На её месте. Часть 3

  1. На её месте. Часть 1
  2. На её месте. Часть 2
  3. На её месте. Часть 3

Страница: 18 из 19

время подхлестнуло к пику и моё удовольствие. Алекс тяжело опустился на меня.

Мне не верилось, что это просто происходит. Здесь. Со мной, с нами, я лежу в объятиях мужчины, рука моя в нашей сперме, а он останется со мной до утра... Мои мысли прерывает его движение подо мной:

— Дай-ка. — Его рука проскальзывает между нашими телами и берёт мою ладонь. Словно в замедленной съёмке, я вижу, как его губы накрывают мои мокрые пальцы...

Ему нравится. Ему действительно нравится то, что он сейчас делает, и выглядит это настолько же вызывающе, как и сексуально. Никакого возбуждения — просто констатация факта. Но мне не хочется, чтобы он уходил сейчас, мне тепло и уютно под ним, и то, как мы соприкасаемся кожей, непонятно успокаивает. Он уткнулся носом мне в шею...

— Не хочу в душ. — Шепчет он, удобнее устраиваясь.

— Не иди. — Повинуясь непонятному порыву, я обнимаю его одной рукой.

Через несколько минут Алекс спокойно засыпает, не сменив позы. Кое-как дотянувшись до лампы на тумбочке, выключаю её. Разум всё ещё пытается осознать всё происшедшее, но я чувствую, что оно тоже устало всё анализировать и просто плывёт по течению. Усталость затронула и всё моё тело, что требовало отдыха, и, взглянув на время, я понял, что не зря. Последовав примеру Александра, я постарался уютнее расположиться, накрыл нас обоих покрывалом и сам не заметил, как уснул.

***

Утро ворвалось в мои сны резким звоном будильника. С трудом разлепив веки, я наткнулся взглядом на яркое солнце, что стелилось по полу световыми полосами сквозь неплотно прикрытые жалюзи. Потянувшись, повернулся на бок, и... Стоп, вчера я был не один. Алекс... Я быстро встал с постели, оглядел комнату. Он ушёл. Его вчерашнее здесь присутствие выдавал лишь второй гостиничный халат, сиротливо оставленный им на кресле. Больше ничего. Он исчез из моего номера, будто его и не было. Возможно, тем лучше для меня, что его нет, иначе бы сейчас я терзался мутным осадком вины за содеянное. А сейчас его нет и волноваться не о чем, и ночь, проведённая с ним, не более, чем просто каприз моего буйного воображения. Хотя, о чём я, нет, конечно, всё было более, чем реально. Я прислушался к себе очень внимательно, в очередной раз, и осознал, что меня это теперь волнует в гораздо меньшей степени, нежели всегда. Приятная новость воодушевила, и я принялся спокойно собираться. Меня ждала родная Москва.

В приступе этого воодушевления я собрался быстро. Оставил халат Алекса на месте, решив его не трогать. Накинул тренч, поскольку осень настойчиво вступала в свои права, и решил не нарушать обычай «посидеть на дорожку». Окинул взглядом свой номер в последний раз: невинные белые лилии постепенно увядали, покрывшись бурыми пятнами неизбежного разложения, и этот незамысловатый символ я принял как знак завершения чего-то крайне увлекательного, но настолько же и затягивающего. Стало немного грустно, но всего лишь на какие-то доли секунды: сознание не видело повода окунаться в уныние, и было право.

Закрыв дверь номера, я отправился вниз, в холле уже собралась толпа моих коллег, все переговаривались, стоял монотонный гул. Не желая вступать ни с кем в дискуссии: о работе будет ещё много разговоров, сдав ключи от номера, я мысленно попрощался с отелем, городом и всем, что с ним было связано, и сел в заказанное такси.

Аэропорты меня угнетали, но мысль о полёте всегда захватывала. Ощущение того, что ты летишь на огромной, почти двухсоттонной, махине там, где не летают птицы, просто волшебное. И я не испытывал страха перед полётами, никогда, даже в детстве, когда мы летали к дальним родственникам в Сочи. Но волокита с багажом, контролем и тому подобным никогда не рождала во мне энтузиазма, хотя её всеми силами и пытались облегчить. Вот только всвязи с недавними событиями, все современные средства, казалось бы, направлены на обратное.

Я перекинулся парой слов с коллегами, но за время командировки мне уже осточертело обсуждать одни и те же вопросы, и поэтому я старался держаться в стороне. Алекса нигде не было видно — наверное, он слишком долго отсыпался после ночи, хотя и ушёл от меня раньше, чем я проснулся. И всё же, что это было вчера? Наваждение? Затмение моего разума? Любопытство? Всё вместе? Стоило ли вообще задаваться этим вопросом, если сейчас я улечу в Москву?..

Я сел возле нужного выхода, Наконец-то объявили посадку на рейс. Кажется, в общей очереди у стойки мелькнула фигура Алекса, но я мог и ошибаться. В глубине души я бесконечно был рад тому, что билет мне достался в хвосте самолёта, и надеялся, что ни одного из моих коллег не окажется поблизости.

Затолкав дорожную сумку в верхнее отделение, я сел на своё место и насколько мог вытянул ноги. Дремота набросилась, будто голодный демон, со стремлением утащить в своё царство, и я не стал ей сопротивляться. Уложив плед на колени, я пристегнулся и, «приведя спинку кресла в вертикальное положение», погрузился в сон.

Я проснулся от приятных ощущений. Не вспомню уже, что мне снилось, но от этого явно было хорошо. Я даже не удивился, что, когда сон окончательно меня покинул, они остались... Но их источник вскоре дал о себе знать тихим откашливанием.

Нет, появление Алекса рядом вряд ли бы когда-либо меня удивило. Но то, что он стоял на коленях подле меня, полтела его находилось в узком проходе, загораживая его, а его губы...

— Ты что делаешь? — зашипел на него я, но он ответил на вопрос не сразу. Выпустив мой член изо рта, он прошёлся по стволу языком, а уже потом, поднявшись с колен и прикрыв меня пледом, но ладонь оставив на моём паху, шепнул в ухо:

— Отсасываю тебе.

Его откровенность меня не смутила, ведь отчасти это тоже было его чертой, как и ходить по очень тонкой грани дозволенного. Я огляделся: семья с ребёнком, что сидела через проход справа, слишком была занята свои чадом, чтобы следить за нами, две девушки слева играли в карты, причём, одна повернулась к нам спиной, а дальняя пассажирка возле окна смотрела что-то на планшете. Сосед, что сидел справа от меня, слушал музыку с закрытыми глазами. Я вздохнул, надеясь, что этой Сашиной выходки никто не заметил. Хотя, крайне сложно быть незамеченным в узком русском допотопном самолёте на дневном рейсе. Я бы ещё понял, если бы была ночь, но Алекса время суток вообще не волновало.

— Возбуждает, да? — колючая ткань самолётного пледа вынудила меня вздрогнуть, а давление его ладони сквозь него нещадно обжигало нежную кожу. Но было в этом что-то... — Когда кто-то может застать... — продолжил Алекс, и забрался рукой под плед. Выдох облегчения вырвался из моей груди. — Я еле успел вскочить на ноги, заметив стюарда, прикрыть тебя и сделать вид, что ищу что-то наверху... — При этих словах мне стало по-настоящему не по себе: нас могли заметить? Возбуждение моё спало, и Алекс разочарованно покачал головой:

— Я же так усердно трудился...

Мгновение — и он снова на коленях, снова ласкает меня, будто рядом вообще нет ни души. Мне же теперь очень сложно сосредоточиться, ведь вокруг столько людей, и больше всего мне хочется отпихнуть его от себя, и не делаю я этого лишь по причине того, что могу привлечь к нам внимание. Я нервничаю, не могу расслабиться, Саша это чувствует, и не торопится, но он весьма упорен в своём нелёгком труде.

— Зачем ты тут? — вырвалось у меня. Отвлёкшись от своего занятия, он поднял на меня взгляд:

— Соскучился.

Вполне в его духе, узнаю прежнего Александра. Хотя, всю прошлую ночь, что он провёл со мной, он таким не был. Сейчас же к нему вернулось былое чувство превосходства, что, полагаю, и заставляло его быть настолько эгоистичным похотливым сукиным сыном.

Пока я обдумывал это, Саша аккуратно застегнул мои брюки, прекратив попытки оживить меня, встал с колен и потянул меня из уюта кресла. Если самолётные кресла вообще можно было назвать уютными.

— Пошли. — Я уже почти поддался, что-то внутри меня, вспомнив недавнюю ночь, шевельнулось в его пользу,...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх