Калифорникейшен. Часть пятая (заключительная)

  1. Калифорникейшен. Часть первая
  2. Калифорникейшен. Часть вторая (романтическая)
  3. Калифорникейшен. Часть третья (развлекательная)
  4. Калифорникейшен. Часть четвертая (неожиданная)
  5. Калифорникейшен. Часть пятая (заключительная)

Страница: 3 из 12

Все — с ним покончено, нет у меня семьи с этой минуты.

— Как нет семьи, а как же Я? — тихо промямлил, боясь взглянуть в ее глаза.

Казалось, она сейчас, как Кэрри из романа Стивена Кинга, прямо испепелит меня взглядом. Метнув в меня молнию, она, как будто очнувшись, вдруг обмякла вся, и в какой-то немой безнадеге и мольбе, протянула ко мне руки. Я бросился в ее объятия. Исступленно лобзая ее лицо, высушивая своими поцелуями остатки ее слез — гладил спутавшиеся волосы, целовал руки, глаза и шею. Мама отвечала тем же. Мы держали друг друга в объятиях, и целовались, целовались, целовались...

— Поклянись, что ты никогда меня не предашь, и не бросишь — оторвала она, наконец, мое лицо от своего, и словно заглядывая прямо вглубь души, смотрела на меня — прямо в мои глаза

О, как хорошо я знал этот взгляд. Я, точно так же, пристально, не мигая, старался смотреть на нее. Казалось, беззвездная чернота ее очей светлела, как небо после грозы, и мой взор проникал все глубже и глубже. Она, словно, впускала меня в самые темные закоулки своего внутреннего мира.

— Никогда, мам. Клянусь. Никогда.

Сегодняшний день мы провели в Киото — древней столице Японии. Бродили среди деревянных пагод, карликовых деревьев и валунов каменного сада. Мама постепенно оттаяла, ведь японский садик — это ее тайная страсть. Она всегда мечтала развести что-то подобное дома. К вечеру это была уже та мама, которую я знал несколько недель назад. Это снова была МОЯ МАМА. Насмешливый взгляд, многозначительная улыбочка, подтрунивание и насмешки при каждом удобном случае. А этих случаев я предоставлял вдоволь. Специально говорил какие-то несуразицы, задавал глупые вопросы. В общем, делал все, чтобы она забыла тот злополучный утренний звонок. Мы гуляли по улицам древнего города, держась за руки, как влюбленные. Я даже стал замечать на себе взгляды случайных прохожих. Они сначала с любопытством смотрели на нас, а потом просто улыбались. Мама в самолете что-то говорила о новых красках. Так вот — здесь и сейчас, в далеком Киото, мир и засиял для меня во всех красках и цветах радуги.

Все было необычно в этой Японии — все было прекрасно. Но, вот утро было настоящим мучением. Онанировать я отказывался принципиально, и это стало приносить уже проблемы. Тупая, острая боль внизу позвоночника, и сильная эрекция разбудила меня в то утро. Ворочаясь с боку на бок, пытаюсь найти место поудобней, чтобы заглушить внезапную вспышку боли. Взгляд случайно остановился на очертаниях маминого тела под тонкой простыней. Краешек простыни сполз, и оголил ее чудную попку. Что-то инородное, явно выпирало из клинышка промежности ее темных плавок, делая ее, эту промежность, неестественно припухлой. Ну да — я даже застонал от острой боли — критические дни. «Против природы не попрешь» — вспомнились мамины слова. Но рука уже, помимо моей воли, потянулась к вожделенному месту. Ведь вот оно совсем рядом — достаточно лишь протянуть руку. Теплые упругие ягодицы под моей ладонью вызывали знакомое покалывание в кончиках пальцев. Правда говорят: когда член стоит — мозг уже не соображает. Средний палец сам уже скользнул в горячую ложбинку меж ее белых полушарий. Припухший бутончик ануса податливо раскрылся, впуская мой обнаглевший палец. Вот уже целая фаланга утонула в коричневом запретном отверстии.

О-о-о-о-у — как там было горячо и плотно.

Мама, видать, тоже прочувствовала мое незваное вторжение в ее Taboo place. Она резко приподняла голову, привставая немного на руках, и спросонок, еще до конца не осознавая, что происходит, промямлила.

— Дэн? Чего тебе?

Я резко откинул простынь, демонстрируя весь свой наболевший стояк. Побагровевшая bulbous head покинула уже свое убежище крайней плоти, и требовала внимания.

— О, Господи. Так ведь день-два осталось. Ты не можешь подождать? — сквозь сон тихо простонала мама, явно не довольная, что ее разбудили.

— Не могу, мам. У меня все уже болит внизу спины.

Это возымело эффект. Мама сразу проснулась, и обеспокоенно посмотрела на меня. Не говоря ни слова, она уселась на постели, взбила подушку и прислонила ее к спинке кровати.

— Иди ко мне.

Меня дважды просить не надо. Через секунду я уже сидел рядом с мамой, прислонив свою «больную» спину, на заботливо приготовленную подушку. Не успел я даже устроиться поудобней, как...

— О-о-о-о — теплая влажная волна покрыла головку моего члена.

Мамина рука нежно теребила яички, а голова размеренно двигалась сверху — вниз. Нет, нет — я должен это видеть. Я должен видеть, как мой член исчезает между маминых влажных губ. Закинув ее неподатливые волосы на другую сторону, и чуть наклонившись вбок — дало мне прекрасную возможность видеть все волшебное действо. Наблюдать за маминой «работой» было просто эстетическим наслаждением. Я не говорю уже об умопомрачительном физическом кайфе. Больше двух минут мне не продержаться. Но, что это были за две минуты...

Нескончаемый поток спермы выплеснулся из маминого рта, и густыми ручьями потек по моему стволу. Мамочка не успевала глотать, гортань в конвульсиях пульсировала, как гофрированный шланг, не успевающий справиться с чрезмерным потоком.

— Протеина на сегодня достаточно — счастливо улыбаясь, промурлыкала она, облизывая мой огромный «чупа-чупс».

— Не хватает еще простыни запачкать. Что о нас обслуживающий персонал подумает? — слизала она последнюю каплю.

— Позавидует, наверное. Не часто ведь такое увидишь? — довольный, развалился я на маминой постели, закинув руки за голову в утренней неге.

— Кстати, на счет «увидишь». У тебя нет ощущения, что за нами кто-то наблюдает.

— Да, нет — отвечаю я, удивившись ее странному вопросу — ничего такого не замечал.

— Показалось, наверное — мама хмыкнула в ответ, и направилась в душ.

Следующие несколько дней прошли как в сказке: днем музеи, достопримечательности, вечером — всевозможные шоу, стриптиз-бары. Кое-где на нас с мамой смотрели с нескрываемым восторгом, а кое-где и с осуждением. За кого нас принимали? За супружескую пару? За любовников? Не знаю, но мне было по барабану. Нам было просто хорошо вместе. Самой большой проблемой был, конечно же, язык. Это только русские думают, что во всем мире обязаны знать русский язык. Точно так же думают и самоуверенные янки — все должны разговаривать на английском. Уверяю тебя, дорогой читатель — это совсем не так. Лишь некоторые работники отелей (дорогих отелей — а наш, как вы понимаете, к такой категории не относится) могут сносно общаться на английском с ужасным акцентом. В магазинах, кафе, барах приходится изъясняться на мигах, и тыкать пальцами в меню, как обезьяна. И не представляете, какое удовольствие встретить здесь человека, говорящего на твоем родном языке — не обязательно и земляка.

На одном из стрип-шоу мы и встретили такого человека. Быстро разговорились, и уже к концу беседы, он посоветовал нам обязательно посетить шоу в клубе мистера Ватанабэ. О местоположении клуба и его названии, мы и не догадались спросить, а на следующий день уже и не у кого было спрашивать — человек уехал.

Расспросы местных торговцев, метрдотелей, официантов не дали никаких результатов. О загадочном клубе никто ничего не слышал, а может, и слышал, но говорить не хотел. Для мамы этот злополучный клуб стал просто навязчивой идеей — идеей фикс. Она вопрошала о нем всякого встречного и поперечного — но все тщетно. Прям фантом какой-то, а не клуб.

Нашего вояжа в страну восходящего солнца оставалось лишь три дня. Нужно было провести его с максимальной отдачей. О странном клубе как-то забылось понемногу, а вот как я мог покинуть Японию, не приобретя несколько кассет любимого японского порно — это уж никак. Честно говоря, я собирался сам нанести визит в ближайший видеомагазин, который заприметил уже давно, но мама решила составить мне компанию.

Дверь наполовину темного, полуподвального помещения скрипнула — и мы оказались в «Мекке» эротоманов и любителей ...  Читать дальше →

Показать комментарии (17)

Последние рассказы автора

наверх