Ужас новой повседневности

Было ли это итогом изнурительной работы по изучению слабостей, актёрского мастерства, искусства конспирации или чего-нибудь подобного? Отнюдь. Такие вещи если и происходят, то совсем по другому. Решающую роль играет человеческий фактор, отношения между людьми. Представлять повсюду растление и насилие неверно. А вот разврат — да, до этого доходит зачастую, но в силу опять-таки сугубо личностного фактора: если человек склонен к инцесту, то очень не исключено, что он также склонен к такому страшному извращению как оральный секс. Если до этого дошло дело — пизда.

Как бы то ни было, в наше время контроль над сознанием хотя и велик, но далёк от идеала инженеров НМП. В силу этого в разных местах планеты ещё имеется кое-какое разнообразие, цветущая сложность и т. п. И верите-нет, иногда она имеется даже в «цивилизованных» странах (иные считают, что подобные пороки как раз-таки продукт т. н. цивилизации, всеми силами херачящей мифос логосом). Но возвращаясь к теме рассказа, отметим, что Андрей этой темой мало интересовался, и всё, к чему привели его желания — результат его собственных измышлений, которые разделила с ним его мама. Сказать, что Татьяна активно разделила с ним его небескорыстную мысль, значит слегка преувеличить, но вот то, что она подверглась насилию сравнительно добровольно, это отрицать нельзя.

Должно быть по причине глубочайшего ужаса, на их лицах не было выражений, лишь ресницы стеснительно подрагивали. Казалось, Татьяна вот-вот заплачет, её зрачки влажно блестели. Андрей прижался вплотную к тёплому животу, к большим грудям, чувствуя, как по телу разливается необъяснимая эйфория. Он держал её за ягодицы, и Таня не могла не чувствовать возмущение: ладони обжигающе мяли её ляжки, откровенно наслаждаясь их упругостью. Унижение, которое она испытывала, едва ли превосходило возбуждение. Вернее, первое едва ли отличалось от второго. Тане было крайне тяжело сдерживать дыхание, норовившее перерасти в стон. Андрей не прекращал неприличные телодвижения, методично осуществляя то страшное, то запретное, от чего его колотила непрекращаемая дрожь.

На полу около стола понуро лежали не удержавшиеся на ступнях Тани белые трусики. Отстраняясь, Таня сама влезла на этот столик, чем загнала себя в тупик. Всё, что ей оставалось — раздвинуть ноги, когда Андрей принялся избавлять её от того немногого, что на ней было: просторной рубашки, временно заменявшей ночнушку, и нижнего белья. И вот тишину комнаты нарушило сдавленное «Уммх», следом за которым последовала серия менее громких «ах», после чего Таня уже не прекращала оглашать комнату сладострастными стенаниями. Чтобы не сгореть со стыда, она закрыла глаза и слепо сотрясалась от толчков.

Ничего сильнее, приятнее, слаще Андрей не испытывал никогда прежде. Его привычный, наскучивший за долгие годы онанизма инструмент пребывал в невиданных ранее условиях: его обволакивали пухлые половые губы, удерживая в горячей глубине, в колодце чувственного наслаждения, куда он проник совершенно незаконно, вопреки всем устоям.

Что с ним теперь будет? В кого он превратится? Что произойдёт в отношениях с мамой в дальнейшем?... Все эти вопросы ждали своего момента на периферии сознания, в то время как сам Андрей не думал ни о чём, а только рассматривал покрасневшее лицо мамы. По её щеке потекла-таки слеза. Приблизившись, Андрей чмокнул её, ощутив солоноватый вкус. Татьяна испуганно раскрыла глаза, наткнулась на прямой взгляд, и, вновь обожглась странным пронзительным чувством: находящийся пред ней человек — Андрей!

Таня конвульсивно забилась в его объятиях. Её руки замком сцепились за спиной Андрея. Она кончала, и это был сильнейший оргазм за последние годы, если не за всю жизнь. Она крепко-крепко обняла молодого любовника, но в следующий момент тот резко отстранился, и Таня понимающе ослабила хватку. Обильными захлёбывающимися порциями влажный от обильной смазки член исторг на её выпуклый живот струи семени. Таня смотрела сквозь застлавшее взор марево сексуального удовольствия, как складки её живота обильно окраплялись спермой Андрейки. Сам он в быстром темпе онанировал, выдавливая слабые струйки, истончающиеся в капли, а из груди его вырывался слабый обессиленный стон.

Следовало сказать что-нибудь буднично беззаботное. Обычно в таких случаях приходит хорошее настроение. Однако всплеск эмоций, на время превратившийся в бурю, затих, вернув к жизни, помимо телесной лёгкости, здравый смысл. Стало неуютно. Это был не тот уровень близости, к какому привыкли, несмотря даже на весьма тёплые семейные отношения. Произошедшее было столь остро воспринято, казалось, свершившийся акт перерубил все связи с прошлым. Как теперь возвратиться к прежнему, сделать всё, как было?

Татьяна собиралась встать, но Андрей остановил.

— Подожди, мам, я принесу вытереться...

Он принёс с кухни небольшое полотенчико. Вчера Таня использовала его при приготовлении пирожков, которые затем ели в беседке. Пирожки были с вареньем, и Таня помнила, как вытирала этим полотенцем руки. Андрей ел пятый пирожок и со словами благодарности брал полотенце и тоже вытирал им руки. Сейчас оно впитывало с её живота сперму.

Дальнейшее показало, что это кратковременное уныние никогда не бывает долгим и что вслед за недолгим утомлением в голову вновь ударяют гормоны. Через двадцать минут Таня пришла в ужас от возобновившихся приставаний. Ей казалось невероятным повторение пережитого преступления, однако, Андрей как ни в чём не бывало продемонстрировал направленность своих намерений, оголив «низ». Таня вскрикнула, так как поняла, что ему ничего не стоит осуществить эти намерения. Прошло от силы полчаса, а эрекция поражала своим видом.

«Андрюш, ну... ну, Андрей... « — плачуще повторяла Татьяна, когда тот взял её за руки, поднимая с мягкого пуфика.

Она стыдилась своей полной задницы. А Андрей так молод и крепок. Он вожделенно целовал её плечи, а она не понимала, что он находит в её обвисшей груди, мнёт и мнёт, жарко облизывая крупные соски.

Было утро четвёртого дня, как они временно жили на даче. На то время, пока в квартире происходил ремонт, решено было сменить место жилья. Позже папа обещал привезти пару матрасов, а до тех пор, пока сам он пропадал где-то в городе, единственным приемлемым спальным место был диван, и Андрей временно спал на нём с мамой. Папа пропадал по работе. Он также обещал прихватить из квартиры нужную одежду, вернувшись через пару дней. Пока же у мамы не было даже ночнушки.

Проснувшись в первый день и застав рядом с собой голую маму, Андрей был немало смущён. Будто почувствовав его реакцию, Таня открыла глаза. Простынка, конечно же, сползла, — жарким летом трудно спать неподвижно, — и Андрей смотрел на внезапно возникшие голые титьки. Татьяна резко схватила край белой ткани, закрыв от вгляда неподобающую картину. эротические рассказы Андрей чуть не сгорел со стыда, быстро вперил взгляд в потолок и не осмелился отвести его даже когда мама сидела к нему спиной, одевая лифчик. Только периферическим зрением он замечал обнажённую кожу спины. Таков был первый ужас новой повседневности, не предвещавший ничего особенного.

  1. Ответное SMS сообщение с кодом может прийти через 2-3 минуты,
    Пожалуйста, не закрывайте окно браузера

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

2 комментария
  • Anonymous
    deswir (гость)
    18 августа 2015 14:47

    Хотелось бы продолжения...

    Ответить

    • Рейтинг: 1
  • maturest
    21 октября 2015 23:28

    очень круто... вы талант!

    Ответить

    • Рейтинг: 0

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

Последние рассказы автора

наверх