Онанист из трущоб

Страница: 2 из 3

так близко видела мужской половой член. Обидно только, что он видел, как она писала. Это стыдно и не красиво. Промежность ее увлажнилась и покалывала тоненькими иголочками. Мокрыми пальчиками она стала теребить свою плоть, чем вызвала бурный восторг у своего тела, кажется, это называется оргазмом. Только тогда Анжела смогла спокойно уснуть.

На следующий день она безмятежно купалась и загорала, лишь изредка посматривая специально для sexytales.org на сосновую рощу, где вчера бродил странный мужчина. Ей казалось, что он наблюдает за ней и занимается тем постыдным занятием. В конце концов, она не вытерпела и под вчерашним предлогом отправилась в чащу. Онанист стоял за большим деревом и, высматривая женские фигурки на пляже, привычно обнажил свой орган. На сей раз мужчина услышал треск сучьев, напрягся и спрятал член в шорты.

— А это ты? А я думал меня мужики бить пришли.

— Вас бьют?

— Да, иногда достается. Я здесь постоянно бываю, мне нравится наблюдать за женщинами и удовлетворять себя.

— А у вас есть семья, дети? — полюбопытствовала девочка.

— Нет, я развелся с женой давно, она не разделяла моего увлечения.

— Не прячьте свою писю, пожалуйста, она у вас красивая, — неожиданно попросила Анжела, густо покраснев. Онанист достал свой упругий член и принялся мастурбировать. «Как она по-детски трогательно сказала — пися. Трепетная ромашка, а не девушка», — умилился мужчина.

— А хотите я трусики сниму? Только обещайте, что ничего не сделаете мне.

— Можешь снять трусики? Конечно, обещаю! Я онанист, а не насильник.

Анжела спустила трусики до колен, обнажив пушистую промежность.

— А ты занимаешься мастурбацией? — спросил он.

— Ага, иногда. Раньше постоянно, когда видела маму с Сергеем Петровичем.

— Сделай это сейчас. Я ведь обещал, что не трону тебя.

Анжела несмело потянулась к своему небольшому клитору и принялась теребить горошинку. Они смотрели друг на дружку и ловко орудовали руками, как заправские самолюбы.

— Повернись ко мне попкой, — попросил мужчина, тяжело дыша.

Она сделала, как он хотел, только слегка разочаровалась, ведь теперь она не сможет наблюдать за его действиями. Анжела только слышала его прерывистое дыхание за спиной, да трель какой-то птички неподалеку.

— Спасибо добрая нимфа. Мне давно не было так хорошо. Она повернулась и увидела, как мужчина выжимает со своего колышка последние капли жидкости. Трава внизу была обрызгана его спермой, как будто росой.

— Вот что, Вы не приходите сюда больше. Скажите свой адрес, я сама приду к Вам завтра, — робко сказала Анжела, натягивая трусики.

— Правда придешь? — обрадовался мужчина. А когда она кивнула, то поспешно назвал свой дом и улицу.

На следующий день Анжела отпросилась у мамы, нажимая на то, что она уже взрослая и может прогуляться по поселку самостоятельно. Никакой трагедии в этом нет.

— Я церквушку видела в поселке, хочу посмотреть ее изнутри, — добила Анжела Ирина Николаевну невинным желанием.

— Только не долго, — сдалась мать и принялась разглядывать одинокого рыбака. В самом деле, девушка взрослая, пусть прогуляется. Маман явно не отказалась от затеи закружить курортный роман, а дочка ей только мешала своим присутствием.

Анжела долго искала нужный адрес, пока не забрела на самую окраину поселка. Дома здесь были похожими на ветхие сараюшки, а местность напоминала одну большую помойку. Она несмело зашла в нужный домишко и робко постучалась. Дверь ей открыл уже знакомый дядечка. Он с изумлением впустил гостью в комнату, как будто не ожидал, что она действительно пойдет на такое.

— Здравствуй ромашка. Проходи. Ему почему-то хотелось называть белокурую девушку каким-нибудь цветком. Ромашка подходила ей больше всего.

Анжела вошла в чистую комнатку. Именно чистота и порядок дали ей возможность расслабиться и избавиться от тягучего чувства страха. Удрученная помойкой, она хотела было уже повернуть назад и бежать со всех ног от этого страшного места, куда, казалось, свозили весь мусор округи.

Она оглядела своего нового знакомого. Мужчина принарядился: вместо привычных шорт надел светлые брюки, почти новые парадно-выходные, а вместо пиджака на голое тело натянул линялую майку.

— Хочешь пить? У меня есть холодный сок, — любезно предложил хозяин.

— Хочу, — ответила Анжела и присела на небольшой старенький диванчик. Сарафанчик ее задрался, обнажив худенькие, острые коленки. Мужчина судорожно сглотнул слюну и отправился на кухню, принес ананасовый сок — для себя и для нее. Они молча пили холодный напиток, сидя друг напротив друга, а потом Анжела спросила:

— А как вас зовут?

— Валентин Михайлович. А тебя?

— Анжела Валентиновна, смешно правда?

— Твоего отца тоже зовут Валентин?

— Ну да, только я его не знаю совсем.

— Вот как...

Так они и познакомились, спустя два дня после странных обстоятельств. Валентину на вид было лет 40, и Анжеле он показался чем-то похожим на бросившего их с мамой Сергея Петровича. Ей вдруг стало сладко от мысли, что она сейчас с мужчиной, а мать лежит одна-одинешенька на пляже. Чувство соперничества с матерью сопровождало ее постоянно, хоть и делить теперь им было некого.

Мужчина не решался начать свое любимое занятие. То ли дело подглядывать за ничего не подозревающими туристками. А тут настоящая девочка, такая красивая, обаятельная и по-детски наивная — нежная фиалка. Он боялся ее спугнуть. А еще он боялся, что не сможет выполнить данное ей обещание — не трогать ее, ведь это будет нелегко.

Анжела сняла легкий сарафанчик, оставшись в одних трусиках. Валентин сообразил, что пора приступать к делу. Разглядывая ее маленькие груди, он расстегнул брюки и выпустил на свободу напряженного дружка. Девочка сняла трусики и раздвинула ножки, сидя на диване и упершись в него ступнями. Мужчина стоял напротив нее и подрачивал член, поглядывая на ее изумительный пушок в промежности. Ему захотелось дотронуться до ласкового холмика любви.

— А можно мне потрогать твою киску? — спросил Валентин, даже не надеясь на положительный ответ. Девушка вздрогнула худеньким тельцем и кивнула.

Он подошел к ней и прислонил свою ладонь к мягкой подушечке из золотистых волос, горячие лепесточки ее подрагивали и слегка увлажнились. Валентин несколько раз провел ладошкой по промежности и спросил:

— Ты еще девственница?

— Да, вы же обещали, — испугалась Анжела.

— Не бойся, я не трону твою целку, — твердо сказал он. — Если хочешь, можешь потрогать мой член.

Анжела хотела. Она приблизила руку к предмету своих ночных грез и фантазий и обхватила у основания. «Какой он твердый и нежный на ощупь», — восхитилась она.

— Смелее, можешь его подергать туда-сюда, — разрешил Валентин. Анжела, обращаясь с ним, как с хрупким инструментом, оттянула кожицу, а потом вернула ее на место. Налившийся кровью член подрагивал от возбуждения, выделив из небольшой дырочки прозрачную капельку. Завороженная интересным зрелищем — обладанием мужского начала (или уместнее сказать конца), девчонка ласкала теплой рукой орган онаниста.

— А можно я его язычком полижу? — спросила зачем-то она. Анжела сама бы не смогла толком объяснить, откуда у нее взялось такое дикое желание.

— Конечно, можно.

Не переставая подрачивать твердую плоть, она провела языком от основания до лиловой крупной головки и причмокнула губами. Валентин запрокинул голову назад от удовольствия.

— Какой же он у вас красивый! — не переставала восхищаться девочка. Уже более смело она дергала ладонью, обхватив его посередине, шныряя изредка язычком по головке.

— Я сейчас кончу, — предупредил Валентин, а она, растерявшись и не зная, что нужно делать в такой ситуации, застыла на месте. Тугая горячая струя ударила ей прямо в лицо.

— Я сейчас тебе дам полотенце, извини меня, не сдержался,...  Читать дальше →

Показать комментарии (30)

Последние рассказы автора

наверх