Парень с обложки

Страница: 3 из 26

пришёл в себя, надо было...

— Алло, Стас, я согласна. Я согласна, чтобы мы жили вместе, — плакала и говорила по телефону старшая сестра, — да, забери меня отсюда сейчас. Пожалуйста...

Плакали обе сестры. Макс же себе этого не позволял. Он мужчина, ему это не позволено. Так учила мама.

Смерть Софии очень изменила её дочерей и сына. Они стали более стойкими, выносливыми, смелыми. Главное, что они никогда не делали, так это не ссорились между собой. Они — единственная ценность, что у них была. Они не имели права терять друг друга.

Кристина всё же переехала к Стасу. Нет, она не бросила младших. Стас жил в городе и там помог ей найти работу получше. Так она смогла помогать Марине и Максу. Через год Марина уехала учиться в тот же город, где жила Кристина, и даже какое-то время жила у неё. А вот Максу пришлось терпеть ещё годик, ведь ему нужно было закончить школу, после чего он тоже смог бы немножко расправить крылья и не переживать о том, что отец сожжёт дом, когда они там будут спать.

3.

2008 год. Москва

— Меня не волнует, где ты возьмёшь модель! Заказчики подгоняют. Ты мой ассистент или кто? Так, ничего не хочу слышать! Чтобы завтра на съёмке была модель.

Подобный крик стоял в офисе многоэтажки с самого утра. И если подчинённые этого парня чуть ли не прятались под столы от шефа, то мимо проходящие барышни чуть ли шеи себе не сворачивали, когда смотрели на него.

Ещё бы! Это был высокий стройный черноволосый парень с идеальными чертами лица, с чёрными, как уголь, глазами. Когда он сердился, они будто метали молнии. А уж если он был в ярости, то прячься, кто может. О безупречном вкусе в его одежде и говорить не надо. А если учесть то, что он владелец крупнейшего рекламного агентства в городе, то он был ещё и самым желанным женихом. Всё хорошо, если бы он не был геем. Этот печальный для слабой половины человечества факт он не скрывал, и потенциальные невесты, как только узнавали эту подробность его биографии, чуть ли не падали в обморок. Ещё бы им не падать! Такой экземпляр, и не в той команде играет...

— Алексей Кириллович, можно? — тихим, чуть ли не трясущимся голоском прошептала секретарша.

В секретари он брал исключительно девушек, так как на работе он предпочитал думать лишь о работе. А так как Алексей любил людей красивых, то он сам себе не позволил бы взять в помощники мелкого прыщавого пацана. Соответственно, если на девушек его внимание абсолютно не распространялось, то и служебных романов возникнуть не могло. Алекс знал, что большинство его подчинённых по нему сохнут, но ему от этого не было ни холодно, ни жарко. Признаться откровенно, никто из них не посмел бы приблизиться к нему, а если посмел бы, то пошёл бы на биржу труда. Но, на удивление, с виду строгий и даже грозный Алекс был уважаемым человеком в фирме, и подчинённые его не только боялись, но и уважали. Согласитесь, сейчас мало таких руководителей, которым удаётся совместить и то, и другое.

Алексея Золотарёва все знали исключительно как человека делового. Он всегда был на месте вовремя, не терпел опаздывать сам и чтобы опаздывал кто-то. Он был требователен к подчинённым. «Если делать — то хорошо, а если делать плохо, то лучше не делать вовсе», — эту фразу он всегда говорил и сотрудникам, и друзьям, и родным...

— Да, — из него вырвался чуть ли не рёв, но, взяв себя в руки, он посмотрел на испуганную Юлю и продолжил уже спокойно: — Что там, Юль?

Девушка незаметно расслабилась, когда по интонации шефа поняла, что он уже немножко успокоился, и вошла в кабинет.

— Я пришла напомнить, что у Вас завтра встреча с заказчиками рекламы мужских духов.

— Ох, Юлечка, я прекрасно помню об этом; может, и забыл бы, но так как нет модели до сих пор, то этот контракт мне скоро по ночам будет сниться, — тяжело вздыхая, выговорил Алекс и чуть ли не лёг на диван в кабинете. — Ну да и ладно, кого-нибудь найдём. Что у меня сегодня?

Девушка облегчённо вздохнула, так как по лежачей позе шефа поняла, что злости у него как не бывало. Алексей хоть и был вспыльчивым, но быстро отходил.

— У Вас сегодня встреча с акционерами в 13—00 и в 16—00. А ещё вы должны съездить на выездную съёмку для рекламы магазина женской одежды.

— А без меня там не справятся? Так не хочется... — потянулся на диване и развалился там уж совсем лениво директор.

— Алексей Кириллович, — улыбнулась, увидев такую картину, Юля, — Вы же знаете, что они наши постоянные клиенты. А в этот раз они захотели Марину Астахову для летней коллекции.

— О, Боги! — подняв руки вверх, воскликнул парень. — Почему опять она? Несмотря на её зверский, стервозный характер, её все хотят.

— Она всё-таки лучшая, — пожимая плечами, ответила Юля. — Но всё же только Вы сможете её усмирить. Иначе она снова сорвёт съёмку.

— Ладно, ехать-то куда? — нехотя, но всё-таки поднялся он с дивана.

— За город, к лесопарку, — ответила Юля и прикусила губу, догадываясь о реакции шефа.

— Куда?! Это же через весь город! Ну почему Сева всегда выбирает места для съёмок так далеко?

Юля только пожала плечами. Ведь оба они знали, что Севастьян — отличный фотограф, и уж если он решил снимать там, то это действительно то, что нужно.

— Ладно, Юль, можешь идти.

Как только девушка вышла из кабинета, Алексей снова улёгся на дивани, достав телефон, набрал нужный номер. После нескольких гудков ему ответили. Но как ответили...

— Ты сволочь, Золотарёв, ты знаешь об этом? — кричал женский голос в трубке.

— Сестрёнка, милая, ну не ори. Ты мне так маму сейчас напоминаешь, — с улыбкой на лице попытался успокоить он сестру.

— Ты паразит. Ты специально, да? Оставил меня здесь с родителями одну... — не унималась родственница.

— Так, Тори, не сердись на меня. Ну прости, солнышко, ну помирись ты с родителями. Сколько можно?

— Они не хотят принимать Юру, и ты это знаешь. И пока они не смирятся с моим выбором, я в тот дом не вернусь!

— Ну вот. Сказала, как отрезала, — не смог сдержаться Алекс. — Ты представь себя на месте родителей. Сын — гей, а любимая дочка решила выйти замуж за инвалида.

Алексей не читал нотаций сестре, и говорил он всё это, улыбаясь. Он и так знал, что ей тяжело быть в ссоре с мамой и папой. Но и жениха она тоже очень любила. Да и Алексу нравился Юрка. Он был компанейский парень, весёлый, перспективный бухгалтер, довольно симпатичный, высокий, если бы не одно «но». У него была врождённая гипоплазия — недоразвитость кисти руки. Собственно, поэтому его и не хотели в зятья старшие Золотарёвы. Юра же очень любил Викторию, она тоже в нём души не чаяла, даже ушла из дома из-за него. Алекс видел это и был единственным членом семьи, который поддержал Вику, или, как он её ласково называл — Тори...

— Не меняй тему! — снова крик. — Я тебя убью! Как ты мог так сделать? Три дня я одна буду слушать их нотации.

У Золотарёвых был юбилей, 30 лет со дня свадьбы. Должны были приехать практически все родственники и уйма знакомых. И злость Виктории была оправдана. Её сначала замучают родители нотациями, а на самом празднике — гости расспросами, когда же они будут гулять на её свадьбе.

— Тори...

— Не называй меня так! Я на тебя злюсь, — уже спокойнее ответила Виктория.

— Виктория Кирилловна, простите меня великодушно, ибо не специально я так сделал. Ваше Величество ведь знает, что должны ко мне приехать купцы заморские, и не встретить я их не мог.

— Клоун, — уже смеясь, выговорила Вика. — Ладно, прощён... великодушно. Сам-то как? Как там твои ухажёры?

— Эй, ухажёры у девушек, — обиженно проговорил парень.

— Ну прости, прости. Как твои... Стоп, а кто тогда? Если не ухажёры?

— Ай-яй-яй... Тори, ты человек, который знает четыре иностранных языка, а подобрать нужное русское слово не можешь, — не удержался, чтобы не подколоть сестру, Алексей.

— Ладно, не пытайся меня пристыдить. Могу подобрать,...  Читать дальше →

Показать комментарии (1)

Последние рассказы автора

наверх