Урок фотографии

Страница: 2 из 12

сейчас это нормально. Ты хочешь, чтоб твой брат вдул какой-нибудь однокласснице и кончил в неё? Давай устроим эротическую фотосессию для начала.

Дядя Лёша, сам не ведая что творя, взял за локоть ошарашенную Анну, завёл палец за пояс юбки на спине и передвинул девушку как статую, поставив напротив Игоря, который до сих пор стоял как истукан, держа в руках фотокамеру и не понимая, что происходит.

— Ну-ка, возьми в кадр.

Игорь машинально кивнул, поднял камеру к глазам и аккуратно нажал кнопку до половины. Автоматика начала отрабатывать, дядя Лёша одним движением расстегнул пуговицу, дёрнул молнию вниз и стащил юбку, выскочив из кадра за мгновение до того как Игорь спустил затвор. Прежде чем Игорь и Анна поняли, что произошло, сработала вспышка, окончательно стирая остатки рационального мышления в их головах как «в том фильме».

— Ну, вот и здорово! Заодно пошлём фото парню в армию. Или нет. Может лучше ссылку? — cпросил дядя Лёша, толкая Анну на софу.

После того как Игорь сделал снимок, Анна набрала полную грудь воздуха чтоб высказать все, что она думает про этого старого урода, но когда услышала про армию, Павла и интернет буквы застряли у неё в горле. Она попыталась было вздохнуть снова, но тут лёгкий толчок в грудь пошатнул её, она запуталась в упавшей юбке, чуть шагнула назад, споткнулась о софу и полетела на спину, задрав ноги при приземлении на диван. Рука Алексея Викторовича на лету скинула юбку, друга рука обхватила лодыжку и потянула ногу назад к голове. Через секунду дядя Лёша стоял ногами на софе над Анной, задрав ноги Анны и слегка разведя их в стороны. Положение было не самым удобным и Анне ничего не оставалось делать, как согнуть ноги и прижать бёдра к животу. Алексей Викторович, не отпуская Анну, опустился на колени.

— Полюбуйся, красивая у тебя сестра?

Игорь стоял совсем ошалевший, вытянув руки по швам. Он давно уже выпустил камеру из рук и если бы не настойчивый совет дяди Лёши накидывать ремешок на шею, он бы её уже разбил. Вид был потрясающий, белые узкие трусики из ровной матовой ткани сильно выделялись на фоне загорелых и стройных бёдер сестры. А между ними за узкой полоской ткани выпячивалось и обозначалось ложбинкой то, что он мог представить себе только в самых смелых фантазиях. В голову ударила горячая волна, а сердце колотилось где-то в гортани и собиралось выпрыгнуть. Всё происходило как во сне.

— Ну-ка, стяни с неё трусики.

Игорь, облизнув пересохшие губы, поднял взгляд на дядю Лёшу.

— Стяни-стяни, не бойся. Всё нормально.

Игорь перевёл взгляд на сестру, но она на него не смотрела. Но и не сопротивлялась. Отвернувшись, она упёрла взгляд в колено дяде Лёше и молча лежала, задрав ноги. Игорь опустился перед ней на колени. Он медлил. Столько раз, в своих фантазиях, он представлял себе голую сестру, и вот теперь нужно было только решиться стянуть с неё трусы. Но на это надо было решиться. Он поднял руки, на секунду замер, потом нерешительно взялся пальцами за резинку по бокам и потянул вниз. Трусы не снимались. Для того чтоб их снять, нужно было вытянуть их из-под лежащей Аньки, а для этого нужно было тянуть сильно, чего он делать боялся. Он потянул сильнее и, неожиданно, Анька опустила руки на диван, упёрлась ими и подняла попку. Трусы стянулись, Игорь дотянул их почти до колен с улыбкой школьника, который на уроке физкультуры взял высоту с третьей попытки. Два треугольничка белой ткани перехватил дядя Лёша и потащил их вверх. Пока он их снимал, Игорю открылись две пухлые губки образовывавшие ложбинку, которая шла вверх, где немного раздваиваясь, упираясь в небольшой бугорок и тёмный треугольник коротких волос над всем этим. Он уже не слышал, что говорит дядя Лёша и не замечал, что сестра на него смотрит.

Мысли в голове Ани вертелись бешеным волчком. Но, ни одна из них не обрабатывалась мозгом потому, что к нему была намертво прибита здоровенным гвоздём только одна — что будет, если Пашка увидит её фотографию в интернете? Она ездила к нему каждую неделю, каждую неделю ему давали увольнительную, каждую неделю они до одури занимались любовью на снятой квартире, и всё дело уверенно шло к свадьбе. И вот теперь это. Надо обязательно стереть фотографию и отформатировать карту, а ещё лучше просто её забрать. Фотоаппарат-то тут ещё, но как? Не драться же, всё равно не получится. Пашка не поймёт... Тут она почувствовала, что кто-то стягивает с неё трусики, как всегда это делал Пашка, машинально подняла попку и... вернулась в реальность. Игорь стащил с неё трусы, а Алексей Викторович окончательно их снял. Она опустила уже немного уставшие ноги на пол, да так и осталась, глядя на брата. Лицо его светилось счастьем.

Чувства Анны словно раздвоились. С одной стороны упавшая на неё досадная реальность давила так, что слёзы готовы были брызнуть. С другой стороны лицо брата с горящими от счастья глазами не могло не вызвать улыбку. Сколько мало надо мальчишке для счастья — живьём увидел пизду.

— Тебе не стыдно? — спросила Анна, приподнявшись и глядя на брата.

Игорь глянул на сестру, потом снова посмотрел ей между ног, поднял глаза и с наивной улыбкой тихо и восхищённо сказал:

— Ты красивая!

Анна откинулась на диван с таким видом, будто в лоб ей попала пуля.

— Что нравится? — спросил дядя Лёша, садясь рядом с Игорем. Тот закивал.

— Ну-ка подними ноги.

Анна послушно подняла бёдра и развела их в стороны.

— Гляди. Вот это, он водил пальцем по коже Анны — большие половые губы. Если их развести в стороны то... Ань раздвинь, мне неудобно. А-ань!

Анна со злостью ещё чуть выше задрала ноги и руками раздвинула пизду так, что самой стало больно.

Алексей объяснял и показывал всё. И где у неё была девственная плевра, объяснял, как она рвётся, и откуда она писает, и где находится матка, и почему в неё нельзя кончать. Ане было очень неловко чувствовать себя учебным пособием. Но вместе с тем, это чем-то напомнило ей старую дворовую игру «в доктора». Она смотрела на лицо брата, который, уперев взгляд ей между ног, внимал с такой сосредоточенностью, как будто разведчику за пять минут до заброски в тыл объясняют, как пользоваться новым типом радиостанции, от которой зависит его жизнь. И ей это начинало не то чтобы нравиться, но уже не коробило.

В этот момент Алексей коснулся клитора, Анна вздрогнула и снова очнулась.

— Во, видел! Я же тебе говорил — это самая чувствительная точка. Тут надо быть поласковее. Слушай, дружок, ну-ка встань.

Игорь встал. Камера до сих пор болталась на шее, выступая вперёд объективом, а штаны предательски топорщились.

— Да я смотрю у тебя в штанах второй объектив — улыбнулся дядя Лёша. — Ну-ка, снимай.

— Да не, не надо...

— Надо, надо. А то как-то неудобно получается — барышня почти голая лежит, а мы тут все в штанах. Снимай, я тоже сниму. И камеру снимай, пока не разгрохал, давай я её на стол вот туда поставлю.

Он снял камеру с шеи Игоря и на пару секунд повернулся к ним спиной, подходя к столу и ставя на него камеру держа её за объектив. Поставив камеру на край, он уже взялся за брючный ремень, как голос подала Анна:

— Алексей Викторович — не надо.

— Эге! А чего это мы уже на «Вы»? Пару минут назад ты меня тут дураком на «Ты» называла.

Анна уставилась в потолок.

— Не переживай всё нормально будет, — мягко сказал Алексей — сейчас продолжим. Ты чего стоишь?! Ну, быстро разделся полностью!

Игорь вздрогнул и начал раздеваться как будто в казарме сейчас он, а не Павел. Через минуту он замер в нерешительности голый и с пунцовым лицом.

Анна приподнялась глянуть на брата. Ей стало любопытно. Не то чтобы она не ожидала этого увидеть, но всё равно была удивлена. Нет, писюлёк у брата был, скорее всего, такой, какой и положено иметь в его возрасте, может чуть больше, но для неё брат был всегда ребёнком, и она себе представляла что-то такое сморщенное и невразумительное сантиметра на три, а тут вполне ...  Читать дальше →

Показать комментарии (25)
наверх