Колька Чепик

Страница: 2 из 2

вполне подходящий, и Галина не стала противиться.

Кум жил на той же улице через два дома. От кума Колька вначале направился домой, но передумал и пошёл к тестю.

Колька входил в загул.

Проводив Кольку до калитки, тётя Надя спросила ещё раз: «Мож дед проводит тебя?». Оттолкнувшись спиной от забора, Колька ухмыльнулся и зашагал вдоль улицы, почти не качаясь.

Ребятишки давно уже спали, а муж всё не возвращался. Час назад, уложив детей, Галька сбегала к кумовьям, но Кольки там уже не было. Иногда это случалось. Загуляв, Колька мог остаться ночевать у родственников или друзей; и Галька, просидев у окна на кухне ещё часа полтора, пошла спать.

Иван Зелепукин, участковый Майского поселкового совета, воскресным утром мёл двор, собирая последнюю опавшую листву. Хлопнула калитка: «Дядь Вань, Колька пропал... «.

«Ну, прям уж сразу так и пропал. Мож загулял где с друзья...», — Иван осёкся, заглянув в глаза молодой женщины, полные страха и тоски; внутри шевельнулось недоброе предчувствие. Бросив метлу, направился в дом. Галина понуро шла следом.

Усадив её за стол и взяв блокнот, подробно расспросил, записал и сказал: «Ты, Галина иди домой. Сильно-то не убивайся, никуда твой Колька не денется, найдём». Говорить старался уверенно и беспечно, но внутри нарастала дрожь.

Пройдя по всем адресам, указанным женщиной, нового не добыл. Только к вечеру кто-то вспомнил, что вроде бы видели поздно вечером в пятницу изрядно подвыпившего Кольку на Заречной улице у дома Личманят. Сердце ёкнуло, на голове шевельнулись волосы. Мишка Личман, уголовник и рецидивист, почти всю свою сознательную жизнь проведший на тюремных нарах, год назад вышел из тюрьмы, отсидев десять лет за убийство.

Вернувшись домой, надел портупею, достал из буфета ТТ. Из стального ящичка с замком, достал патроны, зарядил обойму и, заслав патрон в патронник и поставив на предохранитель, сунул пистолет в кобуру. Рука, повинуясь отработанной за годы службы привычке, застегнула кобуру, но помешкав, Иван расстегнул её.

Стоя у забора и с опаской посматривая на беснующегося, на цепи волкодава, Иван ждал, когда кто-нибудь из хозяев выйдет на лай пса. Скрипнула сенная дверь, звякнул крючок входной и на крыльцо вышел малорослый, плюгавенький мужичонка: «Кого там угораздило на ночь, глядя», — недовольно бросил он, вглядываясь в стоящего у забора человека.

«Здравствуй Михаил».

«Аааа, здорово гражданин начальник. Да цыц, ты!», — прикрикнул он на пса, спустился с крыльца и, прихватив за поводок и удерживая собаку, мотнул головой: «Проходи в дом».

Иван сидел за кухонным столом, хозяин стоял, подперев плечом дверной косяк.

«Где жена?».

«Ребят укладывала. Спит наверно».

«А мать?». Из темноты зала на кухню вошла старуха и, прислонившись к печке, замерла.

Мишке Личману было за пятьдесят. Жена, лет на семь моложе его. Детей у них было пятеро. Старшему было 23 года, он жил в городе. Второй сын ходил в четвёртый класс деревенской восьмилетки. Ещё трое были совсем маленькими. Как умудрялась беременеть жена, когда Мишка мотал срок, и были ли это его дети?

«Ты знаешь, почему я к тебе пришёл?».

«Нет, начальник».

«Колька Чепик пропал. С пятницы уже. У вас он был?».

Мишка усмехнулся и, повернув голову, показал синяк на правой щеке: «Вот, метку оставил».

«Рассказывай».

Со слов Мишки вырисовывалось следующее: Колька действительно заходил к ним. Был он уже изрядно пьян. Сидели на кухне, пили самогон. Слово за слово, Колька вдруг взъерепенился и отвесил тумака хозяину. Не миновать побоища, но старуха повисла на Колькиных руках и, причитая, уговорила его уйти. Колька ушёл.

Иван посмотрел на старуху; та, уставившись, куда-то в одну точку, кивала, подтверждая сказанное.

«Оружие в доме есть?», — участковый встал из-за стола.

«Шутишь, начальник?!», — Личманёнок скривился в улыбке.

«Куда он от вас пошёл?».

«Да вроде домой подался», — Мишка махнул рукой в сторону плотины.

«Проводи» — и, кивнув головой старухе, Иван вышел вслед за хозяином.

В понедельник, съездив с утра в райотдел милиции, и отчитавшись перед начальством; Иван собрал человек двенадцать мужиков и баб и, разделившись на несколько групп, они прочесали берёзовый подлесок, примыкавший к Заречной улице и тянувшийся вдоль полевой дороги до Барнаульской трассы. Безрезультатно; Колька как в воду канул. В последующие два дня, участковый съездил на вторую ферму и в Ярки, там жили друзья Колькины и многочисленная его родня. Никто не знал, где Колька.

Прошло три недели. Выпал первый снег. В деревне понемногу стали затихать сплетни о том, куда пропал Колька. Все склонялись к одному; Кольки уже нет в живых.

Вечером, 27 октября, Иван, сидя на кухне, чистил ТТ. Любуясь вороненой, с синеватым отливом, сталью ствола, мысленно благодарил Бога, что за 18 лет службы ни разу не пришлось воспользоваться оружием. В голове свербилась какая-то мысль... и ускользала. Иван отложил пистолет, попытался сосредоточиться и, клюнул носом. Встряхнувшись и пробормотав; утро вечера мудренее, пошёл в спальню.

Пышнотелая Клавдия, ещё больше раздобревшая с возрастом, спала, раскинувшись по всему дивану. Иван осторожно, стараясь не разбудить, перелез через жену и, втиснувшись между ней и стенкой, мгновенно заснул, едва голова коснулась подушки.

Клавдия, подоив Зорьку, хлопотала на кухне, стараясь не звякать посудой, но Иван уже проснулся. Стенные ходики показывали семь. За окном, сквозь занавески серел рассвет. Иван потряс головой, как бы вытряхивая из неё остатки кошмара, который мучил его всю ночь: из берлоги с утробным рёвом выкатывался медведь и, вздыбившись на задние лапы, шёл на него. Ноги приросли к земле, скованный ужасом Иван пытался закрыться руками. Громыхнул выстрел откуда-то из-за спины, и медведь, оседая, стал заваливаться на бок. Оглянувшись, Иван увидел Мишку Личмана с обрезом в руках; из стволов струился дымок. Ещё запомнились две несуразности: медведь был в ботинках, а берлога была почти доверху заполнена картошкой.

Позавтракав и взяв папироску, вышел во двор. Пальцы привычно мяли мундштук, правая рука замерла с коробком спичек. Мысль, ускользавшая вчера, оформилась. Вспоминая допрос у Личмана, Иван мысленным взором проследил траекторию взгляда старухи и вздрогнул.

На лай собаки вышла мать Михаила. Загнав собаку в будку и закрыв ногами дыру она, молча, ждала, пока участковый не зашёл в дом.

«Михаил дома?».

«На работе», — старуха настороженно смотрела на Ивана.

«Дома кто?».

«Одна я».

Иван подошёл к подполу и открыл крышку. Пахнуло пылью, сыростью и картошкой. Достав фонарик и щёлкнув выключателем, Иван посветил в подпол: «Там Колька?», — старуха кивнула. Он спрыгнул в лаз и, подсвечивая фонариком, пролез в глубину подпола. Рука наткнулась на что-то твёрдое; это был ботинок. Разбросал картошку и в свете фонарика увидел Кольку. Рана в груди была ужасной. Странно, но мыши и крысы не тронули труп. Посветив по сторонам, увидел обрез и, взяв его, вылез из подпола.

Из-за чего вспыхнула ссора, Мишка не помнил. Схватившись за нож, получил удар в лицо и вместе с табуреткой отлетел на середину кухни. Колька встал и, наливаясь яростью, двинулся на него. Мишка метнулся в комнату и почти сразу же выскочил с обрезом в руках. Харкнули картечью стволы, и Колька рухнул навзничь, раскинув руки. На шум прибежала Личманиха и, зажав рот, с ужасом смотрела на бездыханного Кольку и его белый свитер, буреющий от крови.

Мгновенно протрезвев, Мишка уронил обрез и, подойдя к столу и, взяв папиросы, вышел на крыльцо. Закурил только с третьей попытки, так тряслись руки. Глубоко затянувшись и чувствуя, что успокаивается, осмотрелся по сторонам; в домах соседей свет не горел, на улице никого не было. Докурив и постояв ещё с четверть часа, зашёл в дом. Мать и жена так и стояли, словно остолбенев.

«Неси воды», — приказал Мишка жене и, подойдя к Кольке и захватив за ноги, потянул на середину кухни к подполу. Откинув крышку, столкнул тело и, спустившись, протолкнул по картошке в глубину подпола. Через полчаса, забросав труп картошкой, вылез и, подобрав обрез, швырнул в подпол.

Жена отмывала пол.

Жуткая новость мгновенно разнеслась по деревне.

Похоронили Кольку через два дня.

Мишка Личман получил 12 лет строгача. Из тюрьмы он уже не вернулся так и сгинув там.

Через 8 лет, после того как посадили Мишку, его второй сын в пьяной драке зарезал собутыльника и, получив 10 лет, пошёл по стопам отца.

20.02.2012

  1. Ответное SMS сообщение с кодом может прийти через 2-3 минуты,
    Пожалуйста, не закрывайте окно браузера

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

6 комментариев
  • June_julay
    13 июля 2015 21:16

    Рассказ хороший. Только почему тут?

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • KOLOVRAT
    13 июля 2015 22:46

    не только тут, но и на прозе. ру, а стихи на стихи. ру
    здесь ведь добавили категорию «не порно» и значит у авторов появляется возможность показать на что ещё способны, кроме как описывать секс, в подавляющем большинстве выдуманный

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • June_julay
    14 июля 2015 15:58

    Так то оно так, но если «не порно» совсем не порно и даже не романтик, и не про отношения между полами, публика не жалует такие рассказы.
    И ваш очевидный пример. Но коли автор не в обиде, то почему бы и нет? :)

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • KOLOVRAT
    14 июля 2015 17:27

    мнение публики меня не интересует, не тот возраст, а вот ваше мнение — очень дорого! а вам, понравилось))

    Ответить

    • Рейтинг: 0
  • Anonymous
    Napalm Burns (гость)
    6 августа 2015 2:22

    Добротный рассказ — автор не без таланта

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • KOLOVRAT
    6 августа 2015 19:10

    спасибо на добром слове))

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх