Игра в шахматы или стерва и сучка!

Страница: 3 из 4

меняю направление и вот я уже облизываю свои восхитительные пальчики, выражая восторг и вожделение. (Дома я бы просто помазала там кремом, но в лесу его нет)! И быстрое движение вниз. С пальцев аж капает и вот уже два пальчика «наезжают» на восставший похотник. Массируя и оглаживая и увлажняя его. Опять вверх, чуть надавить на лобок и вниз... Образовавшаяся складочка нежной волной проходит по клитору, доставляя незабываемые ощущения. И снова вверх-вниз, и опять повторение привычного маршрута. В глазах туман, губы прикушены... и там, наконец, становится совсем мокро...

— Да как же мне хорошо...
Вспоминаю про Стаса. Смотрю, разгоняя мглу перед глазами:
— Дрочит, ещё как мастурбирует! Энергично, привычно! Пальцы просто мелькают... Ну и пусть «радуется», заслужил, да и мне его помощь понадобится скоро... — мысли мелькают в голове, а рука продолжает «работу» довольно громко причмокивая.
Вот уже средний пальчик проваливается в вагину. Пока только чуть-чуть на одну фалангу, но мне сейчас и этого много! Тщетно пытаюсь сдержать стоны. Тело выгибается дугой, теперь только голова упирается в ствол дерева. Неровности коры больно впиваются в кожу, но мне не до неё! Какая боль, меня сейчас переполняет другое чувство... Животик словно живёт своей жизнью. Напрягается, ритмично сокращая мышцы, а теплый комок внутри превратился в жаркий шар! Сейчас бы ещё язычком там поласкать... От этой мысли и уже двух пальчиков хозяйничающих во влагалище становится совсем хорошо... Теперь из меня течёт... Вот ведь напасть...
Сквозь муть в глазах вижу, как бешено, двигается рука юноши... И вот апофеоз! Он задергался. Зарычал, как зверь и струя семени вылетает почти на полметра вверх. А член все выплескивает, отстреливая живительную влагу, впрочем, меньше и ниже.
Тут и мне подкатило... Спазмы рвут тело на части. Хочется кричать от восторга, но я до боли сжимаю зубы, давясь торжествующим ором. Всхлипы и стоны заполняют полянку, отражаясь от деревьев, и приносятся к нам отовсюду.

В изнеможении сползаю по стволу вниз, подрагивающее тело со стоном садится на теплую землю. Стас то же расслабился, только чуть подрагивают мышцы ног и голова. Умиротворение написано на лице, хотя глаза всё ещё следят за мной.
Сидим, отдыхаем... Время бежит неумолимо. Пора возвращаться, а то вдруг Тома проснётся, объясняй ей потом «что ты не верблюд». Поднимаюсь на дрожащих ногах, с трудом нагибаюсь, подбирая свой купальник. Натягиваю трусики. Хорошо, что они ещё влажные, а то мокрое пятно было бы хорошо видно.
— Я надеюсь, ты будешь молчать?! Ведь иначе, продолжения не будет!
— ... — кивает он с энтузиазмом, как будто бы только что меня трахнул, — конечно, тётя Катя, я же понимаю...
— Чтобы ты ещё понимал! — думаю про себя, завязывая лифчик, — я пойду первой, а ты потом, позже...
Разворачиваюсь спиной и быстро ухожу, как преступник с места преступления. Уже отойдя на двадцать шагов, оборачиваюсь, и вижу только ветки кустов и деревья.
— А не поторопилась ли я? — стучит в голове.

* * *
Я вернулась вовремя как раз успела дойти до воды и обмыться. Уже возвращаясь и вытираясь полотенцем, увидела встающую Тому. Она недоуменно осмотрелась:
— Я что уснула?
— Дрыхла как сурок!
— И сколько?
— Ну, с час, наверное...
— А где Стасик?
— Пошёл прогуляться вдоль берега, возможно, в лес...
— Что-то у меня голова дурная, — встряхнула Тома копной волос.
— На солнце спать вредно! Так можно и обгореть... — отпустила я шпильку.
Она стала осматриваться. Помятое после сна лицо, Обвислые груди, живот в складках, целлюлит на ляжках...
— И что мой в ней нашёл? — подумала я, у меня вон, — накаченный живот, дыньки купальник рвут, стройная и миниатюрная до невозможности!

— Слушай, — прервала она мои мысли, — есть хочется... Эти, — она кивнула в сторону озерка, — когда приедут?
— Да не знаю, но вот есть, точно хочется... И Стаса нет. Костер развести некому... Всё приходится самим, без мужиков делать, — посетовала я.
— Ты давай картоху чисти, а я костром займусь...
Через полчаса у нас уже всё везде фыркало, шипело, булькало, и по берегу тянулся обалденный запах варёной картошки и свежезаваренного чая.
Тут же, как по волшебству появился Стас и зазвонил телефон. Отрядив Стаса в «печники», ответила на звонок. Довольный голос мужа сообщил: «У нас клёв. Рыба прёт! Приедем поздно...», и бросил трубку.
— Слышь, подруга, — позвала я Тому, — эти рыбоёбы приедут поздно, у них клёв. Шашлыки делать и жрать сами будем!
— Да и хрен с ними! Нам больше достанется. Перекусим и займёмся...

Эндшпиль.

Уже начало темнеть, когда на импровизированном столе появилась первая партия шашлыка. Зная слабость Томы к виски, и её неуёмное желание употребить его сразу и всё, я водрузила на центр «поляны» витиеватую и дорогую бутылку «Poit Dhubh» восьмилетней выдержки. Для мужиков в багажнике были припасены три бутылки хорошей водки. Увидев виски, Тома аж прослезилась...
— Ты с ума сошла? — с придыханием выдала она, млея от восторга, — такой дорогой напиток и в лес?!
— Не дороже денег! — возразила я, — один раз живём! Стас! — позвала я, — обслужи дам!
— И себе можешь плеснуть... — расщедрилась Тома, на халяву.
Выпили, закусили горячим шашлыком. Я тут же налила по второй, а Стаса отправили жарить вторую закладку шашлыка. В общем, когда приехали наши половинки, Тома, была почти никакая, хотя в бутылке ещё плескалось половина содержимого. За это время я узнала много интересных вещей про себя и своего мужа. Причём почти везде была в лучшем случае стервой, а мой — ангелом во плоти... (Надо полагать, себя она причисляла к последним)! К этому моменту, всё «говно» что было у меня в душе «кипело», а «селезёнка» требовала мести, прямо как в «Снежной королеве»:

• А — отомстить!
• Б — быстро отомстить!
• С — страшно отомстить...

Пока эти два «идиота» хвалились уловом и жрали, как оголодавшие «волки», я выставила на стол флакончик. Но вскоре пришлось ставить и второй. Под водочку и с голодухи, это же надо просидеть почти двенадцать часов в резиновой лодки и писать за борт, они быстро захмелели. Первым «пал жертвой» алкоголя мой «папочка». Вторым был Слава.
— Первыми всегда уходят «лучшие», — вспомнилось мне.
Тома продержалась дольше всех, показав волю рассказы о сексе и характер в стремлении опорожнить бутылку виски. Но так как моя помощь в достижении оного результата была представлена только в виде моральной поддержки, то и её пришлось тащить в палатку... Она уснула прямо у костра, с кружкой в руке. К двенадцати часам, когда должно было начаться самое веселье: «У костра стояли трое: он, она и у него!»... Я, так как выпила только 50 грамм в самом начале вечера, а Стасу, я наливала только столько, чтобы держать его в «тонусе»!

* * *
Дальше всё шло как в кино. Строго по сценарию, сочинённому мной. Посиделки вдвоём, рядышком бедро к бедру; фривольные разговоры и обсуждения впечатления от «игры в четыре руки». Проверила аксиому: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке... «. Как и все его ровесники, он был без ума от матери, как обычной женщины.
— Я хочу её, но нельзя! — с горечью заявил он.
— Поди, и подглядывал за ней в ванной, и бельё перебирал... — поддела я его.
— ... — недоумевающе Стас посмотрел на меня, — а ты тетя Катя, откуда знаешь?
— Ты думаешь, что открыл Америку? Да все парни проходят через это! — ладно давай ещё по пятьдесят, и просто посидим...
Себе тридцать, ему ещё «сто грамм для храбрости»... И вот уже его рука осторожно ложится мне на плечо. Не встретив сопротивления или отповеди, он начал обнимать, домогаясь меня. Когда распалился не на шутку я «вылила на него ушат холодной воды», заявив:
— Стас! Ты парень видный и я бы в другое время не прочь дать тебе «урок любви», но ты невнимателен. Оно и понятно... — продолжила я после ...  Читать дальше →

Показать комментарии (36)

Последние рассказы автора

наверх