Неукротимая. Часть 5: Заключительная

  1. Неукротимая. Часть 1
  2. Неукротимая. Часть 2
  3. Неукротимая. Часть 3
  4. Неукротимая. Часть 4
  5. Неукротимая. Часть 5: Заключительная

Страница: 3 из 10

горячке произнёс пылкие признания, а сегодня вновь накинется на неё, как в их первую встречу. А вдруг её ведут вовсе не к нему? Что если её тоже посадят в темницу? Нет, она не вынесет темноты, которую боится с детства! Но что же делать? Констанция принялась мысленно читать молитву.

Вот он, знакомый коридор подземелья, и вскоре они остановились у высокой двери, обитой коваными пластинами. Здесь стояла стражница, рослая амазонка с мечом на поясе. Констанция насторожилась — неужели её сейчас посадят под замок. Вновь приложив палец к губам, Ниша огляделась, словно опасаясь слежки. Потом выразительно взглянула на амазонку и протянула ей крошечный свёрток. Амазонка довольно ухмыльнулась и открыла двери.

— У тебя немного времени, — предупредила шёпотом и подтолкнула Констанцию внутрь.

И едва девушка переступила порог, двери захлопнулись, и три раза щёлкнул замок.

— Выпустите меня! — Констанция кинулась к запертым дверям и замолотила в них кулачками. — Ниша, о, Ниша, выпусти меня! — взмолилась девушка.

— Не надо кричать! — за спиной вдруг прозвучал мужской голос.

Констанция оглянулась и вскрикнула от изумления, смешанного с испугом. Перед ней стоял сэр Келли.

— Вы... — испуганная, только и смогла она выдохнуть, уставившись на мужа.

— Констанция! — он быстро шагнул к ней и замер, точно не узнавал её.

Волнение и удивление смешались на его лице, казалось, он хотел сказать что-то, но не мог, не решался. А она тоже не находила слов, и лишь её взгляд метался по его чертам. Теперь, без привычной маски, в полумраке — свет лился только из крошечного оконца под самым потолком — он показался ей не таким устрашающе отчуждённым, как раньше, когда он овладел ею впервые. И сейчас его лицо не было таким вежливо-холодным, как в их брачную ночь в родном замке. Шрам остался прежним, но почему-то теперь этот жуткий рубец показался ей красивым. Да, определённо, без него лицо рыцаря не было бы таким одухотворённым и полным затаённой силы. Она по-прежнему с болью смотрела на шрам, но с изумлением поймала себя на том, что хочет прикоснуться к нему и даже больше — прижаться губами.

Он приблизился к ней и сжал её руки в своих ладонях.

— Констанция, как вы оказались здесь? — он всматривался в её лицо, словно искал что-то, или хотел прочесть в её глазах.

— Я... меня просто привела Ниша, — дрогнувшим голосом отвечала она, вдруг испугавшись того, что почувствовала в тот момент, когда он прикоснулся к её рукам.

Ощущение было незнакомым, непонятным, но... восхитительным. Словно она с холода вдруг подошла к теплу. Оно притягивало, манило к себе, вызывая желание прижаться к нему и забыться в этих тёплых больших руках. Но вместе с тем Констанция вдруг испугалась, не сон ли это. Вдруг она сейчас проснётся, как тогда, в туманном лесу, где были только холод и сырость. Она попыталась освободить свои руки из его ладоней.

— Нет, привели вас по моей просьбе: мне удалось уговорить банщика, который готовил меня к церемонии, к счастью, он согласился помочь, — он вдруг поднял её подбородок, — но, я не о том, — глубокая морщинка разрезала нахмурившийся лоб. — Как вы оказались в этом логове разврата и зла? — спросил таким тоном словно обвинял её в чём-то. — И вы стоите на своих ногах... Не снится ли мне всё это?

— Нет, это не сон! Я хотела спасти вас... и мне помог Кернунн, он поставил меня на ноги, — она открыто смотрела ему в глаза, выдержав его пронизывающий взгляд.

— Глупая, глупая девочка, — он покачал головой и неожиданно властно привлёк её к себе, уткнулся губами в макушку и заговорил севшим голосом: — Как вы могли отправиться сюда, не подумав о последствиях? Вы можете погибнуть! Вас били? — он вновь поднял её лицо и с тревогой заглянул в глаза.

Ах, как ему сейчас хотелось поднять её и унести, убежать отсюда далеко-далеко, где будут только они двое. Он и сам не понимал себя. Эта хрупкая юная женщина, встреть он её раньше, ни за что не привлекла бы его внимание. Он любил крупных, под стать себе. Но уже тогда, в их брачную ночь, он отчаянно боролся с нахлынувшим желанием. Желанием к ней. А сейчас, после вчерашней ночи, вернувшей ему память, он вдруг понял, что эта женщина стала смыслом его существования. Ему мучительно захотелось защитить её от всех и вся, сделать своей, только своей, но... Они пленники... Они рабы, королевы амазонок! И от этого его сердце сжималось в безысходной тоске — он не может спасти свою жену! Он, бесстрашный рыцарь Чёрный Дракон, сейчас не сильнее самого последнего раба в этом замке!

— О, нет! — она оживилась. — Нет! Со мной обращаются, как с принцессой.

Она попыталась освободиться от его объятий, преодолевая себя, ибо ей очень хотелось прижаться к нему. Но нельзя! Она не должна идти на поводу своим чувствам. Собрав остатки гордости, Констанция отошла от него на безопасное, как ей казалось, расстояние.

На его лицо набежала тень, морщинка между бровями стала глубже, и даже казалось, что потемнел шрам, разрезавший его черты пополам, и что-то неизъяснимое промелькнуло в глубине глаз.

— Вы боитесь меня... Я... едва не убил вас тогда, — прошептал он и вновь прижал её к себе, словно боялся, что она уйдёт так же неожиданно, как и появилась. — Я превратился в скотину!..

— Не говорите так! — Констанция, подняв голову, серьёзно и внимательно посмотрела на него.

— Вы простили меня? — казалось он удивился. — Вы не держите на меня зла?

— Конечно! — с жаром отвечала она. — Я знаю, что они с вами сделали. Вы не виноваты ни в чём...

Теперь она не вырывалась, покорно замерла в его объятиях, не имея сил бороться сама с собой. Ну в самом деле, что плохого в том, что она постоит немного вот так, прильнув к его груди?

— Но я нарушил клятву! — с жаром признался он, не отпуская её. — Я же поклялся вашему отцу, что никогда не трону вас, не причиню вам боли.

— Вы поклялись? — она словно не поверила его словам.

Но его глаза не лгали, они сверху, с высоты его роста, мягко смотрели на неё, и невыразимая боль читалась в этом взгляде.

— Так значит, поэтому вы отвергли меня в ночь нашего венчания?

— Да, — он кивнул, — да. Я не мог причинить вам боль. Вы и так много страдали.

— Но вы сделали мне больно именно в ту ночь, — вдруг призналась Констанция, — когда вы отвергли меня, я... мне хотелось умереть...

— Констанция, мне очень жаль! — он нахмурился. — Я не думал... Я разрывался между желанием к вам и данным вашему отцу словом.

— Не надо... — она подняла на него свои глаза, влажные и распахнутые, они вновь напомнили ему взгляд лани, как в их первую встречу в зале Олдриджхола, — не нужно вспоминать, — прошептала одними губами, словно не было сил говорить.

— Констанция, — он будто выдохнул её имя и с силой прижал её к себе.

Его обнажённое тело, облачённое в одну лишь повязку на крепких бёдрах, вдруг оказалось так близко, что закружилась голова. Ощутив жар его объятий, она окончательно поняла, что хочет ещё сильнее прижаться к нему, раствориться, забыться в нём. Вот оно — его животворное тепло, которого ей так не хватало всё это время! И не к этому ли источнику шла она, отправляясь спасать мужа? Его мужская энергия затопляла её существо, заставляя дыхание учащаться и замирать одновременно.

Как-то сама собой её ладонь опустилась ему на грудь, пальцы запутались в густой поросли золотисто-каштановых волос, и Констанция ощутила биение его сердца. Ей не хотелось прерывать очарование момента, но она всё-таки нарушила молчание.

— Отпустите меня, — прошептала тихо и в который раз сделала попытку освободиться от сладостных горячих тисков его рук.

Но едва она произнесла эту фразу, как его губы опустились ей на рот и запечатали его голодным поцелуем. Дэймон буквально впился в трепещущие губы, с такой жадностью, точно хотел поглотить её целиком. Никакой просьбы, даже нежности в его поцелуе сейчас не было, и всё-таки этот поцелуй отличался от того, которым ...  Читать дальше →

Показать комментарии (44)

Последние рассказы автора

наверх