После войны

Страница: 4 из 4

Василисе удавалось очень редко, хотя и это нам нравилось. Меня такое разнообразие в жизни, должен признать, более чем устраивало. С Василисой у нас все бывало страстно, жарко, порывисто. Ласки старшая ценила не очень высоко, зато часто впивалась ногтями мне в спину, покусывала плечи и даже поколачивала в особо горячие моменты. Аня же покорно отдавалась моей воле, получая удовольствие, как мне кажется, даже от самого моего восхищения и желания. Словом, обе были прекрасными любовницами, и совсем друг к другу не ревновали. Я иногда даже подумывал, нельзя ли как-нибудь затащить обеих сестер в постель сразу. Слышал я краем уха, что бывали женщины, которые соглашались на такое, и сулило это якобы мужчине неземные блаженства. Впрочем, это говорили преимущественно о женщинах весьма определенного сорта, дамочках нетяжелого поведения. Сам не пробовал, ну и с сестрами тоже организовывать не стал. Тем более, они не напрашивались. Мы вообще об этом не разговаривали и не обсуждали ни разу...
Иногда я побаивался того, что средняя наша, Натуська, почувствует себя достаточно взрослой, чтобы придти ко мне в парилку вместо старших. Но, — чего не было, того не было. Ну, и хорошо, конечно.

Естественно, при первой же возможности мы из колхоза уехали. Он вскоре совсем вымер, — сейчас там только тайга поверх заросших фундаментов. Оно и понятно, — тогда уже хозяйство восстановили, хлеб пошел с Югов, из больших совхозов, откуда и положено. Вот и не стали дальше людей мучить такой жизнью ради лишнего зернышка да литра молока, расселили всех, в нормальных поселках дали жилье... Очень вовремя мы уехали — насколько я могу сейчас судить, парень, никто в колхозе ничего так про нас и не узнал. А может, кто чего и сообразил, конечно, — но промолчал, сочтя не своим делом.

А мы устроились в городе, где нас жизнь скоро развела в стороны.
Летчиком я не стал, не позволили последствия былого ранения. Но про жизни шел неплохо, выучился на инженера, выбился в начальники. В городе мы часто виделись с сестрами, но больше у нас с Аней и Василисой «банных» встреч не было. За ними ухаживали хорошие парни, да и я другими девчонками интересовался. Ну и просто — за моральным обликом в коллективах тогда не то, что надзирали, но, нет-нет, да приглядывали, хотя мы ни в партии, ни в комсомоле никогда не состояли. Не деревня чай, уже, за забором не спрячешься.

Что было, то прошло, просто общались, как все, по-семейному.
Девочки выучились, кто в училище, кто в институте, вышли замуж, и разъехались кто куда. Я не женился долго, все хотелось мне любовницу не хуже сестер, но к годам 30 встретил свою Ольгу. С нею у нас четверо детей, сейчас уже и правнуки народились...
Василиса умерла в 1989-м, от инсульта. Тяжело умирала, бедная, очень тогда за неё переживали... детей у неё было трое, тоже внуки есть. С Аней в последний раз и видались на её похоронах, когда она из Кургана к нам приезжала с мужем. Аню похоронили в 1998 году, сердце прихватило. Её внук сейчас у моего сына в университете учится, кстати. Натуська и Катька живы, и скоро уж им провожать меня, наверное. Я вот, явно, зажился сверх нормы...

Ты, наверное, спросишь, почему я так спокойно все вспоминаю? Я ведь никому не рассказывал это, больше полувека.
Я и сам не знаю. Ни стыда не ощущаю, и ни, тем более, раскаяния. Как-то все шло, само собой, да и прошло... Деревня, — она только со стороны кажется такой благонравной. А за всеми этими резными ставенками и заборчиками что только, бывает, не происходит. За всеми не уследишь, на всех судей не напасешься. Слыхал ты, может быть, такое слово: «снохачество»? Нет? Ну вот, почитай, узнаешь. Бывали и другие, хм, подобные вещи в крохотных мирках-избах под большим серым небом... Ну, а мы с детства знали, что очень по-всякому в жизни бывает. Кое о чем не из книжек узнавали. Вот, наверное, потому никому из нас психиатров и исповедников не понадобилось.
Не жалею ни о чем. Время такое было, что назад оборачиваться не хотелось. Все дороги были перед нами, весь мир. Жили мы, если по одному достатку судить, хреново, хватало нам для радости сущей мелочи, но интересно было, в богов не верили, вот и жили как один раз, без оглядки, зато страстно, от души...

..Э, да ты записал все? Ну, записал и записал, ладно. Только матюги уж убери потом, а то неудобно перед людьми... А, впрочем, ладно, чего их стыдиться, все их знают, все употребляют...
... нет, про войну не буду рассказывать, не обессудь уж. Да все равно, уже ничего не помню толком. Старый я уже стал.

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

1 комментарий
  • чтохренчторедька
    3 июня 2015 7:37

    Неплохо написал, но что писал не фронтовик, ясно как дважды два. Ну это совсем не страшно, потому как автор подошёл к написанию со знанием дела. Когда пишут пацаны про те времена, такого наворотят, что уссышься. Вы основательно подошли к вопросу, постарались описать более-менее достоверно, хоть и не всё получилось. Но это не так страшно. Не просто это, не зная послевоенного сельского быта, всё это описать. Достоверность — она в мелочах, а их вы не знаете, путаетесь в эпохах. Но всё же получилось хорошо, может чуть скучновато. Твёрдая восьмёрка.
    Понравилось мне это место: «... Э, дa ты зaписaл всe? Ну, зaписaл и зaписaл, лaднo.»
    А чего там записывать? Ничего ценного я тут не прочитал. В МТС вы не бывали, рядом с нефтяным движком не стояли. На колёснике с железными шпорами хоть катались? Не увидел я, чего тут записывать.
    Но это так, придирки. Нормальный рассказ.

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх