На её месте. Часть 3

  1. На её месте. Часть 1
  2. На её месте. Часть 2
  3. На её месте. Часть 3

Страница: 15 из 19

резкого движения.

Но скоро он обвыкся, через некоторое время даже попросил быть смелее, и я выполнил просьбу. Двигаться стало чуть легче — он расслабился, полностью отдался на мою милость, постанывал тихо, едва-едва. Смирившись с собственной участью, и такой возбуждающий. Я ещё увеличил темп, ласково проведя по его бёдрам, и он застонал чуть громче. Моё возбуждение охватывало меня, завладело мной, и жалость к нему прошла. Я стал жёстче, вхожу в него сильнее, резче, я неистов и немного груб, его чувства отошли на второй план, уступив место моему желанию.

Он, естественно, это чувствует. Мне очень нравится, что сейчас он ощущает меня в себе, что я причиняю ему и боль, и удовольствие одновременно. Мне нравится быть их источником, проводником, родителем, и слышать его утробные стоны...

Он просит пощады, мой незадачливый любовник, решивший слепо мне довериться. Всё ещё не уверенный, что он её заслуживает, я останавливаюсь, дав ему передохнуть. В ямке поясницы образовалась небольшая лужица его пота, вдрызг мокрая спина, он устало опускается на локти, разливая это прозрачное озерцо, и вздрагивает, когда я снова начинаю движение.

Вперёд-назад, то чаще, то реже, мне хочется его извести, то и дело следя за тем, чтобы его крайне шаловливые руки не доходили до его члена. Мне нужно было удовольствие без примеси, то самое, когда именно я являюсь его родоначальником, и ничем оно не подкрепляется, кроме наличия меня, а тем более — мастурбацией. Жестоко? Что ж, возможно, но это оправданная жестокость, она идёт лишь на пользу нам обоим. В результате этого он уткнулся лбом во влажные простыни и рычит неистово, комкая ладонями белую ткань, а я врываюсь, врываюсь, наклонившись низко, и нежно шепчу ему на ухо в непонятном порыве источать пошлости:

— Саша, ты отличная девочка.

Он и вправду таков, и его после всего обязательно захочется пригреть на руках, но пока он раскрыт, пока мой разум утоплен в море неосознанности, он — объект моего неистового желания, моей страсти, моего неиссякаемого любопытства. Интересно, чувствует ли он сейчас то же, что и я в первый раз?..

Рухнул, обессилев. Теперь он весь — подо мной. Распластанный, лежит, не имея возможности двинуться, лишь стонет, стонет, и эти стоны как музыка для моих ушей. Лежу на нём, чувствуя его жар и то, насколько он расслаблен внутри, по моей просьбе он чуть сводит бёдра... Боже, сколько энергии в этих мышцах, сколько силы, сколько нерастраченных ресурсов... Ладонь моя проводит по влажным волосам, и хочется его поцеловать, почувствовать, как его язык будет отвечать на мои касания, но я не стал отвлекать его от основных ощущений. Горько-солёный вкус его кожи на губах, поскольку я целую каждый сантиметр его шеи, приподнимаюсь, опираясь на его же запястья, пока ладони его превращали ткань в бесформенное тряпьё, и, не в силах больше сдерживаться, ускоряюсь — настолько это тело заводит меня. Настолько именно он заводит меня. Наверное, переход был резковатым, поскольку Алекс почти взвыл, сильнее уткнулся лицом в матрас и мелко затрясся. Сокращения его мышц могли говорить лишь об одном — Саша кончил, причём, каждое моё последующее движение продлевало его оргазм, вызывая новые волны удовольствия. Впервые за всё это время я порадовался, что Алекс заглушает сам себя, понимая, насколько громким может быть...

Его наслаждение провоцирует моё — от кончиков пальцев ног до поясницы меня сотрясает агония сладострастия, и я изливаюсь в это рельефное, красивое тело, в это горячее нутро, что приняло меня сегодня, и из горла моего вырывается громкий рык. Я ложусь, нет, валюсь на своего партнёра, сильнее вжав его в постель. Мои руки всё ещё сжимали его запястья...

— Хорошо... — слышу я его голос. Мои губы возле его уха, и я касаюсь ими раковины в приступе непонятной нежности. Мокрый, уставший и такой желанный...

Мой телефон зазвонил почти вовремя. Знакомые позывные Скайпа казались неуместно громкими в наступившей тишине, в которой слышалось лишь наше дыхание. Я потянулся к тумбочке, включил свет и взял телефон.

— Нет, — Саша лениво двигается подо мной, не знаю, как именно желая остановить меня, сощурившись от яркого света, — не отвечай...

— Так нужно. Молчи.

Он фыркнул, а я взял трубку. Супруга была настойчива и не отбивала вызов. Выбрав ракурс, который, на мой взгляд, помогал скрыть лежавшее подо мной тело, я ответил.

Она была, как всегда, прекрасна. Невероятно прекрасна... И сексуальна. Пригладив взъерошенные волосы, я немного натянуто улыбнулся ей.

— Привет.

— Привет. — Она выглядела встревоженной, чуть наклонилась к монитору. Саша ухмыльнулся, и я, чтобы не выдать его, зевнул. — Я тебя разбудила?..

— Я решил лечь пораньше, — ладонью пришлось накрыть рот моего словоохотливого партнёра, — хочу отдохнуть перед поездкой, сама знаешь, как изматывают эти аэропорты. — Саша не растерялся, начав исследовать губами и языком мою ладонь, пальцы... По телу пробежали мурашки.

— Мне тебя встретить? — и всё же, какая она заботливая! Милая, добрая, замечательная... А я — лицемер и предатель, пальцы левой руки которого находятся во рту моего партнёра на эту ночь. И он их очень умело обсасывает...

— Не хочу тебя беспокоить, любимая, я доеду на такси. — Саша языком увлажнял мою кожу — горячим, требовательным...

— Хорошо, милый, как знаешь. — Супруга улыбнулась. — Спи, мой хороший... Завтра увидимся.

— Увидимся, милая, хороших тебе снов...

Лямка её ночнушки игриво спала от движения плеча, но она не стала её поправлять, решив потешить мою фантазию. О, она знала, что делает, вот только не знала, кто со мной.

— И тебе нескучных. — Она отправила мне воздушный поцелуй и отключилась.

Саша выдыхает, и снова берётся за мою руку.

— Тебе нужно было молчать... — шепчу я ему, мои руки проходятся по его бокам. Алексу приятны мои касания, он расслаблен и разморен, и я чувствую, как поцелуи его переходят на моё запястье. Акт некой благодарности за содеянное, или...

Нега моего пребывания с ним начинает отступать, я начинаю чувствовать неприятное жжение вины, бремя её вновь отяготило меня... Высвободив аккуратно руку, я ложусь рядом, снявшись с него, вдруг как-то сразу постыдившись его присутствия — обнажённого и ещё не остывшего от недавнего нашего обоюдного греха. Он... На расстоянии вытянутой руки, нежный, ласковый, будто котёнок, но сильный, добивающийся всего мужчина, лежит на животе, смотрит на меня исподлобья, будто не понимает, какая сумятица творится в моём сознании. Я... Он... Моя жена... Под ним... И зачем я только это вспомнил? Всё так спуталось, что концов не отыскать.

— Не думай ни о чём. — Саша придвигается ближе, нависает надо мной. — Не надо.

Наклоняется, целует — глубоко, сладко, волнительно... Я не отвечаю ему, вопреки здравому смыслу, я охладел, как ребёнок, заполучивший долгожданную игрушку, и поигравший в неё от силы пять минут.

— Она прекрасна, — шепчет в мои губы, — как и тогда, в моих руках... И, уверен, она тебя поймёт.

Я пожал плечами, пытаясь касаться безразличным, но его нельзя было обмануть. — Кому, как не ей, понять тебя... — язык его игриво проходит по моей шее, слегка задерживаясь на кадыке. Его нежность обескураживает меня, особенно после разговора с моей супругой. Но что в этом всём такого? Гаага скроет мои маленькие похождения, а завтра мы вернёмся в Москву. Спишу всё на командировочную безнаказанность, на желание поэкспериментировать вдали от дома, будучи не под надзором, и успокоюсь, засну крепким сном праведника рядом с моим экспериментом, а утром, покидав вещи в чемодан, уеду в аэропорт. И всё, больше ничего не будет — ни сумрачной Гааги, ни этого номера, ни влажных простыней, ни его рядом. «Лови момент!» — шептало развращённое сознание, и Алекс, наконец, получил мой отклик на его мягкие, игривые прикосновения.

Целоваться с мужчиной... В жизни мне не попадалась ни одна женщина, которая целовала бы меня так неистово,...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх