На одной волне

Страница: 2 из 4

закаменевшего от возбуждения бугорка. У Оксанки закрыты глаза, она глубоко и часто дышит, ловя и смакуя каждую секунду нашей прелюдии. По ее телу периодически пробегают мурашки, особенно на моментах, когда я легко покусываю сосочки или нежно обдуваю их. Свободной рукой я вовсю овладеваю одной из сисичек. Я мну ее, вращаю, сжимаю, давлю и отпускаю, не забывая пальчиками теребить отзывчивый бугорок.

Но вот пришло время спускаться ниже. Я немного поддразниваю Окси и первым движением нащупываю промежность и половые губки, но снова через трусики. Без сомнения, влажность и температура на этом участке тела просто запредельные. Это чувствуется даже тогда, когда пальцы приблизились совсем близко и находятся в каких-то миллиметрах от трусиков, но еще не успели коснуться материи. Еще чуть-чуть и трусики не смогут сдерживать дивный девичий сок, который готов плавно и густо вытекать из влагалища. Оксана в сладкой истоме, дыхание местами сопровождается небольшими постанываниями, ее рука направляет мою и дает понять, что пора избавляться от последней одежды. Я проникаю рукой в трусики и ощущаю бешенный восторг, сердце неумолимо стучит в груди! Для меня коснуться киски — это всегда какой-то особенный момент, какой-то переход черты, незримый рубеж, после которого дозволено все и девушка в твоей власти! Я чувствую этот набухший созревший бутон, эти гладкие горячие половые губки, которые вроде бы сомкнуты, но как будто только для вида — ведь стоит проявить небольшое усилие — и ты легко попадешь в жаркое лоно, так сильно жаждущее ласки крепкого члена... Пока что без проникновения, я слегка провожу кончиком пальца по щелке и четко ощущаю, как его тут же покрывает тонкий слой хорошей, плотной и слегка липкой смазки. Словно давно созревший экзотический фрукт, который от малейшего прикосновения начинает истекать сладким ароматным соком.

Но желание проникнуть внутрь слишком велико, и мой средний палец аккуратно проскальзывает между набухших половых губ. Как же восхитителен этот момент! Погружаться в жаркое, обильно наполненное густой смазкой, влагалище, которое просто кричит о том, чтобы что-то вошло в него и находилось там как можно дольше, а лучше, чтобы при этом, оно совершало нужные и столь приятные движения. И эта просьба, этот призыв плоти тут же выполняется — мой палец начинает двигаться вперед и назад, не слишком быстро, а, наоборот, размеренно, внимательно, как бы исследуя изнутри жаркое лоно и буквально заставляя его изливать все новые и новые порции живительного текучего сока.

Оксанка пребывает в трепетном наслаждении, она периодически сводит ноги, тем самым увеличивая давление внутри и вплескивая в себя новые, более сильные ощущения. Ее рука уже не контролирует мою, зато активно рвется к моему нижнему белью, точнее к твердой, как камень, выпуклости трусов, желая завладеть членом. Торопливо и жадно ее рука находит заветную цель — мой пульсирующий член — и начинает его дрочить. Не сняв трусы, делать это не слишком удобно, поэтому, быстро сообразив, она торопливо и небрежно стягивает с меня нижнее белье, а рука столь же быстро возвращается к члену. Движения не короткие и быстрые, а плавные и глубокие. Рука стремится обхватить весь пенис, сжимает, мнет его, пытается завладеть им целиком. Это не просто механическая работа, чувствуется ее полное участие: физическое и эмоциональное. Она тоже хочет доставлять удовольствие и отслеживать, как желание разрастается и множится с каждой секундой.

Головка члена набухла до максимальных пределов, он жаждет продолжения и новых ощущений. И Оксанка готова дать их — она садится на кровать и облизывает губки в предвкушении сладкой добычи. Я, тем временем, с сожалением вытаскиваю палец из мокрого, сочащегося влагалища. Он блестит от смазки. Мне хочется понюхать его, не знаю почему, просто хочется. Поэтому я подношу палец к носу и пытаюсь уловить какие-то запахи, исходящие от него. Скорее всего, здесь идет колоссальное возбуждение просто от самого процесса. Ведь смазка, как таковая, в большинстве случаев не имеет ярко выраженных запахов, особенно когда девушка свежа и чиста. А сейчас именно такой случай. Поэтому моя фантазия немного окрашивает и дорисовывает остроту почти нейтрального аромата: я безумно хочу, чтобы она была слегка неподмыта, чтобы слегка чувствовался резкий запах мочи, чтобы мои рецепторы буквально выли от дикого восторга, ощущая эту безумную химию тела, настоящего и без прикрас, такого, каким его создала природа. Это волшебно!... Но и у этого есть продолжение. Я хочу, чтобы и она ощутила нечто подобное. Поэтому я снова запускаю свой палец в ее сочное влагалище, как бы обмакивая его в очередной порции прозрачной теплой и густой смазки, и подношу к ее носу. Я не уверен, что гамма восприятия будет похожа на мою, но мне хочется руководить процессом и верить в то, что тема запахов не безразлична и моей подруге. Но она идет дальше: понюхав мой палец, окутанный ее соком, она, без лишних колебаний, целиком засовывает его в рот, а потом, сомкнув губы, медленно вытаскивает, как бы слизывая весь блестящий липкий сок из собственного лона! На этом мозг просто взрывается, и дикие желания рвутся наружу. Она прекрасно это чувствует, а сладкие манящие губки находятся в каких-то миллиметрах от моего мощно эрегированного члена.

И вот сладостный момент — погружение в ее рот... Мой член ощущает приятное влажное теплое нутро и ему хочется задержаться в нем подольше. Оксанка начинает совершать движения взад и вперед, губки уверенно обхватывают мой пенис. Я испытываю феерическое удовольствие, особенно на выходе, когда кончик ее языка ласкает и слегка щекочет головку члена.

В какой-то момент я запускаю руки в ее волосы, обхватываю голову и как бы дирижирую процессом сочного минета, давая понять, что она все делает превосходно и нужно продолжать. От невероятного удовольствия и приятного скольжения, внутри просыпается неистовое желание подчинять и иметь. Словно чувствуя это, Оксанка пытается усилить ощущения — она заглатывает член как можно глубже, повинуясь моему звериному инстинкту. Она хочет исполнить свою роль максимально эффективно и соответствовать моим самым жестким фантазиям. Мы, как будто, меняемся местами — теперь не она делает мне глубокий минет, а я смачно трахаю ее в рот, придерживая голову и с вожделением загоняя туда свой пенис.

Мне хочется продолжать, но я не могу быть эгоистом — ведь я тоже должен дать порцию удовольствий Оксанке и ее знойной истекающей киске. И в этой ситуации есть отличное решение для нас обоих — поза 69. Я ложусь на кровать, Оксанка переворачивается и встает на колени надо мной так, чтобы ее дивная истекающая щелка и другая, не менее манящая дырочка, оказалась перед моим лицом. Ее же взору предстает мой упругий и жаждущий действий член. И мы начинаем. Практически синхронно. Сначала я, без усилия, нежно, провожу языком по узкой щелке половых губ, которые снова еле-еле сдерживают обильную прозрачную жидкость. А затем мощно вгоняю язык в изнывающее и трепещущее влагалище и ощущаю как живительный сок обволакивает мой язык, попадает на губы, чуть ли не стекает по подбородку, найдя наконец выход из томной пещерки. Каждое мое проникновение отзывается у подруги содроганием тела или коротким стоном... Разумеется, когда ее рот не занят упругим членом, который она старательно сосет. И мне снова дико приятно, что ее техника не монотонна: она периодически меняет темп — то ускоряясь, то замедляясь, в нужный момент добавляет слюны, чтобы увлажнение и скольжение было отменным. Иногда помогает рукой, надрачивая мой пенис, при этом головка игриво массируется язычком, а кончик его просто стремится в дырочку, откуда, в скором времени, потечет густое семя...

Я не отстаю от Оксанки. К движениям языка я также добавляю большой палец правой руки. Им я нахожу клитор и начинаю активно его массировать, теребить, не забывая периодически слегка придавливать его к лобковой косточке, от чего ощущения моей подруги взлетают на новый уровень. Она старается погрузить мой член целиком ...  Читать дальше →

Показать комментарии
наверх