Блуждающие огни. Часть 1

  1. Блуждающие огни. Часть 1
  2. Блуждающие огни. Часть 2

Страница: 3 из 6

зажмурилась, часто задышала и начала всхлипывать. Док вздохнул и куда-то ушел. Вика знала, что он пошел за кейсом.

— За что? За что? — бормотала она и повторяла этот вопрос, пока голос ее не перешел на крик и не сорвался, а плач не обратился в рыдания. Иногда толстяк казался ей вполне вменяемым и сочувствующим, но теперь она понимала, что это всего лишь видимость. Просто он был единственным, кто здесь с ней общался хотя бы как-то, он обращал на нее внимание, пытался отвлечь, но переходить на ее сторону вовсе не собирался — он неуклонно выполнял свою работу, не отвечая на ее вопросы, не давая ей подсказок, не уступая ей ни в чем. Когда он приблизился со шприцем, Вика вдруг опомнилась, отскочила, как ошпаренная от края кровати, села, обхватив колени руками и прижавшись к спинке кровати боком.

— Я сама! Я надену! — всхлипывала она, — Пожалуйста! Не надо снотворного! Я не хочу опять все забыть!

Док стоял хмурый и раздраженный, замерев в нерешительности. В дверном проеме наготове выжидали двое охранников. Одно его слово — и ее скрутят как беспомощного котенка! Может быть изнасилуют, а она даже ничего не узнает об этом! Почему? Что и кому она сделала? Чего им от нее нужно? Уж явно не выкуп — иначе зачем бы им ее переодевать во все это вульгарное барахло?! Если она модель мирового класса, неужели ее не ищут? Неужели родители не сходят с ума, ведь должны же у нее быть родители или какие-нибудь другие родственники! Ведь должны же о ней беспокоиться друзья!

— Выйдите все, — мрачно бросила она, а затем сорвалась на истеричный крик, — Выйдите все вон! Я сделаю, как вы говорите!

Пока она принимала душ, приводила себя в порядок, накладывала вечерний макияж и одевалась, мысли ее путались, и она заставляла себя вообще ни о чем не думать, хотя живот ей скручивал болезненный нервный спазм, в висках вспыхивала пульсирующая боль, руки дрожали. Она вышла к своим тюремщикам безупречная, блистательная и восковая, как кукла из еще не раскрытой розовой коробки, едва держась на ногах, позволила доку взять из ее безвольной руки маску и завязать глаза, затем сомкнуть за спиной руки каким-то замком, вывести себя на улицу и усадить в автомобиль.

Через несколько часов она оказалась в Париже, в лимузине, о чем узнала, когда замок между ее наручниками расстегнули, а с лица сняли кожаную маску. Рядом с ней в салоне сидел истуканом амбал в классическом костюме, непоколебимый, как скала, — все они были для нее на одно лицо, а этот отличался разве что наличием уродливого шрама, тянущегося от правой скулы до середины шеи справа. Перед угловым зданием в османском стиле они притормозили, и Вика каким-то странным образом поняла, что это Hôtel du Louvre, хотя даже не вчитывалась в название, выведенное золотыми буквами над входом.

Дверца лимузина открылась, и в нее по очереди прошли двое мужчин в вечерних классических костюмах и дама в мышином платье в пол с разрезом вплоть до сгиба ноги в бедре. Полупрозрачный разлетающийся подол был расшит крупными узорами из мерцающих в полутьме салона камней. Черные густые курчавые волосы были вспенены над белыми изящными плечами, и ярким акцентом на лице, словно мазок маслом на только что початом холсте, выступали алые губки.

Дама мягко приземлилась на сидение напротив Вики, а рядом с роскошной брюнеткой, лицо в лицо с растерявшейся девушкой, уселся такой приторно блистательный и ухоженный хлыщ, что от одной его сияющей белозубой улыбки по коже бежали мурашки от осознания его самодовольства и богатства, вычурно выставленных напоказ. Совсем еще молодой, лет, эдак, двадцати пяти, с четко очерченным контуром лица, в котором особенно выдавался квадратный подбородок и широкая нижняя челюсть, какая обычно получает при описаниях определение волевой или мужественной. Выразительно прорисованные, не слишком крупные, но то и дело чувственно вздрагивающие в широкой блистательной улыбке или тонкой таинственной усмешке коралловые губы, бесспорно, могли привлечь внимание противоположного пола, потому что манили, обещали и в то же время вызывающе высмеивали. Небольшой нос, пожалуй, чересчур тонкие и излишне ухоженные, выгнутые дерзкой дугой брови усиливали эффект от необычного разреза глаз, еще не восточного, но уже и явно не европейского, а какого-то мистически образцового, каким хочется любоваться без конца. В их холодных, переливающихся серебром безднах притаился хитрый, зловещий и тлетворный огонек хищника-лиса. Темно-русые курчавые удлиненные волосы, явно тронутые гелем для укладки, блистали пленительными локонами и контрастно отливали на фоне ворота черной шелковой сорочки, черного же галстука и черного пиджака, украшенного на лацкане искусственным и, бесспорно, искусным шелковым цветком, приколотым черной же металлической брошью. Расшитый шелковыми узорами черный жилет и черная трость с серебряным набалдашником в виде головы сеттера дополняли экстравагантный видок этого щеголя.

— Виктория Воронова... Непокорная королева собственной персоной у моих ног, — медленно, смакуя каждое слово, иронично пропел он хрипловатым голосом, без конца лаская бесстыдным вздором всю ее фигуру с головы до ног.

— Кто вы такой, разрешите узнать? — растерянно пробормотала Вика, которой тон незнакомца совсем не понравился, потому что в нем явно слышалась угроза и провокация.

— В ближайшее время — твой бог и господин, а все подробности узнаешь постепенно или из твоего контракта с клубом «Блуждающие Огни».

— С кем контракта... ? — недоуменно нахмурилась Вика, опасливо косясь на второго мужчину, усевшегося слева от нее, и тут же с трудом пытаясь припомнить, о каких модельных агентствах и модных проектах шла речь в журнальной статье.

Русоволосый хлыщ в раздумье напряженно закусил нижнюю губу, продолжая смеривать Вику взглядом через цинично суженные щелки глаз.

— Слава, передай леди документ, а также прессу на интересующие ее темы, — выдал он наконец, наблюдая, как напарник достает из кейса то, о чем шла речь, и передает это Вике. Девушка принялась ошарашенно листать некий контракт, то и дело с подозрением поглядывая на незнакомцев и изо всех сил заставляя себя сосредоточиться на скачущих перед глазами буквах.

«Клуб любителей острых сексуальных ощущений «Блуждающие Огни», далее именуемый «Клуб», с одной стороны, и Воронова Виктория Андреевна, гражданка РФ, паспорт №... серия... зарегистрированная по адресу... (все личные данные, кроме имени и гражданства стерты), далее именуемая «Клиент», с другой стороны, заключили данный Договор о нижеследующем: Клуб обязуется оказать услугу Клиенту по воплощению желаемых Клиентом острых ощущений сексуального характера, обеспечить при этом полную конфиденциальность в рамках действующего Устава Клуба (далее Устав), а также предоставить медицинское сопровождение Клиенту, необходимое для реализации поставленных перед Клубом задач.

Вика подняла ошарашенный взгляд на сидящего перед ней мужчину.

— Что это еще за бред? Я... я не помню, чтобы подписывала какие-нибудь контракты...

— Открой последнюю страницу и увидишь там свою подпись.

Вика в растерянности мотнула головой, но все же последовала данному ей совету.

— Я понятия не имею, моя ли эта подпись, к тому же это только копия... и вообще... Не могла я заключить подобный договор... А если его и заключила, то не помню об этом, поэтому не собираюсь его выполнять...

— Статья 4, пункт 5 Договора как раз касается состояния твоей памяти. Настоятельно рекомендую ознакомиться на досуге, потому что частичное лишение Клиента памяти как раз является основным условием для выполнения Клубом своих обязательств по отношению к Клиенту. Клиент дает на это свое полное согласие и принимает во внимание сопутствующие риски и последствия.

— Да кто может согласиться на такое?! — чувствуя, как почти теряет сознание от нахлынувших чувств и безысходности, воскликнула девушка.

— Возможно... кто-то очень избалованный... очень испорченный... очень рисковый... и при этом одержимый ...  Читать дальше →

Показать комментарии (30)

Последние рассказы автора

наверх