Венера в униформе. Пролог

  1. Венера в униформе. Пролог
  2. Венера в униформе. Глава 1: «С добрым утром, засранец!»
  3. Венера в униформе. Глава 2: И тайное стало явным
  4. Венера в униформе. Глава 3: Сюрприз, сюрприз
  5. Венера в униформе. Глава 4: Пятнадцать минут стыда

Страница: 2 из 4

Ни о каких родственных узах речи больше не идет, посему ни на какое снисхождение я давно уже не могу рассчитывать. Из члена благополучной, респектабельной семьи я превратился в мальчика на побегушках, фактически лишенного этого самого членства (и в прямом, и в переносном смысле как вы могли догадаться ибо то, что болтается у меня между ног годиться лишь для того чтобы помочиться, но никак не для показания мужской силы). У нас довольно необычная семья надо заметить. Мне кажется, что именно в таких вот внешне благополучных семейных гнездышках на почве пресыщения всеми благами земными и появляются золотые яйца, таящие под сверкающей скорлупой тухлый букет всевозможнейших извращений, пестрящих изысканной садистской неповторимостью. Вот и наша пухнущая в достатке семейка не стала исключением из этого предположения. Длительному воздержанию когда-нибудь обязательно приходит конец, а попытки обуздать свои сокровенные фантазии неизменно терпят фиаско самым роковым образом. И, как известно, тайное, рано или поздно становиться явным. Сейчас я проклинаю себя за то, что посмел требовать от реальности той же безопасности и подконтрольности, которую я имел в своих интимных мечтаниях. К несчастью именно я стал спусковым крючком запустившим механизм, который столько времени подавлял движение своих развратных шестеренок. Ну а дальше... остановить его я был уже не способен.

Маленький снежок тронулся в путь, вниз по склону, и меня с головой захлестнула яростная лавина сексуальной разрядки. Наш социальный организм составляют, во-первых, Божественная Родительница — на людях, примерная мамаша, ослепляющая окружающих своей напускной праведностью в не меньшей степени, чем красотой (которая надо заметить просто сочится дьявольскими эманациями, заставляя мужчин пускать слюни неудовлетворенности на свои дорогие галстуки, заботливо повязанные им их обрастающими жирком и невниманием женами). Мама — глава компании занимающейся выпуском автомобилей класса люкс. Чем-то эти машины очень напоминают наше двухэтажное загородное жилище, в котором мы все вместе прячем свои маленькие грязные секретики от глаз невежественных и закостенелых в своей устаревшей морали обывателей. Гробы окрашенные, короче говоря, а внутри творятся ничуть не менее порочные дела, чем за дверями нашего коттеджа. Мама чрезвычайно властная и сильная женщина. Свое восхитительное тело, сулящее любому кто увидит его обнаженным, вечное томление в огне неутолимой страсти, она запирает на прочные засовы пуговиц строгих деловых костюмов, отчего становиться похожей на снежную королеву, рядом с которой все прочие бизнес-леди кажутся невзрачными бабенками, без малейшего понятия о том очаровании, которое может подарить правильно выбранная одежда. Её Дражайшее Чадо — моя сестра Эрика. Эрика старше меня на два года и сколько я себя помню, всячески пользовалась своим старшинством, чтобы всласть поиздеваться над своим младшим братиком.

Тем более что у неё было всё, что для этого необходимо. Изобретательный ум, рождавший пестрые формы унижающих меня забав, в которых с радостью принимали участие и её подруги, тоже бывшие не прочь почесать кулаки о бесплатного мальчика для битья. Сила, которая благодаря тренировкам восточными единоборствами обрела поистине сокрушающую пробивную способность, позволяла ей без малейшего труда подавлять всяческое сопротивление с моей стороны. И в добавок ко всему этому, красота, в избытке доставшаяся от мамы. Очень нехилое наследство доложу я вам. Глядя на неё я исходил от запретного томления. Её изящество, её хищная грация, когда она подбиралась чтобы осуществить на мне очередной «безобидный розыгрыш» кружили мне голову, ломая желание бороться. В тайне мне хотелось вовсе не кричать им с подругами остановиться и прекратить унижающие моё достоинство мучения, а исступленно умалять не прекращать их. Я боялся признаться себе в подобном влечении к родной сестре, но глядя на её статную фигуру, источавшую прямо таки королевское величие мне хотелось стоять перед ней на коленях и ловить её приказы как последние капли воды посреди бескрайней пустыни. Я тонул в её карих глазах, они, казалось, растворяли само мое естество, не оставляя и намека на возможное сопротивление их чарам. Эрика была само совершенство и тем сильнее на её фоне проступала моя посредственность, которая и позволяла ей пользовать меня как игрушку.

Про себя и сказать-то особо нечего. Никакими выдающимися достоинствами я не обладаю. Никаких успехов в учебе или спорте тоже за собой не припомню. Единственное, что отличало меня от серой массы подобных мне бездарных подростков, это тайные страсти, которые бередили мою неокрепшую душу и заставляли искать запретных удовольствий, чтобы утолить сжигавшее меня изнутри влечение. По любой из мерок всех этих недалёких, пустоголовых и грубых обывателей, я — просто маленький гнусный извращенец. Но знаете, тогда мне было попросту плевать на их плебейское мнение. Я не страдал от этого. Совсем даже наоборот Я был не их поля ягода. Ребёнок из обеспеченной, если не сказать богатой семьи, я естественно должен был обладать приличествующими моему классу пороками. И если тупоголовая чернь забавлялась примитивным перетрахом с первой попавшейся кобылицей, я должен был искать удовольствий куда как более изощреннейших. Это было символом моей непохожести на остальных. Я был как оранжерейная роза, цветущая в саду тайн и сновидений, растущая во тьме, вдали от людских глаз, удобряемая соком ночных мечтаний. эротические истории sexytales Она, эта чудная роза не для остальных людей, она завянет, если явить её миру. Она, лишь для меня одного, цветет глубоко внутри. Толпа не поймёт всего изящества её витиеватой грации. Для неё, тупоголовой биомассы, столь изощрённые формы будут пугающе ненормальными. В моей хрупкости, женственности жестов и утончённости вкусов было что-то возвышенно неземное, что поднимало меня в моих же собственных глазах на недостижимую высоту для всего остального плебса, которому оставалось лишь ползать в грязи обыденных желаний, не дерзая оторвать взгляд от земли и направить его в высокие сферы запретного.

Они могли считать меня хиляком, сосунком или кем там еще положено называть того, кто не бугрится мышцами, как перекачанная стероидами лошадь и не заявляет при каждом удобном случае какого неимоверно огромного размера у него член. Я нашёл защиту в осознании своей непохожести от унижений, которым подвергали меня мои бугрящиеся мышцами сверстники. К сожалению, положение и деньги отнюдь не являлись защитой от всех эти капитанов футбольных команд с ожерельем из тупенький блондинок на шее. А ничем иным кроме этого я похвастаться не мог. Однако я с полнейшим презрением переносил их побои, потому что знал, что им никогда в жизни не вырваться за пределы своего самодовольного мыльного пузыря, который они почитают за жизнь-то-что-надо. Их каждодневное обывательское существование не имело ничего общего с миром моих фантазий, вход в который для кого-то их породы был наглухо заперт. Да к тому же я был уверен что тошнотворная узость их мышления попросту не оценит всех его прикрас. Им не дано познать великолепие подчинения прекрасному.

Унижения себя перед лицом Богини. Для них это попросту НЕ по — мужски. В самом деле, ну кто из этих ничтожеств признает, что его место под женским каблуком? И самое главное кто из них признает, что место любого мужчины только лишь там? Поэтому мне было искренне жаль этих мускулистых мачо обращающихся со своими подругами как с тряпками (хотя, по — правде говоря, большего-то они всё — равно не заслуживали, поделом, за то, что порочили великую честь быть женщиной своим плебейским поведением) Им так и не суждено было познать настоящую женщину. Ту, что будет властвовать над душой и телом, над каждой мыслью и желанием, а не висеть подобно мешку и щебетать о всякой ерунде. Мне же самой судьбой было уготовано нечто гораздо большее. Я верил, что, в конце концов, мои воздушные замки обретут плоть и моя трепещущее ...  Читать дальше →

Показать комментарии (3)

Последние рассказы автора

наверх