Какая я плохая мать. Часть 1

Страница: 3 из 4

её лица, машинально поцеловал в лоб и погладив по голове уложил себе на грудь, опомнился, отдёрнул руку.

— Тише, ты обязательно привыкнешь. — Счастливо сказала мама и опустив руку взяла меня за член, я вздрогнул. Она обхватила мой обмякший ствол пальчиками, слегка сжала его в ладони и повела ладонь вниз, опуская с головки крайнюю плоть, я замер, ощущения были новыми и очень приятными.

— Я буду хорошей матерью. — Прошептала мама и не отпуская мой член из ладони накинула на нас одеяло, улеглась поудобней и закрыла глаза, алкоголь в крови убедил её немного вздремнуть.

***

Я встретил этот рассвет в одиночестве, на кухне, в компании бутылки скотча из бара. На душе было очень погано, в сознании мелькали образы произошедшего, кулаки сжимались от злости. Хотя нет, злости как таковой не было, было раздражение, чувство растерянности, я ничего не понимал и это бесило меня. Солнце начало своё путь по небосклону, я провожал его отсутствующим взглядом, когда мама тихо зашла на кухню. Я не повернул головы, отлично видел её в отражение в стекле окна, вдел её растрёпанные волосы и длинный махровый халат запахнутый по самую шею.

— Серёжа... я вчера... немного переборщила... и погорячилась... — Немного хрипловатым голосом, сбивчиво пробормотала она, я резко повернул к ней лицо, она отшатнулась. Да, не красавец, волосы дыбом, капилляры в глазах полопались, во взгляде сталь на половину с гневом, тут любой испугается.

— Ты это так называешь? — Едва сдерживаясь от нервного вскрика, прошипел-прорычал я, она сделала неуверенный шаг назад, глаза были растерянными и напуганными, я перехватил её взгляд. Резко встал, подхватил со стола почти полную бутылку скотча, подошёл к раковине и демонстративно вылил её.

— Так лучше? Ничего не отвлекает? — С издёвкой спросил я и отошёл к окну, облокотился на подоконник, нарочито внимательно стал рассматривать людей снующих внизу. Повисла гнетущая тишина, я не знал, как мне быть, не знал, как мне себя вести, что делать.

— Сынок... ты должен... — Начала было она говорить и осеклась, моя щека нервно дёрнулась, её обращение ударило по нервам словно хлыстом, я изо всех стиснул пальцы на краю холодного пластика.

— О да, сынок, как же иначе. — Сочащимся от яда голосом сказал я и повернулся к ней, сделал глубокий вдох, закрыл глаза, постоял так несколько секунд и немного успокоившись, сел за стол, взглядом указал ей на стул напротив.

Мама медленно приблизилась к столу, с опаской глянула на край, я перехватил её взгляд, раздражённо поморщился, взял кухонный нож и бросил его в раковину, он с грохотом упал и замер под краном, я снова указал матери на стул.

— И как это понимать? — Глухо спросил я, когда она наконец-то уселась напротив.

— Я... я не знаю... не знаю, что вчера... — Голос её был надтреснутым, глаза блестели, вот-вот заплачет, я стиснул зубы, в душе боролись самые противоречивые чувства.

— Я так не думаю, вчера ты всё отлично знала. — Холодно заметил я, сам удивился неожиданно пришедшему спокойствию, кровь в венах переставала бурлить, я успокаивался и глаза мои наполнялись льдом.

— Нет, ты не понимаешь, я вчера... Мы выпили... Марина дала какие-то капли... Сказала, будет весело... А потом, потом мы поссорились... — казала она и разрыдалась, я снова посмотрел в окно.

— Мне всё ясно... — Сказал я, скрестил руки на груди, мысли метались по сознанию тысячами напуганных тараканов.

— Серёжа, мы можем... можем забыть? Словно ничего не случалось? — Тихо спросила мама, не поднимая на меня заплаканных глаз, я раздражённо поморщился.

— Ты издеваешься? Забыть можно то, если ты нечаянно застанешь меня за онанизмом, тогда ещё можно делать вид, что ничего не произошло, но это-о-о-о... — Снова закипая, протянул я, психанул, вскочил со стула и направился к двери. Мать тоже вскочила, я резко обернулся и не выдержав напряжения рявкнул.

— Сядь на место! — Получилось излишне грубо и зло, мать испуганно приземлилась на стул, втянула голову в плечи.

— Будь дома, приеду, серьёзно поговорим. — Прорычал я и пошёл к входной двери, на ходу взял с полки ключи от маминой машины.

Адреналин плеснул в кровь сверх меры, меня просто трясло от злости, я еле сдерживал себя, что бы, не начать давить пешеходов на тротуаре. Я уверенно вёл мамину Мазду 6, кое-как миновал пробку и теперь мчу по кольцу, у меня есть одно дело. Домофон, подождать выходящую мамочку с коляской, шмыгнуть внутрь, восьмой этаж, вторая справа дверь. Я с силой давил на звонок, когда никто не ответил начал пинать дверь, озлобленно, остервенело, разум начал тихонько мутнеть. Наконец дверь открылась, я едва не пнул тётю Марину, быстро исправил это упущение и с силой двинул ей под дых, брюнетка тихо пискнула и, сложившись пополам, осела на коврик. Я перешагнул рухнувшее тело и закрыл дверь, повернул замок.

— Ну что, поговорим? — Со злобой прорычал я и, намотав волосы женщины на кулак, резко поднял её. В её глазах была боль, в них был страх и ошеломление, явно, только что проснулась, ещё в ночной рубашке, но я не обращал на это внимания.

Я потащил её за волосы в гостиную, не раз бывал в гостях, знаю где что. Не церемонясь особо кинул ревущую женщину на пол, тёмные волосы расплескались по плечам, она вскрикнула.

— Отвечай, тварь, чем ты накачала вчера мою мать? — Прорычал я, она встала на четвереньки, что-то выла и отрицательно мотала головой. Я приложил её ногой под дых, она подлетела на сантиметр и снова рухнула лицом в паркет, скрючилась на полу, рот её открывался и закрывался, она хотела кричать, но не могла.

— Не ври мне, тварь! — Заорал я и ещё раз пнул её, на этот раз по почкам, она заскулила и попыталась прикрыть голову руками. Кроссовки не берцы, но ими тоже получать больно. Я сел над ней на корточки, взял за волосы, намотал на кулак.

— Сейчас ты мне ответишь, или, бог свидетель, я тебя здесь прирежу. — Яростно прошипел я прямо ей в лицо, она в страхе замолкла, даже скулить перестала, только слёзы лились из карих глаз, нос покраснел а губы дрожали.

— Я... я... я ничего... ничего ей не да-да-давала... — Захлёбываясь соплями и заикаясь ответила она, моё лицо скрутила злобная гримаса.

— Будешь врать, изувечу. — Прорычал я и занёс руку для удара.

— Стой! — Вскрикнула она и закрыла лицо руками, я замер.

— Серебряная лиса, двойную дозу! — Пискнула она, всё тело сжалось в ожидании удара, я тихо выдохнул сквозь зубы, всё встаёт на свои места.

— Ах ты тварь! — Через секунду взревел я и влепил её оплеуху, она закричала и попыталась отбиваться руками, задёргала ногами, я, не думая долго ударил её мощно и сильно, в челюсть, она мигом замолчала, изо рта тоненькой струйкой потекла кровь, стекала по щеке. У неё был шок, она потерялась в пространстве, я взял её за горло, опрокинул на спину, сел сверху и сжал пальцы.

Она инстинктивно вцепилась руками в мои запястья, длинные ногти с идеальным маникюром глубоко впились мне в кожу, рот приоткрылся. Она хрипела, сучила ногами дёргалась всем телом, буквально умоляла дать ей хоть чуть-чуть кислорода, а моё сознание закрыла красная пелена, кровь стучала в висках, а в ладонях я ощущал хрупкое горло беззащитной женщины. Только в последний момент я опомнился, разомкнул руки, она резко вздохнула и захрипела, закашлялась, глаза были на выкате и в них поселился страх, тот безумный страх, что ломает любые бастионы здравого смысла, она боялась. Я взял её за волосы, прижал затылком к паркету, склонился над её лицом и уставился прямо в глаза. Она упёрлась в меня руками, уловила что-то в моём диком взгляде и послушно замерла, опустив руки на пол.

— Молодец, умная девочка. А теперь слушай меня. — Прорычал я, ощущая, как её колотит крупная дрожь.

— Ещё раз, ещё хотя бы один разочек, увижу тебя рядом с моей матерью, если ты хотя бы на двести метров к ней подойдёшь, я приду к тебе, и выпущу тебе кишки, кухонным ножом, как свинье на скотобойне. Ты меня поняла?! — ...  Читать дальше →

Показать комментарии (25)

Последние рассказы автора

наверх