Веселая ферма

Страница: 1 из 3

Часть 1. Обгаженный

— Давай, родненький, давай еще, миленький! Еще раз. Двести сороковый! Ну же!.

— Ну куда уже?! — напряженно дыша в ухо Стелле Давыдовне, взволнованно прошептал Василий Юрьевич. — Видишь, он уже не сжимается. Он чувствует, когда уже всё.

— А если, снять этот проклятый гандон, и попробовать рукой? — не унималась Стелла Давыдовна, женщина весьма аппетитного вида и выглядевшая в свои сорок пять на все пятьдесят.

— Ну попробуй! Можешь язычком даже чуть лизнуть, а потом рукой наяривать, — не возражал Василий. Пятидесятилетние ему нравились даже больше сорокалетних.

— В пятьдесят, женщина в самом соку, самое тО, — многозначительно говорил он собеседнику.

— Может, снимешь ты! — с надеждой в глазах спросила Стела Давыдовна.

— Стела, не наглей. Сама, сама, — возмутился баловень женского коллектива.

В прямые обязанности пятидесятисемилетнего оператора машинного доения Василия Юрьевича Югославского входило только включение и ремонт доильных аппаратов. Ремонт оборудования и инструмента на молочной ферме. Несмотря на то, что его зарплата также напрямую зависела от надоев, загружать лишней работой себя он не хотел. Поэтому невыполнение плана коровой Снежкой, тянувшее все показатели фермы вниз, било по карману конкретно и его.

— Какого ей надо еще, чтоб Снежка раздоилась? Может, ей нужно вдуть? Может, к быку сводить пару раз, — размышлял далекий от зоофильского разврата Василий.

— Давай, Стела, нагибайся, не боись, — озорно блеснул глазами Юрьевич.

Стела прекрасно знала, какого действия можно было ожидать от зрелого мужчины... Хорошо если просто погладит шершавой рукой по трусам между ног, а ведь девяносто процентов, что засунет свою крепкую руку и попробуй выкрутись. Вон некоторым девчатам умудрялся в подобных случаях и в попу вставлять, Так что приседая возле вымени коровы, доярки всегда оглядывались.

Сейчас же Юрьич сидел на корточках рядом, и Стела волновалась двойственно. С одной стороны, хорошо бы если б его узловатый палец попал в горячую плоть между губок щели, пока она протягивала руки к вымени Снежки и Василий Юрьевич довел бы до быстрого оргазма. Но с другой стороны, она боялась пукнуть. Ладно уже если пукнет. После выпитого на завтрак молока, ей вдруг захотелось огурчика. Не удержалась — съела самую малость. В желудке давно переурчало, а вот кишечник урчать только начинал. Теперь страшно, что может очень неприятно удивить Василия, особенно в случае, если ему захочется сбить целку попы.

— Только отойди, — строго попросила Стела.

— Что так? — удивленно вскинул брови Василий Юрьевич. — Неужто начала стесняться?

Он посчитал неприличным напомнить Стелле, каким способом она его вчера разбудила в раздевалке, после обеденного отдыха. За это его умение умалчивать, женщины его тоже любили.

Вот что бы ни случалось — Юрьевич не расскажет под пытками. Это они уже сами выхвалялись друг перед дружкой о его проказах, но никто точно не знал, где кончалась правда и где начинался вымысел рассказчицы.

Еще одно хорошее качество уважали доярки у Василия Юрьевича. Он никогда не путал имен, когда трахался. Что удивительно, со школы не мог запомнить ни стиха, ни даты, ни формулы, но с памятью на имена у него было непросто хорошо, а на пятерку. Любой было лестно наряду с приятными синонимами при старательном, глубоком проникновении члена услышать правильно произнесенное собственное имя. Ради только этого можно было давать и не замечать, что зубы у него были уже в шахматном порядке.

— Ладно, — кряхтя, Василий Юрьевич начал приподниматься. Он точно знал, что менструация Стелы закончилась три дня назад, и рассчитывал, оставаясь на обед, сегодня разрядиться внутрь, как и вчера после обеда.

Стеле нужно было подождать пока Юрьевич поднимется, но она опрометчиво начала тянуться к вымени Снежки чуть раньше, чем следовало. У Василия руки были свободные, длинные и крепкие, как у гребца-байдарочника. Ловким движением левой он задрал подол летней юбки и отодвинул трусы. Средний палец правой на небольшом замахе вонзился в плоть, но, как и боялась Стела, не туда. Он не рассчитал, что Стела от внезапно смещенных трусов интуитивно дернется к вымени. Эти миллиметры и сыграли злую шутку с проникновением. «Акелла промахнулся», — мелькнуло в голове, когда почувствовал, что палец вместо вагины с хлопком ладони вонзился в тугое кольцо ануса.

Он не хотел так.

Она — тем более.

Она упала, едва успев выкинуть вперед руки.

Обратных выхлоп отбросил руку Василия по нисходящей. Его еще так никогда не обсирали.

Снизу вверх желтый фотнан из попы Стелы ударил от матни до подбородка оператора машинного доения, оставив основную часть содержимого прямой кишки в проеме расстегнутой рубашки. Даже в накладном кармане, куда он ложил очки, было полно до краёв.

Его удивлению не было предела. О не думал что бывает так много. Он завис, как компьютер... три года без обслуживания.

— Ну я же просила! — умоляюще, не поднимаясь, проговорила, Стелла, почему-то чувствуя свою вину.

— Так не просят, — не двигаясь, прошептал сиплым голосом Юрьевич. — Так, ёб-на в рот, только агитируют. Могла бы, бл-дь, нормально сказать, что у тебя понос.

— Поноса еще не было. — оправдывалась Стела. — До того, как ты проткнул меня, — Она медленно поднимала свое тело с голой тоже обгаженной жопой. — И если б хотя бы не туда сунул свой палец, — произнесла Стела поворачиваясь и кряхтя. Вдруг она увидела оператора во всей красе. Слова упреков застряли в горле. — Так, давай побыстрее в душевую! — еле сдерживая смех, заспешила Стела. — А то скоро девки придут на дойку, а ты..

Василий Юрьевич стал вытаскивать рубашку из брюк. С него стекало, и Стела только сейчас почувствовала, что воняет он сильно... — А еще говорят, что свое не пахнет, — мелькнула вовсе ненужная теперь мысль.

— Если я так пойду, я заляпаю и провоняю весь коридор и раздевалку. Лучше набери ведро воды, а еще лучше — шланг, — осенило Василия... — Я стану вот здесь, — он вылез на решетку кормораздатчика, — а ты тяни шланг, тот, которым мы пол смываем. Только напор не включай полностью.

Стела, внутренне уже восхищаясь организаторскими способностями оператора машинного доения. Подтянув слегка трусы и задрав платье, она побежала к умывальнику. Подмывшись и выкрутив снятые трусы, доярка растянула шланг. Затем направив на Василия Юрьевича, Стела Давыдовна включила воду. Неожиданно очень мощная струя ударила мужчину и сбила его с ног. Утлая ткань штанов и рубашки долго не продержавшись под мощными струями, ошметками разлетелась в разные стороны. За секунду оператор остался в одних трусах, носках и ботинках. Кепка оказалась крепкой, но она висела на трубе метрах в пяти-шести от земли..

Доярка, чуть замешкавшись, все же выключила кран. Юрий Васильевич со стонами поднялся и с укоризной и бессилием в голосе высказал все, что думал о женщинах всего мира.

— Ну нахер! — заканчивал он речь. — Я же просил слабым напором. Что теперь? Ёб тв-ю мать! Вот бабы! Что ни поручи — все пи-де на пропасть!

Стелла была готова сейчас отдаться ему в любое место, прямо здесь, несмотря на новые позывы, лишь бы Юрьевич не вычитывал. Матюкался он знатно.

Часть 2. На высоте.

Кепку можно было сбить таким же образом, как она там и оказалась — напором воды из шланга. Но то ли Василию Юрьевичу Югославскому захотелось показать свои силушку и акробатические не угасшие способности, то ли ему захотелось лишний раз сверкнуть яйцами перед Стелой. Не смотря на годы, он, как Маугли, полез по трубам и металлическим конструкциям вверх. Василий еще не видел, что яйца он показывает уже не одной Стеле.

***

Светлана пришла раньше других, потому что муж был выходной и просил трахаться как только дети ушли к бабушке. Член мужа Светы был небольшой и выдавал чудеса техники не больше одного раза в месяц и то на трезвую голову. Сегодня он был выпившим с самого утра....

 Читать дальше →
Показать комментарии (30)

Последние рассказы автора

наверх