Ликвидация стервозности. Черногория. Сутки 1—2

  1. Ликвидация стервозности. Черногория. Сутки 1—2
  2. Ликвидация стервозности. Черногория. Сутки 3—4

Страница: 4 из 5

расстояния, я не мог разобрать слова. Да даже если бы и смог, какой в этом толк?

По тону разговора я понял, что они то ли спорят о чем-то, то ли торгуются. Потом Яна встала, и, что-то говоря, начертила ногой на песке линию у скамейки, как бы разделяющую ее и его. Это еще что за детские меры предосторожности? Затем она снова села на скамейку, и взгляд ее стал насмешливо-высокомерным. Ох, как же он мне знаком.

То, что она делала дальше, не поддавалось никаким объяснениям. Скинула одну бретельку платья с плеча. Закрыла на секунду промелькнувшую грудь рукой. Скинула вторую бретельку. Сарафанчик мягко соскользнул вниз. Да уж. Если она встанет, то освободится от него полностью. Но она продолжила сидеть, требовательно глядя на Омара. Он скинул сланцы, затем стянул с себя широкие штаны, под которыми оказались уже виденные мною плавки. Бугорок, так удививший меня тогда, стал еще больше. Неужели Яна и правда решила проверить мою теорию о длине его члена? А линия зачем? Чтобы он ее не трахнул? Это же верх наивности.

Они снова начали о чем-то спорить, и, видимо, Яна снова пошла на уступки. Она встала, вышагнула из сарафанчика и аккуратно сложила его на скамейку. Насколько аккуратно это можно сделать одной рукой. Теперь она в одних трусиках. Но ведь ничего страшного, правда? Это то же самое, что и на пляже, только без верха купальника... Но ведь грудь-то он все равно не видит, верно? Яна все равно остается верна мне.

Что же сделает Омар? Ах, вот, он снимает рубашку и майку. Остается в одних плавках. Чуть приспускает их... И останавливается.

Даже не споря, очевидно, зная, чем все закончится, Яна опирается обеими руками о край скамейки, подставляя свою голую грудь лунному свету. Омар смотрит на нее примерно 10 секунд, потом утвердительно кивает, подходит прямо к черте, снимает плавки.

Ну почему она провела черту так близко к себе? Ведь сейчас прямо перед ее носом болтается огромный, жилистый, обрезанный великан. Даже в полустоящем состоянии он выглядит более чем внушительно: толстый, плотный ствол, окрашенный пересечениями вен и жилок, заканчивается довольно массивной, угрожающе покачивающейся прямо перед лицом моей любимой, головкой. И то, Яна просто откинулась назад, опираясь о скамейку. Если она сядет прямо, то просто уткнется носом в этого монстра. Ее взгляд, обычно высокомерный и смешливый, начал приобретать некую наивность. И страх, да. Благоговейный страх доступной самки перед голодным самцом.

Мне давно уже надо было выйти из своего укрытия и все прекратить, но какое-то чувство внутри меня непрестанно убеждало, что правильней будет не вмешиваться.

Омар что-то говорил. Говорил медленно, уверенно, намеренно растягивая слова. Яна же сидела и молчала. Переводя взгляд с почти вставшего члена на лицо. Туда и обратно. Кажется, она была растеряна. Даже потеряна, я бы сказал.

Наконец она отняла одну руку от скамейки и положила ее на бедро Омару. Мои волосы на голове зашевелились, я не верил своим глазам. Ее же рука скользнула к животу, затем поплыла вниз, минуя лобок, легла на основание члена. Немного проехалось по нему и крепко схватилось за середину. Ее пальчики даже не сходились на этой дубине. Черт, мой член в ее руках кажется большим, а тут же просто... Слон и моська! Хорошо, что секса у них не будет, иначе он же там все порвет. Остается только понять, почему они все еще раздеты, если Яна уже получила то, что хотела.

А тем временем Яна продолжала ласкать своей маленькой ручкой его болт. Видимо, отошла от первого потрясения, потому что взгляд ее постепенно переставал походить на взгляд загнанной волками овечки. Но она все не переставала водить ладонью по его члену, щупать головку, перебирать яйца. При этом они продолжали как ни в чем ни бывало разговаривать. Ох, что бы я ни отдал за то, чтобы узнать, что они говорят! Уж явно не фондовые рынки обсуждают.

Омар все это время стоял смирно, держа руки за спиной и не перешагивая черту, словно Янина игрушка. Да уж. Никогда не перестану ей удивляться. Железная дева! Кого хочешь приструнит. Наконец член встал полностью. В эрекции он представлял собой этакий колосс, величественное зрелище, вершину силы самца. Яна невольно любовалась этой пизанской башней. Затем сделала то, чего я уж точно от нее не ожидал. Сказав что-то Омару, она наклонилась и поцеловала его член. В головку. Для этого ей пришлось немного привстать со скамейки. Сесть обратно ей не позволил Омар. Видимо, потеряв контроль над собой, он взял ее руки в свои и начал торопливо что-то говорить. Она оттолкнула его руки и ответила очень резко. Баба с яйцами, не иначе! Стоит такая маленькая девочка почти голая перед голодным и похотливым амбалом и в ус не дует. Даже требования свои качает.

Но почему она не уходит? Почему не отшивает его как того паренька с татуировкой, который приставал к ней на пляже? Ох, Ян, в опасную игру играешь... Очень опасную... Сколько еще хватит его терпения?

А они снова начали спорить. Я бы очень хотел ошибаться, но, видимо, они обсуждали какие-то новые условия. Как бы задумавшись, Яна потянулась проверить, в порядке ли хвостик, откинув руки назад. Чем и не преминул воспользоваться Омар. Его грубые длинные пальцы тут же легли на красивую и упругую грудь моей любимой жены, а она просто стояла и смотрела ему в лицо. Снизу вверх. Холодный взгляд и надменное выражение лица не могло скрыть возбуждения, постепенно окрашивающего ее щеки румянцем. Омар взялся за сосок левой груди, сжал его и потянул на себя. Дыхание Яны стало тяжелей, она навалилась на него и опустила руки. Одну положила на его ягодицу, другую — на член. Но обе ее ноги по прежнему стояли за линией. Может у них был договор, мол, кто первый пересечет линию, тот и проиграл? Но какова цена проигрыша?

А тем временем они уже занимались жестким петтингом. Она старательно дрочила его ствол. Он же одной рукой продолжал ласкать ее груди, а другая рука легла на спину, опустилась к копчику и начала ползти вниз по попе. Она попыталась отстраниться, но он не позволил этого сделать. Да. Это тебе не пляж, Яна, где можно маневрировать и ловко убежать. Ты уже в его железных объятиях. Как в ловушке. Тем временем его рука уже добралась до промежности, а пальцы медленно и неторопливо заставляли мою любимую дышать все тяжелей и тяжелей, лаская киску через трусики.

Я вообще не понимал, что твориться в моей голове. То, что я видел — было неправильно. Но я не только считал себя в праве вмешиваться. У меня стоял как каменный. И меня, черт возьми, очень интересовало, что же будет дальше?

Яна уже почти пересекла линию. Она лишь пальчиками ног стояла на своей территории. Омар ей что-то предложил. Она покачала головой. Он предложил ей что-то еще раз, при этом сильнее надавив на промежность. Она вскрикнула и покачала головой, но очень неуверенно. Мужчина повторил предложение еще раз, тихо и спокойно. Яна уперлась лицом в его грудь и, сдавшись, обреченно кивнула.

Омар смахнул линию с песка, грубо схватил Яну за шею, немного приподнял и поцеловал взасос. Ей было сложно дышать, она опиралась о землю лишь носочками, а он держал ее за горло. Исследуя своим языком ротик моей девочки, он просто сорвал трусы с нее. Все. Она проиграла.

Он оттолкнул ее от себя, от чего она, споткнувшись о скамейку, упала на песок. Откинув обрывки трусиков подальше, он грозно надвигался на нее. Она что-то быстро говорила, видимо поняла, до чего доигралась, но было уже поздно. Он резко схватил ее за волосы и грубо, словно какую-нибудь шлюху, притянул лицом к члену. Она снова увидела этого гиганта перед собой и, кажется, только сейчас поняла, что ЭТО скоро насадит ее на себя, словно на кол. Просто наденет ее как перчатку на руку. Обычно самоуверенные и наглые глаза окутал страх. Она с готовностью упала на колени и стала старательно облизывать ствол. Проводя языком по всей длине от яичек и до конца ствола, Яна обхватила головку своими слегка пухловатыми губками и стала старательно двигаться вперед и назад. Взгляд ...  Читать дальше →

Показать комментарии (15)

Последние рассказы автора

наверх