Леди, будьте паинькой. Часть 1

  1. Леди, будьте паинькой. Часть 1
  2. Леди, будьте паинькой. Часть 2
  3. Леди, будьте паинькой. Часть 3: Окончание

Страница: 9 из 17

пыталась упираться, но вырваться из моих цепких рук не так-то просто. Она царапалась, словно я правда тащу ее на казнь, но легкая боль лишь сильнее разозлила и придала большей решимости отшлепать неугомонную стервозину.

— Пусти, говорю. Кирилл, будь человеком. Не бей меня, слышиии... шь?! — протащил ее через порог дома.

Выволочив упирающуюся девушку, держа ее одной рукой, второй сорвал полотенце, полностью, оголив все прелести несносной пленницы. Да. Ооо! Чуть не застонал вслух. Капитошкина, черт ее дери! В ярком лунном свете она казалась божественной! Красота обнаженного тела с изумительными женственными изгибами била просто наповал, под дых, прямиком ниже пояса. Даже не знаю, чего мне больше хотелось бы сейчас — выебать леди Джулиану или все-таки выпороть?

— Эй, что ты собираешься делать?! Гад, отдай сейчас же полотенце!

— Кирилл, — спокойно повторил я.

Черт, знал бы кто, чего стоит мне это спокойствие! Когда одновременно хочется целовать и кусать эти манящие изгибы, носить ее на руках и пинать ногами. Нет, нет, нет! С ней никакого секса, с кем угодно, только не с ней! Это все равно, что расписаться в своей слабости. Нет!

Юля, как могла, прикрылась руками.

— Ну, отпусти же. Надеюсь, ты пошутил и не будешь меня бить? Не стоит прибавлять к своему и так весьма внушительному сроку еще пару лет.

Потащил ее дальше к высокой траве у забора. Где-то там я видел крапиву. Сорвал одной рукой жгущиеся стволы растения. Света луны хватило, чтобы обратить внимание на то, как от возмущения и страха у Юли расширились глаза. Черт... Какие же красивые у нее глаза!

— Это что за кустик такой?

— Капитошкина, блин, ты что, на Марсе жила все это время? Даже не знаешь, как крапива выглядит?

— Эй, ты же меня не будешь... крапивой?! Это тянет на жестокое обращение с людьми и запрещено конвенцией ООН по правам человека. Я уже молчу про уголовный кодекс нашей страны, там, уверена, тоже есть какая-нибудь статья на этот счет!

Когда же прекратится этот словесный понос? Рука начала гореть от крапивного сока. Только одна мысль радовала, скоро у кого-то от него будет гореть задница.

— Нет, Кирилл! Прошу! Пожалуйста, ай-ай!!!

Первый жгучий удар обрушился на кожу восхитительных ягодиц.

— Это тебе за то, что не приготовила обед!

— Ай! Перестань сейчас-же. Я не позволю!

— Это тебе, леди Джулиана, за то, что убежала!

— Хватит!

— Это тебе, Жулька, за то, что заставила меня переживать, что с тобой! Если бы мы с Малышом не подоспели вовремя, утонула бы в том чертовом болоте!

Снова очередной удар крапивы по божественной попке.

— Перестань меня обзывать Жулькой. Ай! Больно! Хватит! Я все папе расскажу. Аааай! Ненормальный! — ее визг просто разрывал барабанные перепонки.

— Это тебе, за твое наглое поведение, за то, что огрызаешься, за постоянные упреки! — продолжил вычитывать я, вымещая накопившийся гнев. Давно надо было ее высечь. Непутевая, капризная девица!

— Эй, перестань!

— Это тебе за твое постоянное «эй»! Ты что, глухонемая? Меня зовут Кирилл! — удар.

— Кирилл! — удар.

— Кирилл! Повтори!

— Кирилл, Кирилл, Кирилл. Хорошо, я запомнила. Прошу, не надо! Пожалуйста!!!

В голосе Юли уже слезливые нотки, но глаза сухие. Не думаю, что ей больно, скорее унизительно. Конечно, ее высочество отшлепали по жопе, да крапивой, и посмели поучать, как неразумное дитя. Малыш крутится рядом, кажется, он переживает за нашу пленницу, вон какой жалостливо-обвинительный взгляд бросил на меня.

— Кирилл, ты идиот... отпусти меня сейчас же!

Я было хотел закончить экзекуцию, но последнее слово перечеркнуло благие намерения. Опять со смаком шлепнул по уже красной подрагивающей попке.

— Тебе совсем не жалко своей задницы?

— Так это ты меня... Ай!

Еще один хлесткий удар.

— Ну-ну, — пререкайся дальше.

— Кирилл, ты... сволочь, — зашипела змеей леди Джулиана.

— А ты совершенно несуразное создание, у которого фантазии и угрозы вместо мозга, — со всей силы крапивой по таким красивым ягодицам. — Чем больше пререкаешься, тем больнее будет!

Всхлипнула, как маленькая девочка, и замолкла. Еще раз для профилактики шлепнул крапивой. Молчит. А, Малыш заскулил, прося ее отпустить. Когда она успела его очаровать? А главное, чем? Ведь есть то, что она готовит, практически невозможно.

— Кирилл, отпусти, пожалуйста, хватит, — тихо пролепетала леди Джулиана, шмыгнув носом. Вот теперь она заплакала.

Так и быть, раз Малыш просит. Отбросил зеленые истерзанные стволы растения. Пес благодарно залаял. Крепко держа ее за волосы, завел в дом. Юля послушно плелась рядом, несколько потерянная, совершенно позабыв о валяющемся посреди двора полотенце и о том, что она полностью голая. Черт... мне бы забыть. Такой молчаливой, с выпяченными обиженно губами, она мне нравится еще больше. Возникло безумное желание целовать эти пухлые губки, слизывая слезинки с ее щек. Капитошкина, черт тебя дери! От крапивы кожа на пальцах ужасно зачесалась. Подобное, но, наверно, в десять раз острей, испытывает и Юля. На ее теле два ярко красных места, ягодицы и щеки.

Снова всхлипнула.

Она это специально, чтобы я ее пожалел и почувствовал себя виноватым. Только вот во мне совершенно нет жалости, все вытеснило желание... Захотелось наказать ее и другим способом: заломить руки наверх, раздвинуть эти обалденные ноги, вторгнуться между влажных губок внизу и... Капитошкина, мать твою!

Даже несмотря на волдыри и красноту, ее попка представляла собой весьма соблазнительное зрелище. Где-то у меня был крем от зуда. Надо бы облегчить страдания бедняжки. Сел на лавку.

— Иди-ка сюда, леди Джулиана, ложись ко мне на колени, попкой кверху, смажу твою кожу, и она перестанет чесаться.

— Это еще зачем? — шмыгнув носом, поинтересовалась Юля.

— Жулька! Ложись, кому говорят! Это чтоб не чесалось. Я тебя помажу и заживет все быстро, наказание ты уже свое получила. Урок, надеюсь, запомнила.

— Заботливый? Раньше думать нужно было, перед тем как меня... Сволочь! Дай мне, я сама, — попыталась отобрать крем. Тюбик выскользнул из ее рук и укатился под лавку.

— Ай, — снова получила шлепок по заднице, теперь просто ладонью.

— Будешь слушаться? — строго спросил я.

— Не буду!

Другого ответа не стоило ждать.

Как же надоели эти вечные капризы, снова применил силу, крепко придерживая ее шею, расположил в нужной мне коленно-локтевой позе. Зашибись видок. Проверка выдержки. Ногой подтащив с пола мазь, поднял.

— И в кого ты такая упрямая?

Обильно выдавил крем на горящую розовым кожу. Размазал.

— Сама в себя, тебе-то какое дело!? А вообще это не упрямство, а естественное желание человека быть свободным. Это право, между прочим, закреплено в Конституции! Разве можно меня за это наказывать? В общем, не забывай — тюрьма по тебе плачет! Садист хренов, я тебе этого никогда не прощу.

— А еще и болтливая.

Невольно сдавил сильнее кожу ягодиц, желая показать мадмуазель Капитошкиной: «говори, говори, да не заговаривайся».

— Аууу...

Показалось, что она ахнула вовсе не от боли? Сопротивляться, во всяком случае, перестала и дальше лежала смирно, ожидая, когда я закончу. Попка словно специально выпятилась навстречу моей руке. Черт. В моих штанах ужасная теснота, они сейчас лопнут на самом интересном месте. Надеюсь, Жулька не заметила, не ощутила бугор у меня между ног. Какая же у нее нежная кожа, обворожительно мягкая попка, какие гитарные изгибы!... А какие грязные мысли роятся в моей голове. Нет! Нет! Нет! Я просто втираю крем от зуда.

— Надеюсь, тебе сейчас стыдно, небось, разглядываешь меня там. Да, извращенец? А еще прикидываешься взрослым мужчиной. А сам...

Леди Джулиана снова заерзала, и каждое ее движение отдалось болью в моем паху. Она специально так делает? Зачем? Хочет, чтоб я признал, что не ...  Читать дальше →

Показать комментарии (69)

Последние рассказы автора

наверх