

Асия старалась настроить княгиню против тех, кого считала угрозой для себя и своих отношений с любимой. Даже со своим отцом в его редкие приезды Ульяна стала вести себя очень сдержанно, вспоминая лишь о том, как после ее замужества он стал сурово отзываться о ее подруге, при этом забывая, что долгие годы он проявлял об Асе заботу, какую мало кто будет проявлять к чужому человеку.

Но главным врагом девушки был Владислав. Она находила в себе все меньше сил мириться с чувствами Ульяны к нему. Она могла бы отравить его, ей не составило бы труда пронести яд в покои князя и княгини, но она осознавала, что овдовев, не будучи матерью наследника, Ульяна снова будет выдана замуж, и неизвестно, как сложатся ее отношения с супругом, и будет ли Асе место в ее новой жизни. Владислав тепло относился к близкой подруге обожаемой жены, хотя все же воспринимал ее исключительно как служанку, и его не смущало ее постоянное присутствие при Ульяне.

— Почему он не берет тебя с собой, когда уезжает? Даже когда едет недалеко? — спрашивала Ася, намыливая волосы подруги. — Я знаю, каковы мужчины. Им всегда мало одной женщины, они всегда оставляют жен дома, пока развлекаются с блудливыми девицами. Он князь, он может получить любую.

Девушки мылись в большой купальне, наполненной горячей водой, Ульяна сидела на коленях, пока стоящая за ней по пояс в воде Ася мыла ей волосы. Как всегда она слушала все, что хотела сказать ей подруга, пытаясь верить ее словам, несмотря на то, что они заставляли ее грустить. Она пыталась представить, как Владислав делит постель с другой женщиной, как целует ее, обнимает. Она не испытывала страдания и боли, но она ревновала его тело, которым не хотела делиться. Будто боялась, что другая лишает ее того пыла, которым он мог бы насыть ее.

— Ты не должна расстраиваться, милая, — Ася наклонилась к ней и обняла за шею, прижавшись губами к ее макушке, — мужчины не стоят того. Он тебе не нужен, пусть уходит.

Промыв волосы Ульяны, Ася помогла ей подняться и стала намыливать ее спину, плечи, спускаясь к крепким бедрам, скользя по ягодицам, скрытым пенной водой. Она обвила руками тонкую талию княгини и принялась гладить ее живот.

— Он нужен мне, Ася, — прошептала Ульяна, — я привыкла к нему. Я хочу его. Знаю, что тебе неприятно это слышать, но та любовь, что между нами, — она обернулась и притянула Асю к себе, обвив ее шею руками, — не такая же, какую внушает мне он. Вы оба дороги мне, милая.

Ульяна губами приникла к губам Аси, ее руки переместились на талию девушки, крепко обхватывая ее ладонями.

Прижавшись к любимым губам, Ася крепко обхватила намыленными руками ее ягодицы и сжала их, притягивая ее бедра к своим. Захваченная долгожданным поцелуем, Ульяна позволила Асе протолкнуть кисть между ее бедер и чуть расставила ноги, отдавшись ощущениям нежной мягкой ладони, легко скользящей по половым складочкам, сжимающей их и оттягивающей. Ей очень хотелось ощутить длинные пальчики в своем лоне, и Ася не заставила себя умолять.

— Я люблю тебя, Ася, люблю больше всех на свете, — в экстазе шептала Ульяна, сдаваясь под натиском ласкающих ее рук, ее поднятая нога прижималась под водой к бедру Аси, давая той возможность глубже проникать в ее тело, — Я бы все отдала за то, чтобы всегда быть с тобой. Мне никто больше не нужен.

Ульяна еле стояла на ногах, возносимая к вершинам удовольствия, одной рукой она ухватилась за кисть Аси, не давая ей покинуть свое тело, другой сжимала темные густые волосы, притягивая любимое лицо ближе, чтобы целовать ее губы. Но никакие жаркие поцелуи не могли подавить ее вскрики наслаждения.

Когда все было кончено, девушки окунулись полностью в воду, Ася поддерживала обессилевшую любимую, счастливая тем, что снова смогла доставить ей наслаждение. Успокоившись, но все еще на дрожащих ногах девушки покинули купальню. Асия обернула Ульяну льняной тканью, промокнув ее тело от влаги, вытерлась сама и повела ее одеваться. Обнимая любимую и целуя ее в плечо и шею, Асия провела ее в комнату, где была готова чистая одежда для обеих.

Ульяна первая заметила непрошеного гостя и растерянно замерла. Ася взглянула на стоящего на пороге воеводу Галябина и загородила собой госпожу.

— Как ты смеешь заходить сюда! — Крикнула она, стоя перед ним обнаженная, но с гордо поднятой головой. — Знаешь, что сделает князь, когда узнает, что ты врываешься в покои княгини?

Кирил с невозмутимым видом стоял в нескольких шагах от нее, пока его взгляд блуждал по ее влажному телу, от тонкой шеи, к чуть свисающим под своей тяжестью налитым грудям, к пучку темных волос между ног.

— Я знаю, что сделает князь, когда узнает, как проводит время его жена, пока его нет, — бесстрастным голосом ответил Кирилл, — как безродная девица занимает его место в его постели. Я ведь предупреждал тебя.

Кирилл внезапно сделал несколько шагов вперед, ухватил Асю за руку и швырнул на пол. Ася больно ударилась спиной о комод, вскрикнула и начала брыкаться, когда он навалился сверху. ...  Читать дальше →

Показать комментарии (15)

Последние рассказы автора

наверх