Как Иван-царевич любовь свою отыскал. Часть 4

  1. Как Иван царевич любовь свою отыскал. Часть 1
  2. Как Иван-царевич любовь свою отыскал. Часть 2
  3. Как Иван-царевич любовь свою отыскал. Часть 3
  4. Как Иван-царевич любовь свою отыскал. Часть 4

Страница: 2 из 3

смастерил? Но зачем?... Или мне подделка досталась? — она посмотрела на Василису, словно та могла знать ответ.

— А... можно мне? — Василиса протянула ладонь, прося кулон.

Ведьма дала. Василиса стала рассматривать украшение, и через мгновение камень резко откинулся вверх, внутри покрытой золотом полости лежала большая серебряная игла.

— Вот так да! — хихикнула Баба Яга. — Ой, и дура же я! Ой, дурища! Столько лет могла его сама к ногтю прижать, а вместо того сидела и слёзы лила...

Она плюхнулась на лавку.

— Но вдруг подлинник у него, а у тебя подделка? — Василиса вернула иглу в кулон.

— Да уж... — Баба Яга совсем была сбита с толку и расстроена. В зелёных глазах металась тоска. — Я же люблю его до сих пор, чёрта окаянного! — вдруг призналась она и всхлипнула.

И неожиданно заревела, уронив голову на стол.

— Ну, Яга, Ягусенька, — бросилась к ней Василиса, — не плачь! Стой! Кажется, я придумала!

Ведьма подняла голову и взглянула в лицо Василисы. Та сияла, как медный грош.

***

— Ах, Парашенька, — царь Емельян откинулся на подушках. — Сладка ты! Ох, сладка!

— Всё для вас, царь-батюшка, всё для вас, — хихикнула девка, прижалась, мягким маслом растекаясь по его груди, а пальчиками охватила опавший царский член.

— Ух, чаровница! — расплылся в истомной ухмылке царь-государь. — Опять, егоза, шалишь! Совсем с тобой опустел, всего до капли выдоила.

Уже целый день кувыркались они в постели царской. Женив сыновей, Емельян совсем затосковал. Дети при семьях, а он что же? Сиди, да внуков жди? А ведь он ещё молодец хоть куда! Так думал царь-государь. И всё чаще взор его устремлялся на Параню. Как пройдёт она, очи потупив, да бёдрами широкими покачивая, у государя ажно сердце захолонит, чресла заломит, штаны тесными сделаются. И возвёл он её во боярыни да к себе приблизил. А Параня девка сметливая. Да и разве ж резон от счастья отказываться? Царевич уплыл, а царь вот он — сам в рученьки ласковые стремится. Опять же, добрая Парашка, отказу сделать не может. И вскоре всё у них сладилось: стала Прасковья постельной боярыней самого государя. Можно сказать, первой бабой при дворе русском. И почувствовал себя Емельян как заново родившимся.

— А вот мы сейчас посмотрим, всего ли! — вновь засмеялась Параня и лизнула головку царского достоинства.

И ну пальчиками гладить, а язычком по дырочке играть. Воспрял царский меч, опять силой налился. Снова в бой рвётся! А Параня медлит, в ротик возьмёт, соснёт, как леденцового петушка на палочке, да и опять выпустит, лукавым взглядом на Емелю посмотрит и вновь сокровище в уста берёт. Истомила царя, так, что тот аж стонать начал.

— Паранюшка! Светик мой! Моченьки боле нет! Взорвусь сейчас, — взмолился государь.

— Ваше величество, не изволите ли иначе попробовать? — хихикнула девка.

— Делай, как хочешь, — выдохнул царь.

— Ну, уж нет, тут вы сами должны, — отрезала она и явила перед очи царски свой пухлый да румяный зад.

Вильнула им, хихикая.

— Не изволите ли этого попробовать, царь-батюшка?

Совсем разум отшибло у государя. Зарычав он вскочил и натянул на меч коричневую звёздочку Парашки. Входил в неё по самые рукоятки свои. И выплеснув своё семя, упал едва дыша.

В этот момент двери в царские покои распахнулись, и в спальню ворвались две бабы, а за ними несколько слуг и стража.

— Ваше величество! — заговорила одна из ворвавшихся. — Дозвольте слово молвить!

— Что?! Это что ещё за свинство?! — завопил Емельян, натягивая одеяло. — Как вы посмели?! Кто такие?!

— Василиса я, супруга сына вашего Ивана.

— Ха! Василиса? Иван Емельяныч на лягушке женат! — ехидно заметила царская девка.

Царь кивнул.

— Я и была лягушкой, — Василиса смерила её презрительным взглядом. — Батюшка, вот, глядите, — она протянула ему руку, где на пальчике красовался изумрудный венчальный перстень.

— Она могла его похитить, — громко зашептала в царское ухо Паранька.

— Я беру только своё. А вам, государь, не гоже кого попало слушать! А впрочем, ежели вы от дел отошли, то может, стоит мне пойти к сыну вашему старшему, Фёдору Емельянычу? Уж он-то точно не откажет в помощи.

— Говори, — разрешил Емельян, строго посмотрев на Парашку, которая тут же с головой юркнула под одеяло.

— Иван в полоне у Кощея. Чтобы его вызволить, надобно вам, ваше величество, породниться с Бессмертным.

— Ха! — оживился царь. — Сам давно мечтаю о сём. Да как же? Ни у него дочки, ни у меня!

— И всё-таки вы немедля издаёте указ, что предлагаете ему в жёны свою законную дочь.

— Что?! — от удивления Емельян выскочил из-под одеяла и голый заметался по комнате.

— Успокойтесь, батюшка, — с улыбкой молвила Василиса. — Срам-то прикройте, берите перо, да и пишите, что я диктовать стану. А с дочкой дело не станет. Будет у вас царевна.

— Пишите, пишите, государь, — закивал дьяк, протягивая царю перо.

***

— Хм, что бы всё это могло значить? — прикидывал Кощей, уже в сотый раз перечитывая послание русского царя. Оно гласило буквально следующее:

«Мы, император всея Руси, царь-государь Емельян Первый, изволим предложить Вам руку дочери нашей. В качестве приданного отдаём пять сундуков с каменьями самоцветными, земли в Гусляндии, примыкающие к морю, в котором лежит Ваш остров. А также, в случае принятия Нашего предложения, Вы получите право беспошлинной торговли на всех русских землях. Взамен Мы требуем вернуть сына Нашего Ивана-царевича. В случае непринятия сих условий в течение суток, Ваш остров подвергнется нападению объединённых войск Руси, Подлунной драконьей империи и, родственников Наших, князей Полянских».

— Что-то я не припомню, чтобы у Емельяна была дочь, — заметил Кощей, обращаясь к русскому послу.

— Есть, ваша светлость, — отвечал тот.

— И как же зовут её? — прищурился чёрный князь.

— Имя нам не велено разглашать. Но не извольте беспокоиться. Самая настоящая царевна.

— Она, небось, стара, как смертный грех, — вновь предположил Кощей.

— О, нет! Самая пора. И потом, разве брак с русской династией и наши условия вам не по нраву? — возразил русский посланник.

— Хорошо... — Кощей поднялся из-за стола. — Я сейчас же продиктую ответ, и мы сможем приступить к договорённости о приезде царевны.

— Зачем же тянуть, ваша светлость? Царевна прибыла с посольством.

— Что?! Так что же вы молчали?! Я должен её увидеть.

— Извольте, — посол подал знак своему помощнику.

Дверь отворилась, и на пороге Кощеева кабинета предстала такая красавица, что не в сказке сказать, ни пером описать. Сарафан из бирюзовой парчи подчёркивал зелень глаз и тонкий стан. Глубокое декольте открывало удивительной красоты пышную грудь с молочно-светлой кожей, и крошечная родинка красовалась на высокой шее.

Побледнел Кощей, покачнулся. Вскричал хриплым голосом:

— Ядвига!

И бросился к вошедшей царевне.

— Ты ли это? Как это возможно? — спрашивал, сжимая её дрожащие тонкие пальцы.

— Да... Я, Кристиан... Это я...

— Ты... помнишь моё имя?

— Конечно, — её голос дрожал, как и его. — Я помню всё...

— Но почему, почему ты тогда ушла?! Ты оставила меня одного! Совсем одного! — глаза чёрного князя блестели, казалось, что в них стоят слёзы.

— Я подумала, что не нужна тебе... Ты хотел власти. А мне она не нужна, — красавица опустила глаза. — Я хотела только любви... Тебя...

Они оба бросились в объятия друг друга. И когда слезинка выкатилась из прекрасных зелёных глаз и упала на грудь мужчины, он вдруг сказал:

— О, как мне тепло! Все эти годы я замерзал... Ядвига, ты согрела моё сердце... Посмотри.

Он показал ей свою руку. Бледная синеватая кожа словно возвращалась к жизни, как по волшебству превращаясь в смуглую.

— Я оживаю с тобой! Любимая, ты станешь моей женой?

— Да, — отвечала Ядвига, целуя синие ...  Читать дальше →

Показать комментарии (37)

Последние рассказы автора

наверх