Золото и платина (новая редакция)

Страница: 4 из 4

не это, а то, что ты вообще хоть что-то помнишь. Вот ты помнишь, к примеру, почему ты оказалась в Питере? Зачем ты вообще сюда приехала?

Лиля застыла. Потом медленно сказала:

— Боже... Академия... Наверно, уже поздно подавать документы?

— Какие документы? Вступительная кампания была в июле.

— А сейчас... что? — Лиля только обратила внимание на характерный белесый отсвет в окне. — Сколько он меня... я у него...

— Здрасьте-покрасьте! Март на носу! Черт, как же обидно, что я не мог... ну да ладно. Все хорошо! Поступишь еще в свою академию. Этим летом. А пока поживи тут. У меня хоть и тесно, но зато бесплатно. Я щедрый, понимаешь?..

— Не-не, спасибо, Вань... Мне домой надо... — Лиля попыталась встать, но ее шатнуло, и она упала обратно на подушки. — Ооох... Баба Лена с ума сходит...

— Какое «домой»? Ты на себя посмотри лучше... А бабе Лене мы ща позвоним. Номер ее помнишь?

***

Лиля зажила у Вани.

Он был веселым и насмешливым типом. Первые два дня Лиля дулась на его шуточки, но потом быстро поняла, каков Ваня на самом деле.

Он спал на полу, отдав ей свою кровать. Все свободное время он занимался ею, выкаблучиваясь, как массовик-затейник. Первое время Лиля была совсем слабой, и Ваня носил ее на руках. Он таскал к ней докторов, те умилялись ее веснушкам, и Ваня потом звонил с работы, чтобы Лиля не забыла выпить очередное снадобье. Он таскал ей с базара горы фруктов, и она съедала все с кожурой.

Силы медленно, но верно возвращались к ней. Кроме обычного лечения, Ваня проделывал с ней какую-то штуку, которую называл индийским массажем. Массаж заключался в том, что он обхватывал ладонями Лилину голову и медленно гладил ее, будто обмазывал воображаемой мазью. Это было неописуемо приятно. Лиля чувствовала, как из Ваниных рук в нее входит тепло, от которого внутри делается чисто и ясно, как после уборки.

Она ждала этих сеансов каждый день. Вначале Лиля стеснялась показать, как ей нравится, но потом это стало невозможно скрывать, и она откровенно стонала от удовольствия, отдаваясь теплым Ваниным рукам.

Своего отношения к нему Лиля долго не понимала. Он не вызывал в ней ничего похожего на страсть к Сереже, которая помнилась ей совсем смутно, как полузабытый сон. Ваня всегда выходил, когда Лиля переодевалась, никогда не целовал ее, не тормошил, не говорил ей сальностей, хоть Лиля слышала, как он сыпал ими в компании. Он много снимал ее, называя своей любимой моделью, но никогда не предлагал раздеться для фото. Лиля получалась у него такой трогательной и красивой, что стала всерьез задумываться о своей внешности. Все были уверены, что Лиля — его девушка, и Ваня никого не разубеждал.

Вечерами, когда они засыпали, наговорившись обо всем на свете, Лиле хотелось сползти к нему на пол и задушить в объятиях. Она много рисовала его, понимая, что ее рисунки говорят ему больше, чем она сама. Благодарность стыла в ней, не находя выхода, и побуждала ее вылизывать Ванину квартиру, как музей. Лиля устроилась нянькой в детском саду и тратила деньги на еду для Вани. Через месяц она твердо знала, что безумно любит его, и ждала удобного повода, который помог бы ей побороть свою застенчивость.

Однажды она случайно увидела, как Ваня дергает себя за причинное место, глядя на ее фото. Лиля сама много мастурбировала в ванной, думая о Ване, и теперь все ее сомнения отпали.

Вечером, когда они потушили свет, она втихаря разделась. Ваня сонно шутил, и Лиля смеялась, леденея от предвкушения. Она не знала, как решится на это, но твердо знала: или сегодня, или никогда.

Выждав еще пять спасительных минут, она поползла к краю кровати, ругая себя последними словами. Ей было так жутко, что она вдруг стала неуклюжей и с грохотом опрокинула стопку книг, стоявших на тумбе.

Ваня, начавший уже посапывать, охнул:

— А? Что?

— Ничего, — дрожащим голосом ответила Лиля.

Глубоко вдохнув, она закрыла глаза (хоть и так ничего не было видно) и плюхнулась на него с кровати.

— А? Лиль, ты чего? — бормотал Ваня, щупая ей спину и не находя одежды.

Лиля вытянулась, как гусеница, нашла его щеку и стала целовать, думая только о том, что главное — не останавливаться.

— Лиль... Ты что... Не надо... Не надо, пожалуйста... Лиля! — крикнул Ваня, отстраняя ее. Та сжалась в недоумевающий комок. — Лиля! Лилечка... Давай подождем еще немножко, пожалуйста!... Мне самому очень хочется, я едва терплю... Ты мне очень-очень нравишься, Лилечка, хорошая, маленькая моя, — бормотал он и целовал влажное лицо. — Я обожаю тебя, но давай подождем, хорошо?

— Почему?

— Я не могу сказать тебе. Или скажу, но потом. Ты... Лиль, поверь мне, пожалуйста! Я знаю, тебе обидно, очень обидно и непонятно, но я не могу. Честно. Пожалуйста, поверь мне. Давай подождем...

— Сколько?

— Еще совсем немножко, Лиль... До июля. Каких-нибудь три месяца перетерпим... вон предки наши весь великий пост терпели!... Пожалуйста, Лиль. Я потом тебе все объясню... может быть.

— А... целоваться?

— Не надо. Давай потерпим, ладно? Пусть до июля все будет, как было. А потом... потом мы с тобой не только целоваться, мы с тобой такоооое будем делать... Лиль...

Он уговаривал ее, обнимая все крепче.

Руки его гладили Лилю по волосам, по спине, по бедрам, и Лиля таяла от блаженства, которое рвалось из нее, распирая горло.

Ее руки-ноги сами, против воли, оплетали милое тело, как лианы, и губы сами целовали Ваню... «Хорошо» — шептала она ему, и не могла с собой ничего поделать.

— Не надо, Лиль! Пожалуйста... — умолял Ваня, прижимая ее к себе.

Целующие губы подползли к его губам — и, замерев на миг, втекли в них влажной отравой.

«Не надо... « — бормотал Ванин рот, купаясь в Лиле, как в варенье.

Она ликовала. Никогда ей не было так искристо и блаженно, как сейчас. Сама того не замечая, Лиля терлась о бугорок под Ваниными трусами, и Ваня рычал, подбрасывая ее кверху. Потом сдернул трусы, резко вошел в нее и распер до ушей.

— Ааааа! — кричала Лиля, истаивая сладостной дрожью. Ванин член обжег ее, будто был сделан из оплавленного сахара.

— Подожди... Я даже не начертил защиту... — бормотал Ваня, подбрасывая ее все выше.

Лиля сгорбилась, целуя его и обнимая пляшущими бедрами, и стонала в такт с ним, упиваясь сладким кипением во рту и во влагалище. Кипение нарастало, Ваня толкался все сильней и слаще...

— Неееет... — захрипел он, и Лиля наполнилась изнутри горячей влагой. — Неееет... — рычал Ваня, обхватив счастливую Лилю крепко, до боли. — Ничего, я тебя спрячу... Я тебя...

Вдруг стало светло.

Синий свет осветил занавески, мебель и перекошенное Ванино лицо. Он шел сзади, из-за Лилиной спины.

— ... ! — сказал знакомый голос.

Дрожащая Лиля выворачивала шею, пытаясь разглядеть Сережу. Но его нигде не было видно.

Вместо него в центре комнаты соткалось облако синего тумана.

Оно росло, разветвлялось, темнело — и сгустилось в гигантского паука, чудовищного, как кошмар, который нельзя помыслить.

Шевеля волосками, он пополз к Лиле.

Ее расперло невидимым льдом, в который вмерзли ее нервы и легкие; Лиля не могла ни двигаться, ни дышать, и только видела двумя ледышками, которые остались у нее вместо глаз, как Ваня бросается к ней, но отлетает прочь, будто ему дали невидимого пинка.

За Лилей был угол, в который она вдавилась, не чувствуя боли. Перед ней был синий туман, и в нем — паук, раскрывший синюю пасть. Лиля видела вязкие капельки на ней, видела волоски, горящие голубыми искрами, и пыталась вытолкнуть из себя крик, намертво примерзший к глотке. Пасть была уже прямо перед ее лицом...

Внезапно откуда-то сзади мелькнула белая вспышка. Потом — еще, еще и еще... Вспышки освещали паука, и Лиля видела, что тот делается прозрачным, будто тает изнутри. Он продолжал двигаться к ней, но его лапы и пасть расплылись, растеклись в воздухе, и паук смазался в туманный сгусток, повисший перед самым Лилиным лицом.

— ... !!! — донеслось из тумана. В синих клубах очертился контур Сережиного лица, которое тут же размазалось в клыкастую морду, перекошенную от ярости.

Последнее, что видела Лиля — синий светящийся взгляд, проткнувший ее ледяными спицами...

***

— Главное, что ты не сошла с ума, — говорил ей Ваня. — Не сошла же? или притворяешься?

— Не знаю...

Лиля плакала, повиснув у него на шее.

Уже светлело позднее питерское утро, а она все плакала, выплакивая ужас этой ночи.

— Все ты знаешь... Ну ничего. Главное — с ним покончено. И мы вместе.

— Что... это... было? — впервые спросила Лиля, приподняв мокрое лицо.

— Долго рассказывать. Пойдем лучше в кроватку, и я расскажу. Пойдем?

Он поднял Лилю, уложил ее, как маленькую, и сам лег рядом.

— Понимаешь... Не знаю, с чего начать, чтобы тебе было понятнее. Как видишь, все обстоит не совсем так, как я тебе рассказывал. Я не со зла врал — просто берег твою психику... Понимаешь, этот вурдулак так упрятал тебя, что я все это время не мог вас найти.

— Вурдулак? — переспросила Лиля.

— Ну да. Я сам удивился, когда увидел его. Думал, они все сгинули. А тут на тебе — матерый такой, синий... Сразу узнал меня, гад. И напомнил: тринадцатый вагон, тринадцатое место. Под двойным числом 13 он в полной безопасности, а я, наоборот, в полной его власти. Пришлось мне смотаться из твоего купе. Думал, перехвачу на выходе, — но нет, ушел, паразит. И тебя увел с собой. Видно, он из тех, что невидимыми умеют быть. Сколько же я тебя искал, Василиса Прекрасная!... Слава Богу, не успел он твою душу выжрать. Видно, племя у тебя особенное, кровь непростая...

— Откуда ты знаешь, что меня зовут Василисой? — спросила Лиля.

— «Лиля» — это ведь уменьшительное не от «Лилия», правда? Василиса, Лиса, Лиля... Я тебя сразу узнал, еще в поезде. Баба Лена ничего тебе не рассказывала?

— Нет. Почти... Только заговоры всякие, да слова...

— Что ж ты не воспользовалась-то?

— Я даже не запоминала ничего. Думала, это просто суеверия, фольклор такой. Смеялась над ней... А что она должна была мне рассказывать?

— Как что?... Ну надо ж так: Царевна-Лягушка не знала, что она царевна! Знала только, что лягушка. Эх ты!... Ну ладно. Хорошо все, что хорошо кончается. Вытерпели бы мы с тобой годик с тех пор, как я тебя увидел — он бы вообще ничего не смог бы нам сделать. А так — спалил я твою шкурку лягушечью...

— Что?

— А то. Сказка ложь, да в ней намек. Хорошо, что у меня фотик всегда под рукой... Обычным вурдулака не возьмешь, его ведь ни нарисовать, ни снять нельзя. Нужен непростой, заговоренный... Эх, да где Иван Царевич не пропадал!

— Иван Царевич?..

Ваня обнял Лилю, смотревшую стеклянными глазами прямо перед собой.

— Я знаю: это надо переварить, — сказал он. — Прежняя версия была куда проще... Ты видела, какой ты стала теперь?

— Какой? — хрипло спросила Лиля.

— А ну-ка подойди к зеркалу...

Увидев себя, Лиля вскрикнула.

Из зазеркалья на нее смотрела бледная девушка с совершенно седыми волосами. Рыжими остались только брови и веснушки, а вся голова стала бело-серебристой, как облако.

— Платина куда драгоценней золота, — сказал Ваня, обнимая ее.

  1. Ответное SMS сообщение с кодом может прийти через 2-3 минуты,
    Пожалуйста, не закрывайте окно браузера

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

27 комментариев
  • Дмитриева Марина
    1 марта 2015 17:35

    Как по мне, сказка тут была лишней. Получилась каша, в которой слишком много намешано, чтобы почувствовать ее вкус. Нет, как автор, вы на высоте. Каждое предложение поражает красотой, но картинка, меня не тронула. Создалось впечатление, что главной вашей целью было удивить и повернуть сюжет так, чтобы точно никто не мог предсказать.
    Впрочем, мое мнение не в счет - я не большая любительница сказок.

    Ответить

    • Рейтинг: 2
  • Человекус
    1 марта 2015 17:37

    Удивить сказкой нелюбительницу сказок, наверно, для меня — слишком трудная задача :)

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Дмитриева Марина
    1 марта 2015 18:03

    Удивить как раз получилось :)))

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    Сибиряк (гость)
    1 марта 2015 17:35

    Бредятина :))))

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    1 марта 2015 17:41

    А также триллятина, мистятина, — и даже местами сексятина.

    Ответить

    • Рейтинг: 2
  • Снежана Денисовна
    1 марта 2015 22:13

    рассказ в стиле демонико-нуар.
    последняя страница убила как трофейный вальтер.
    автор, видимо, демон среднего звена. по поводу Сибнефти и бессмертия не к вам?)))))
    10 за первые 4.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    2 марта 2015 0:41

    Ну почему сразу среднего? Мы, демонархи, не чужды вылазок в народ...

    (Да, я видел это! Количество прочтений — 666!...)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Санчес
    2 марта 2015 8:57

    Нежданчик...
    Когда на 4-й странице начались разворачиваться события о первом соитии главных героев, почему-то подумалось о русских народных сказках. (Ваня Дуров — Ванька дурак, Лилия — что-то вроде царевны-лягушки), а Вы эвона как завернули... Демоны, зеркалка против 9 кругов ада, алхимическое окрашивание волос...
    Прям сюжет для новой серии «Сверхъестественное». :)
    Поставил 10, но последнюю страницу было тяжко читать и переваривать.
    Спасибо за рассказ.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    2 марта 2015 9:24

    А что, в самом деле переделать под русские народные сказки?..

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Санчес
    2 марта 2015 10:27

    Ну зачем же переделывать? Рассказ — это всё-таки видение автора, а не то, что померещилось кому-то из читателей :)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    2 марта 2015 22:18

    Хороший совет толкового читателя много стоит.

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Санчес
    4 марта 2015 8:45

    Честно говоря, не ожидал, что переделывать будете.
    В любом случае, спасибо за Вашу оригинальность и исполнение.

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • Евгений3
    2 марта 2015 12:58

    Да, похоже основательно перемудрил. А я в начало полностью поверил, остановился отдохнуть после первого Ваниного объяснения. Весь в печали, написал под впечатлением несколько строф... А потом такое понеслось... Есть трёхэтажный мат, а у вас — трёхэтажная мистическая городьба. Впрочем, вот мои вирши.
    Не могу не подивиться
    Я на рыжую девицу,
    Что отправилась в столицу
    Толь ебаться, толь учиться,

    Толь богему покорять.
    Там таких — ебёна мать!
    Новичкам таким там рады,
    Если только нет преграды,

    И открыта всем пизда —
    На таких есть спрос всегда!
    Извращенцев — пруд пруди...
    Злость рождается в груди.

    Над лихой судьбой поплачем,
    Про невзгоды посудачим:
    Страх и ужас, сущий ад!
    Не поеду в Ленинград.

    Лучше, уж, останусь дома,
    Где до боли всё знакомо,
    Где кивают все подряд.
    Не хочу я в Петроград!

    Ответить

    • Рейтинг: 2
  • Человекус
    2 марта 2015 22:19

    Пожалуй, переделаю концовку, если лень не одолеет.
    Стихи классные.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Нефертити Митаннийская

    Пожалуйста! Не изменяйте!

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    4 марта 2015 10:00

    Поздно! :)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Нефертити Митаннийская

    То есть я читала уже новый вариант?) Поэтому и «новая редакция»? Хм, я хочу прочесть и первоначальную) Невезуха мне! ((((

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    ant (гость)
    2 марта 2015 20:46

    про летнее время понравилось))

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    bellene (гость)
    4 марта 2015 1:58

    У-у-у! И здесь лягушачью шкуру спалили (((Право, не знаю, какой вариант и лучше. Аллитерация хорошая — — Василиса — или — Лилия

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Нефертити Митаннийская

    Человекус! Шикарно!
    Во-первых, я люблю сказки. Во-вторых, кто только не обращался к русским сказкам (я сама недавно совершила этот «грех»), но вы не просто написали сказочку, вы смогли повернуть всё очень неожиданно. При этом «русскость» не бросается в глаза сразу. И никакого перемудрения, в котором вас упрекнули выше в комментах, я лично не усмотрела. Тонко, изящно, по-вашему. Меня тронули и картинка, и сюжет. Получилась не каша, а изысканное блюдо.
    Отдельное спасибо за иллюстрации. Особенно рыжулька) Очаровательно!

    Ответить

    • Рейтинг: 2
  • Евгений3
    4 марта 2015 14:05

    Фи, как всё тихо обошлось, я-то думал, вы явитесь с огромной скалкой на разборки: чо эта тут лезут без стука в вашу епархию. Напустите на автора кащеев с драконами, ан-нет, тишь да гладь.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Нефертити Митаннийская

    Зачем же мне это делать? Это как-то — фииии. Я не претендую на монополию)

    И вообще Нефертити обожает почитать что-то душевосхитительное и глазопривлекательное) А этот рассказ именно такой.

    Ответить

    • Рейтинг: 2
  • Матрос Котяров
    29 сентября 2015 3:43

    Дада, сцена последней групповухи под наркотой именно так и написана. Лилию трахали душевосхитительно и глазопривлекательно. То есть, почти до смерти. В-)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    MIG (гость)
    5 марта 2015 12:02

    Зацепило! Отличная идея, неплохие описания, хотя на мой взгляд несколько скомканные, чтобы заводить. Впрочем наверное такой и была задумка автора. От меня десятка. Очень понравилось. Странно, но не помню этой истории в первой версии.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    Элли (гость)
    10 марта 2015 10:10

    Первую версию тоже успела прочитать. Не зря переписали, вторая как-то проще и гармоничней) Кажется, я осилила все предыдущие рассказы, теперь новые остается ждать)

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Птаха
    13 марта 2015 23:36

    Трудно передать ощущения от рассказа, но, все же попробую.
    Начала читать и удивилась, поскольку не ожидала такого поворота событий. Как мне казалось слишком откровенно-вульгарного описания совращения и пользования молодой девушки. Ни чем не прикрытые откровенные слова, что иногда режут ухо, и те которые не ожидала от Вас. Да, они были к месту, но странное ощущение чего-то неправильного не оставляло. Непонятная смесь стыда, похоти, непонимания, как такое может быть и, как о таком можно писать. Конечно, было понятно, что сон — это явь, но именно это и завораживало, но и отталкивало. Захотелось отказаться от прочтения, перейти к рассказам более приятным, И вдруг, столь неожиданный поворот, с щемящей нежностью и заботой. Любовь, вынырнувшая из кошмара и водоворота страха и наваждения. Как взрыв, накрывший неожиданно, раскрашивая мир другими красками, когда начинаешь понимать, что кошмар сна может обернуться радостной радугой реальности. Сон и явь поменялись местами. И такой неожиданный сказочный конец, в завершении рассказа более близкого к реальности, чем об этом можно было предположить. Ошарашили. Не была готова к сказке в конце пути. Но, что-то мне подсказывает (возможно это только мое понимание рассказа), что Вы сами до сих пор задумываетесь над концовкой, если вспоминаете о нем. Думаю что все-таки, даже сейчас у Вас остались сомнения.
    Но, мудрить не буду. Не буду ругать или что-то кому-то доказывать, ни Вам ни другим.
    Это Ваша сказка, Ваша фантазия и тот мир, который видите только Вы. Вы, как и многие другие авторы (и я в том числе) просто радуетесь идеям с неожиданно появляющимися сюжетами и новыми поворотами истории. Просто создаете историю, которая захватывает вас и отдаете ее тем, кто сможет прочувствовать и понять.
    Я — поняла и прочувствовала. А как другие — они решат для себя сами.

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Человекус
    14 марта 2015 0:24

    Скажем так: идея сказки, спрятавшейся в повседневности, была у меня с самого начала, но вплоть до самой публикации я не решил, в какую личину вселить эту сказку. Спасибо Санчесу — подсказал. Его идея была оправдана внутренней логикой текста, которая читателю порой заметнее, чем автору.

    Ответить

    • Рейтинг: 1

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх