Калифорникейшен. Часть первая

  1. Калифорникейшен. Часть первая
  2. Калифорникейшен. Часть вторая (романтическая)
  3. Калифорникейшен. Часть третья (развлекательная)
  4. Калифорникейшен. Часть четвертая (неожиданная)
  5. Калифорникейшен. Часть пятая (заключительная)

Страница: 2 из 4

свою бесконечную болтовню.

«Ну о чем можно все время разговаривать?» — не переставал я удивляться, как только наши мамы оказывались вместе.

— Мам, мам — два раза повторил Мишка, отрывая ее от беседы.

— Ну, мы, типа, собирались в кино с девчонками. Там будут наши одноклассники... и мы тут как мамины сынки с родителями под ручку. Как-то не по-пацански.

Мамы изумленно смотрели в нашу сторону, лихорадочно соображая, и старались вникнуть в соль Мишкиной тирады.

— Ну... вы не могли бы подиграть нам немного.

— Это как? — мама переглянулась с теть Таней.

— Ну,... типа, побыть нашими девушками на вечер — выпалил Мишка.

У меня глаза полезли на лоб от такой наглости. Думаю, мамы удивились не меньше.

— Так мы ведь совсем не похожи на ваших одноклассниц. Нас сразу раскусят.

— Ну, мы... это, типа, навешали лапши всем, что сняли девок из универа.

— Э-э-э. Следите за речью, молодой человек — резко вставила теть Таня

— Извините... познакомились с девушками из Университета.

— Это мы теперь как? Студентки этого, как его, Массач... Массач — заикаясь, пыталась чего-то произнести Мишкина мама.

— Массачусетского Технологического Института — поправил я.

— Вот, вот. Я же говорю — Массач... Массач. Тьфу, придумал же Бог название.

— Это не Бог, это американцы так назвали свой штат, в честь местного индейского племени, что в переводе означает «Большое горное место» — блеснул я эрудицией.

Мама с гордостью глянула в мою сторону. Ну, как теперь она могла отказать своему умному чаду, своей кровиночке.

— А почему бы и нет? Вспомним молодость. Развлечемся — обратилась мама к сестре.

— А помнишь, как мы в кино ходили на последний сеанс, и всегда на последние ряды. Они так и назывались — ряды для поцелуев.

Они захохотали одновременно, вспомнив, наверное, что-то прикольное со времен своей юности.

— Так значит, согласны? — с надеждой спросил Мишаня.

— Конечно. Тряхнем стариной.

— Ну, тогда... не могли бы мы поменяться местами.

— Это зачем?

— Ну, типа, по парам. Теть Лена на мое место спереди, а я к маме на заднее сиденье. Вроде как... каждый со своей девушкой — наглел дальше Мишка, загадочно ухмыляясь.

Я был поражен его наглостью. Наплел тут три короба, но самое интересное, что это РАБОТАЛО. Мама с готовностью поменялась с ним местами.

Через тридцать минут мы уже были на месте, осторожно подъезжали к шлагбауму, предварительно подняв нашу крышу — трансформер.

— Спиртное не распивать, сексом не заниматься. Нарушители будут выдворены, Деньги не возвращаются — монотонным голосом произнесла тетка — билетерша заученную, повторяемую сотни раз фразу, вручая нам билеты.

— Спиртное не распивать, сексом не заниматься. Бе-бе-бе — перекривила билетершу противным голосом тетя Таня.

До начала сеанса еще оставалось минут пятнадцать. Места еще было вдоволь. Я припарковал свой «Pontiac» у самого края, с таким расчетом, чтобы спереди ничья машина уже не поместилась и не закрыла нам обзор.

— Сбегай за попкорном и кока-колой — всучила мне мама очередную двадцатку.

Конечно, какое кино может быть без попкорна. Это уже национальная традиция.

— И стаканчики не забудь — вдогонку бросила теть Таня, высовываясь из окна.

Я с максимальной осторожностью нес обратно упаковку коки и четыре огромных бумажных ведерка с попкорном, стараясь не рассыпать все по дороге.

— Стаканчики принес? — первое, что спросила Мишкина мама, когда я забрался в машину со всем своим скарбом.

Странно, зачем ей пластиковые стаканчики, ведь кока-колу обычно пьют просто из банки. Ответ прояснился через несколько секунд. Она нырнула в свою бездонную сумку и вытянула на свет аккуратную маленькую плоскую бутылочку.

Так вот оно что? Когда я заправлялся на АЗС, мамы тоже успели «дозаправиться». Я молча протянул им стаканчики — теть Таня, не мешкая, откупорила свою бутылочку и разлила содержимое. Правда, только в два стаканчика — себе и маме. Через мгновение они заправским жестом опрокинули их себе в рот, при этом причмокивая и хваля вкусовые качества калифорнийского коньяка.

Наконец то — фильм начался. К моему удивлению, он был цветным, а не черно-белым, как я изначально предполагал. 1964 год ведь. Мама устроилась поудобней, подобрав под себя ноги и водрузив ведерко с попкорном себе на колени, приготовилась к просмотру шедевра французского кинематографа. Я тоже начал моститься на водительском кресле. Первым делом — поднял подлокотник, зафиксировав его между спинками наших сидений. Таким образом, две наши спинки приобрели вид одной цельной мягкой панели. Сами сиденья были сделаны тоже как одно целое. Сейчас это напоминало больше один огромный кожаный диван. Из приборной панели выступало только рулевое колесо. Никаких рычагов коробки передач (он размещался на рулевой колонке), никаких выступающих деталей. Казалось, что это чудо американского автопрома специально было предназначено для таких оказий. Двоим людям можно было свободно разместиться, не мешая при этом друг другу. Заднее сиденье было не менее комфортабельное. Надеюсь, нашим попутчикам было там удобно. Я приспустил окна в дверках немного (их всего две, кстати), но достаточно, чтобы в салон проникал звук, и при этом снаружи невозможно было разглядеть пассажиров. Предварительно, на заправке лобовое стекло я тщательно вымыл, пока мамы «пудрили носик». Обзор был великолепным, и все было слышно.

Медленно, но уверенно атмосфера фильма завладела моим вниманием. Глаза были прикованы к экрану.

— Дэн, можно я распрямлю ноги. Целый день на каблуках. Ноги гудят — мамин голос оторвал меня от довольно таки интересных событий 17 века.

— Да. Конечно — ответил я шепотом, не особо вникая в суть вопроса.

Мама быстренько водрузила свои ноги мне на колени, обтянула юбку, дабы я не увидел под ней чего-то, не для моих глаз. Поставила ведерко себе на живот и, как ни в чем не бывало, продолжала смотреть фильм и хрустеть попкорном.

Ну, нормально. Да? Я с немым вопросом в глазах смотрел на нее, держа свое ведро на приподнятых руках. «И куда мне прикажете его поставить?» — про себя вопрошал я. Мама, как будто услышала мысленно мой вопрос, обернулась ко мне и уставилась на мою глупую позу с поднятыми руками, сжимающими бумажное ведерко.

— О, сорри — извинилась она, немного раздвинув ноги, образовав место между коленами, но при этом, не забывая придерживать свою юбку, и оттягивая ее книзу, закрывая образовавшуюся пройму.

Мне ничего не оставалось, как поместить свое ведро у нее между ног.

— Удобно? — поинтересовалась она, и увидев мой утвердительный кивок, через секунду забыла обо мне, и отвернулась к экрану.

Еще через мгновение она отпустила свой подол и принялась за попкорн.

Ну что вам сказать? Я уже не смог смотреть в сторону экрана, когда перед моими глазами открывалось зрелище намного интересней. Мамина юбка, лишившись усилия, которое удерживало ее в прилично обтянутом состоянии, поползла кверху, оголяя ее пышные ляжки. Не так, уж совсем, как вы подумали, но достаточно, чтобы разглядеть белый треугольник ее трусиков, мелькающий во вспышках киноэкрана, как в стробоскопе.

Я на автомате зачерпнул полную пригоршню попкорна и понес ее ко рту, не отрывая глаз от маминой промежности. С количеством попкорна я не рассчитал — он явно не помещался в мой рот. Я старался запихнуть его весь, но ничего не получалось и я со страхом понял, что он вываливается у меня изо рта и падает вниз. Несколько зерен упали под ноги на коврик, а несколько маме между ног. Я так и замер, с полным ртом попкорна, со страхом уставившись в мамину сторону, в темноте стараясь разглядеть выражение ее лица. Но ничего не происходило. То ли она так была увлечена фильмом, то ли просто не заметила — но на ее лице не дрогнул ни один мускул.

Дожевав с усилием свой попкорн, стараясь не проронить больше ни зернышка, дрожащей ...  Читать дальше →

Показать комментарии (15)

Последние рассказы автора

наверх