Ты — всё для меня. Главы 1—3

  1. Ты — всё для меня. Главы 1—3
  2. Ты — всё для меня. Главы 4—6

Страница: 4 из 14

ту боль, что я причинил тебе по неосторожности и горячности своего темперамента. Но вот ты уже исправно подаёшься бёдрами навстречу, обняв ногами мою талию, и я понимаю, что тебе уже не так больно. Ты облизываешь свои сочные губы, а потом начинаешь тихо постанывать...

— Да, бери меня, да... — слышу я обрывки твоего не слишком внятного бормотания, и не без самодовольной ухмылки выполняю твою просьбу.

Мне нравится, что ты такой узкий, что твоя норка плотно обхватывает мой член, что я у тебя был первым и других у тебя не было. Ты — собственность, перешедшая в моё единоличное владение, и пусть тот, кто подумает сейчас о том, какой я ужасный эгоист, сначала спросит тебя — а страдаешь ли ты под моей властью? Или же упиваешься собственным положением подле меня? Тебе не приходится спать у моих ног, я не оставил на твоей безупречной коже ни единого синяка или шрама, я просто временами контролирую тебя, привязав к себе как можно крепче, ведь дрессировать можно и без помощи кнутов и пряников — важно правильно повести себя, добиться уважения, стать авторитетом — самым главным в жизни человека. А мы любим друг друга, поэтому мне с тобой было просто, и мой авторитет так же непоколебим, как Пизанская башня.

Я ускоряю темп — но не сильно, понимая, что тебе всё ещё может быть неприятно, но ты словно с цепи сорвался — стонешь, впиваясь ногтями мне в спину, призывно выгибаешься, и тебе плевать, что нас слышит почти весь дом и вся улица — тебе хорошо, о чём и сигнализирует твоё поведение. Мгновение — и ты уже не лежишь, а сидишь на краю подоконника, тесно ко мне прижавшись, всё так же крепко обнимая меня ногами и зажмурившись от удовольствия. Твои низкие хриплые стоны заставляют меня ещё немного ускориться.

— Мальчик мой... — шепчу я, зарываясь носом в твою макушку.

Я прохожу рукой по внутренней стороне твоих бёдер, мне нравится изгиб твоей спины, он как-то особенно прекрасен, когда ты прижимаешься ко мне вот так, как сейчас — чуть откинув голову назад, прильнув ко мне всей нижней частью своего тела, тогда переход от спины к твоей попке очерчивается особенно резко, и я люблю пройтись ладонью по этому изгибу... Такие, казалось бы, незначительные мелочи, а так влияют на общее настроение, моё состояние и наши ощущения. Я чувствую, как ты дрожишь — тихонько, словно это лишь твоя влажная от испарины кожа еле вибрирует от холода, что тянет с улицы, ведь мы оба достаточно разгорячены. Языком касаюсь твоей ключицы, переходя на шею, а затем целую твои губы...

Ты стонешь — протяжно, но мой язык не даёт этому стону в полной мере вырваться на свободу, мои руки проходят вдоль твоей влажной от пота спины, ещё немного, и я отрываюсь от тебя... В тусклом свете уличных фонарей и свечей, расставленных по всей комнате, ты выглядишь как какой-нибудь греческий бог, сошедший с небес только ради этого мгновения любви — пламя танцует в твоих глазах, блики света отражаются от оконного стекла и играют на шёлке твоих волос, мышцы напряжены, с губ срываются полу-стоны, и каждое твоё очередное движение мне навстречу бесконечно изящно и красиво. Твои руки обвивают мою шею, и иногда ты сам заставляешь меня наклониться для поцелуя, и я с нескрываемым удовольствием прижимаюсь к твоим губам, раздвигая их языком...

Секс — это что-то очень личное, словно таинство, это момент, когда два тела и две души почти неразрывно сливаются друг с другом, и в который не хочешь допускать никого из посторонних, но мужчина, что наблюдает за нами в окне дома напротив почему-то привлекает моё внимание. Он высок, полуобнажён — видимо, только из душа, бёдра обёрнуты белым полотенцем. Он стоит и неотрывно смотрит на танец наших тел в полумраке, он видит, как я пальцами путаюсь в твоих волосах, как целую тебя в шею, а если у него приоткрыта створка — он может запросто услышать тебя. Я не знаю, понял ли он, что я его заметил, видит ли, как я на него смотрю — во всяком случае, он продолжает неотрывно наблюдать за нами.

И вот уже я смотрю, как он проходит руками по своему обнажённому торсу, как пальцы его поддевают полотенце, и как оно падает к его ногам на пол, открывая моему взору крепкие мужские бёдра и начинающий возбуждаться член... Меня очень интересует, что же он будет делать дальше, но я отвлекаюсь на тебя, всецело отдавая себя тебе, целуя твои плечи, сводя тебя с ума... Ты просишь резче, хочешь сильнее, но не в моих планах сейчас давать тебе кончить, и я оттягиваю твой оргазм как могу, зная, что он спровоцирует и мою разрядку, а мне интересно ещё понаблюдать за тем мужчиной, который, тем временем, ласково рукой поглаживал своё достоинство, наблюдая за нами. Ему явно нравилось то, что он видел — член был уже возбуждён, глаза блестели, он облизывал губы кончиком языка, и это выглядело вызывающе сексуально.

Движения его руки по внушительному члену ускорились, и он прикрыл глаза — совсем как ты, когда ты наслаждаешься моими ласками, и, следуя какому-то странному порыву, я тоже ускоряюсь, ты стонешь, кусая губы... Наш заочный знакомый в доме напротив тяжело дышит, и я вижу, что он готов кончить — бёдра его сводит судорога, он сильно закусывает нижнюю губу, чуть прогнувшись назад, и достигает оргазма... На лбу у него проявляются такие очаровательные морщины, когда он сводит брови к переносице, он кончает долго, быстро-быстро водя рукой по стволу, не забывая про головку... От этого пикантного зрелища я грубее и резче насаживаю тебя на свой член, и ты быстро, с криком, кончаешь, а затем к финишу прихожу и я, целуя твои губы... Я так люблю, когда твоё тело бьётся в судорогах экстаза подо мной, как ты стискиваешь меня бёдрами, как прижимаешься ко мне — доверчиво, но страстно, пылко, всем своим существом, и я нежно обнимаю тебя, касаясь губами твоей кожи с ароматом яблок, и ещё острее чувствую то, как сильно я люблю тебя... И завтра, и через месяц... Я жду, что это повторится, и хочу, чтобы так было всегда.

На секунду я кидаю взгляд в окно напротив: свет был включен, но там уже никого не было, только полотенце бесхозно лежало на подоконнике...

... А утром мы, как всегда, собираемся кто куда — ты в институт, я на работу. Снова увижу всех этих «замечательных» сотрудников и буду безмерно счастлив, как же, тому, что никто из них не умеет нормально работать с компьютером. Я только и мечтал именно о таких сообразительных пользователях, а как же, именно о них все мои ночные грёзы... Боже, да я извращенец, оказывается.

Поцеловав тебя на прощание, я выхожу из дома и еду на работу. Времени это занимает не так много, и я приезжаю точно вовремя. Пока я убираю рабочее место, подготавливаю всё, что мне нужно и наливаю себе чай, к нам врывается начальник — злобное существо с милым тоненьким голоском (и как мужчина может жить с таким голосом?) — и с порога начинает искать нашего сотрудника. Из нечеловеческих писков я разбираю, что проблема в том, что тот ему необходим для выполнения какой-то супер срочной работы, а его до сих пор нет, ах вот он какой ужасно-преужасный, даже приехать вовремя не может, и вообще, уволить его мало.

Я вздыхаю — какая сила заставляет это существо пищать как ненормальное из-за какого-то пустяка? Менеджер, которого так долго искали, всё-таки появился, и как-то затравленно, боком, вошёл в помещение. Это оказался тот самый сотрудник, что однажды забрал у меня ключи. Начальник — Александр Евгеньевич — не стесняясь, при всех принялся его отчитывать, не дав тому вставить в эту бурную, эмоционально насыщенную речь ни слова. И поэтому юноша беспомощно озирался по сторонам, не понимая, что от него, в конце концов, требуют. Я решил помочь парню — эта истеричка может пищать так вечно, и её надо когда-нибудь заткнуть.

— У него сломалась машина. — Сказал я громко, подходя к месту скопления зевак, что не хотят работать, и поэтому с удовольствием слушают весь этот ультразвук — лишь бы он затянулся надолго.

Александр Евгеньевич внезапно опешил:

— Что?

— Я сказал: у него сломалась машина, и он добирался до работы как мог ...  Читать дальше →

Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх